Современные города к мистическим настроениям не располагают. Живя в каменных джунглях, человек теряет связь с корнями и перестает чувствовать как себя, так и мир вокруг. В метафорическом смысле он превращается в дерево без корней, для которого существует лишь то, что можно увидеть глазами и потрогать руками. Все самое интересное, что выходит за рамки примитивных физических законов и наукой не объясняется, случается вдали от бетонных автострад. Именно туда, в небольшое селение на окраине леса, приглашает Юлия Игольникова своего читателя на страницах повести «Сказочница».
Этот лес пользуется дурной славой. Как в сказках, он является архетипом подсознательного, местом для испытаний, обиталищем неведомого, соединяет более простой зримый (материальный) мир с более сложным незримым (духовным). Взрослые в чащобу не ходят и детям запрещают. Те, кто рискует нарушить запрет, не всегда возвращаются. Но местным ребятам все равно. Любопытство уводит их прочь от родных домов, туда, где поджидает неизвестность.
Подбивший товарищей на вылазку мальчишка, словно какой-нибудь сказочный Иванушка, натыкается в лесу на гигантского зверя — медведя (если по сказочному канону, то хранителя леса). И женщину, которая раньше была деревенской, а теперь живет в уединении. Она — ведьма, знахарка, сказочница, которая рассказывает истории. И те истории отнюдь не простые. Можно протянуть ниточку от тети Фроси к фольклорной Бабе-яге, чей образ, вполне вероятно, вдохновил автора.
Таким образом, хотя перед нами мистическая повесть, она построена на классических архетипах и возвращает читателя к истокам — славянским корням, ныне сохранившимся лишь в сказках и капельку — в глухих деревнях. Изменены ли образы? Конечно! Подстроены ли под более взрослый жанр? Без сомнения! Осовременены ли? Вполне. И все же мы их чувствуем, осознаем, интуитивно воспринимаем и принимаем.
Итак, мальчик встречает медведя и тетю Фросю. Он чудом остается в живых и возвращается домой, но уже изменившимся, со множеством вопросов и собственной четко определенной ролью в грядущих событиях. Своим поступком он пробудил к жизни старые тайны, буквально вытащил их из темноты леса (и подсознательного односельчан), где они были спрятаны долгие годы. Больше их не утаить, не похоронить в забвении. Теперь тем, кто думал, что преступление может остаться без наказания, придется заплатить за старые грехи, совершенные во времена, когда сказочница еще не стала отшельницей и пострадала от рук соседей.
Напряжение постепенно нарастает. Читатель ждет, как будет развиваться сюжет, и мысленно стремится к кульминации, параллельно наблюдая за семейными драмами персонажей, проживая их истории и боли, сочувствуя каждому, как сочувствует им Юлия Игольникова, которая горячо любит всех, о ком пишет, — и хороших, и не очень.
«Сказочница» — повесть интригующая. Она намного глубже, чем стандартная мистика-экшен. Оценивать ее в рамках узкого канона современного жанра нельзя, нужно обязательно тянуться к истокам. Ниточки-ассоциации уводят далеко-далеко в прошлое нашего народа, к его культурному коду, носителями которого все мы являемся, что еще раз доказывает эта книга — современная, но звучащая на одной волне с фольклором.