В начале мая нефтяной танкер Voyager под флагом Омана подошел к порту Кикума на острове Сикоку, где расположен завод компании Taiyo Oil. На борту – партия сахалинской нефти. Компания подтвердила закупку корреспонденту ТАСС. Предыдущий раз Taiyo Oil покупала российскую нефть с Сахалина в июне 2025 года, а в целом Токио после февраля 2022-го фактически отказался от импорта из России, присоединившись к западному механизму потолка цен.
И вот – возвращение. Причина вполне конкретная: кризис вокруг Ирана и перебои в судоходстве через Ормузский пролив.
Чтобы понять масштаб проблемы, достаточно одной цифры. По данным Министерства экономики Японии, в первом полугодии 2025 года страна импортировала 2,3 млн баррелей нефти в сутки из ближневосточных стран – это более 95% всего импорта. ОАЭ обеспечивали примерно 44%, Саудовская Аравия – около 40%, Кувейт – 7%. Практически все эти поставки шли через Ормузский пролив – узкое горлышко шириной менее 40 км, через которое проходит порядка 20% мировой торговли нефтью.
Посудите сами: четвертая экономика мира, не имеющая собственных запасов нефти (внутренняя добыча покрывает лишь 0,2% потребностей), завязала 95% импорта на один морской маршрут. Для сравнения: у Индии, сопоставимой по объему закупок, на двух крупнейших поставщиков приходится 41%, а остальное распределено между Африкой, Латинской Америкой и другими регионами. Диверсификация Японии на этом фоне выглядит скорее как ее отсутствие.
Что характерно, так было далеко не всегда. Еще в 2015 году зависимость от Ближнего Востока составляла 82,5% – минимум с 1996 года, и немалую роль в этом играли поставки именно с Сахалина и из Восточной Сибири. После 2022 года доля Ближнего Востока снова выросла до рекордных 95,9% в 2024-м, а альтернативные источники сжались практически до нуля. Получилась классическая ловушка: отказавшись от одного поставщика по политическим мотивам, Япония стала еще более зависимой от другого региона, причем куда более нестабильного.
На фоне обострения правительство Санаэ Такаити начало распечатывать стратегические резервы нефти – по состоянию на конец 2025 года они составляли около 231 дня потребления (145 дней государственных запасов, 80 дней частных и 6 дней совместных резервов с нефтедобывающими странами). По оценкам правительства, с учетом резервов и альтернативных закупок Япония сможет полностью обеспечить себя нефтью как минимум до конца 2026 года. Параллельно наращивается импорт американской нефти – в мае 2026-го он, по заявлению Такаити, должен вчетверо превысить уровень 2025 года.
Тем не менее официальные лица в Токио не упоминают Россию среди возможных альтернативных поставщиков, несмотря на то что США сами временно ослабили ограничения на продажу российской нефти. А между тем голоса в пользу возобновления закупок звучат все громче. Депутат правящей ЛДП Мунэо Судзуки 3 мая посетил Москву и, по его словам, обсуждал в том числе вопросы энергетического сотрудничества. Эксперт Фонда мира Сасакавы Цунэо Ватанабэ прямо заявил ТАСС, что Японии необходимо восстановить отношения с поставщиками нефти, включая Россию, поскольку нехватка ближневосточных поставок может сохраняться более года.
Ирония в том, что ближайший к Японии источник нефти – Сахалин – находится менее чем в 1000 км от Хоккайдо. Маршрут через Ормузский пролив – это 12 000 км и три недели пути. Арифметика простая, но политика делает ее сложной.
Источники: ТАСС, METI Japan
Подписывайтесь на «Статистический взгляд» – разбираем мир в цифрах и графиках.