В рамках проекта «Защитники Отечества», посвященного Дню Великой Победы, мы продолжаем рассказывать истории ветеранов Великой Отечественной войны, которых помнят и чтут в семьях по всей стране. К этим воспоминаниям присоединяются сотрудники нашего Центра. Сегодня мы публикуем историю, которую нам рассказала Светлана Гуренко, врач ультразвуковой диагностики.
Мой прадед, Кордатов Пётр Николаевич (1899 г. р.), родился в городе Горьком (ныне - Нижний Новгород). По первому образованию он был инженером, по второму - корреспондентом. По воспоминаниям родственников, это был очень жизнелюбивый, весёлый и добрый человек.
Долго (по тем временам) он оставался неженатым. В 38 лет его избранницей стала моя прабабушка - Угрюмова Екатерина Михайловна, врач‑ортопед, на 10 лет моложе его. Дед влюбился в неё с первого взгляда: они быстро поженились и вскоре родили двоих детей.
Однако семейная идиллия продлилась недолго. В 1942 году прадеда призвали на фронт военным корреспондентом - в войсковую часть полевой почты № 11 765, 26‑й отдельный мотострелково‑пулемётный батальон. 16 марта 1943 года в районе города Чугуев он пропал без вести.
Но история любви и отношений моих предков не умерла. Письма Петра Николаевича - мужа и брата - своим любимым: жене Кате и родной сестре Наде - бережно хранятся на пожелтевших страницах фронтовых писем. Они передаются из поколения в поколение, донося не только слова нежности любящих людей, но и будни, тревоги, надежды, сквозь которые пробивается вера в будущее и в возвращение домой.
1 апреля 1942г.
Милые мои горьковчане! Доехал я благополучно, пробыл два дня на распределительном пункте, откуда, не дождавшись назначения в часть, был отправлен в госпиталь, где и нахожусь. Оказалась дизентерия, но в слабой форме, и сейчас я уже почти здоров + нормальный стул уже близок к норме. По все вероятности числа 3-4 попаду опять на распределительный, а куда дальше неизвестно. Когда получу назначение в часть, тогда сообщу уже свой адрес.
Говорят, что письма отсюда до Горького идут 10-15 дней. Не удивляйтесь и не волнуйтесь, если долго не будете получать. Если Надя привезет муку, то посушите сухарей. Я напишу, когда и куда приехать.
Целую всех, ваш Петя.
PS (сбоку слева). Все мои вещи в камере хранения, пишу, на чем пришлось.
А пришлось на тетрадном листе в линейку, сложенном затем в военный треугольник. Шло письмо 12 дней.
Письмо Петра от 7 апреля 1942г.
Итак, милые мои, я все лежу в госпитале. Самочувствие хорошее, но понос держится упорно, и, видимо, еще несколько дней придется пролежать здесь. Когда я выйду из госпиталя и определюсь в часть, то сообщу вам, тогда попрошу кого-нибудь ко мне приехать. Скоро будет лишним пиджак и шапка, придется их заменить пальто и фуражкой. Кстати, ехать сюда лучше до ст.Горбатовка с Ковровским поездом в 8-45. Билет же нужно брать до ст. Молодники, следующей за Гороховцом, ибо на ближнее расстояние на этот утренний поезд не сажают. От ст. Горбатовка до лагерей км. 7-8.
Питание здесь хорошее, и, если бы не понос, то жить было бы можно.
Вот пока и все. Будьте здоровы.
Ваш Петя
Письмо написано на плотном листе бумаги, по сути, обложке «Дисциплинарного устава Красной Армии», Воениздат НКО СССР, 1941. Надо сказать, что Петр рисковал, но сама надпись осталась внутри, именно там текст письма, а отправные данные на чистой оборотной стороне. Треугольный штемпель: Эвакогоспиталь 1829 – внутри, а по краям: Красноармейское письмо. Бесплатно. Штемпеля военной цензуры нет. И слава Богу, если бы развернули, то могли бы и врезать за … В Горький пришло 19 апреля, то есть тоже в пути было 12 дней.
8 апреля 1942г.
Лежу в госпитале в Гороховецких лагерях с дизентерией. Госпиталь №1029. Прошу Катю или Надю приехать. Привезите только ½ литра топленого молока. Ехать нужно до станции Горбатовка, а здесь 7-8 км. пешком. Самочувствие пока приличное. Ехать лучше с Ковровским поездом в 8-45. Ничего мне не берите, ибо сижу на диете.
В госпитале пролежу еще дней 10-12.
Всех целую. Петя
Письмо на плотной (полуватман) бумаге, свернуто в прямоугольный треугольник со сторонами 11,5х11.5 и гипотенузой в 16см. На нем штемпель: «Доплатить …
Письмо Петра написано карандашом.
28 апреля 1942г. Госпиталь
Милые, близкие, такие теперь далекие от меня.
Сегодня ровно месяц, как я слег в госпиталь. Думал на 5 дней, а вот – оказывается, придется прихватить несколько дней и второго месяца.
Что у вас случилось? На сердце очень неспокойно. Тысячи всяких вариантов несчастий с вами возникают в голове. Но, по правде сказать, ни один из них не кажется правдоподобным, хотя по поговорке «беда не приходит одна» какое-то еще несчастие может быть в нашей тихой, счастливой семье.
Очень сожалею, что Катя не в состоянии была приехать в воскресенье 26-ого, теперь же сложнее меня здесь будет разыскать. Дело в том, что госпиталь, в котором я лежу, не сегодня-завтра, но во всяком случае в ближайшие дни переезжает отсюда в Ярославские лагеря, местонахождение которых никто толком не знает. Говорят лишь, что он находится где-то в 15-18 км. отсюд по шоссе, но от станции ж/д до них далеко. Если мое здоровье будет как сейчас, то я уеду с госпиталем и там меня, конечно, разыскать будет трудно. Если же переезд затянется на несколько дней, а в состоянии здоровья не будет резких ухудшений, то меня выпишут до отъезда в часть, где разыскать будет не легче. Правда мне после болезни полагается 10-ти дневный отдых при части, который мне могут разрешить провести дома, на это особенно рассчитывать не приходится, ибо есть слухи, что всякие отпуска из частей временно прекращены.
Я не знаю, что я буду делать в зимнем пальто и шапке в середине мая или июне, во всяком случае постараюсь хоть на один день приехать домой или уведомить о месте своего нахождения с тем, чтобы кто-нибудь из вас смог привезти пальто и кепку.
Последние дни, когда здоровье стало оправляться, стало очень скучно целыми днями лежать и слушать, как урчит в твоем животе и животах товарищей. Хорошо еще, что в палате подобрались спокойные люди, с которыми можно поговорить и отвести душу, но все же лежать в постели круглые сутки скучно.
Очень беспокоят меня ребята: не случилось ли чего-нибудь с кем либо из них. Живы ли они, здоровы ли?
Как жаль, что здесь так паршиво налажена связь с городом и письма идут дольше, чем во Владивосток. Но, к сожалению, «сие от нас не зависит».
Одним словом, если Катя еще раз приедет сюда, и меня здесь не застанет, то пусть особо не горюет: так или иначе, но о себе и своем местопребывании как либо извещу.
Пока же всего вам хорошего. Как жаль все же, что не знаю, что у вас делается, и что у вас случилось.
Пока всех целую.
Ваш П. Кордатов
(Письмо написано карандашом на 2-х стр. листе, вырванным из школьной тетради в линейку)
Письмо от сестры Нади от 7 июня 1942г.
П/о Золино Ивановской области (?). п/я №209. Лит А. Стройчасть
Петру Николаевичу Кордатову
7/VI-42г. Милый Петя!
Вот опять прошел выходной, в который даже не съездили на кладбище. Чувствую такой устаток, что целый день спала. Картошку мы с Катей посадили 300м2. Семян нам дали 33кг., затем Римма еще ведро 8-10кг. Яровизированной, и др., так что в общем посадили около 50кг. Насеяла моркови, свеклы, посадила луку, и позднее посадила помидор и поздней капусты. В общем после работы копаемся с Риммой часов до 11-12 ночи и поэтому эту неделю умучилась ужасно. Осталась я теперь одна, Римма в отпуске, а Николай Николаевич бывает на участке мало, так что проявляю собственную инициативу. Вот посею огурцы, посажу помидоры с арбузами и займусь ликвидацией хвостов. Очень жалею, что в прошлый раз не застала тебя дома, но будем надеяться, что все-таки скоро увидимся. Желаю тебе всего хорошего.
Целую тебя. Надя.
На открытке штемпель: «Просмотрено военной цензурой. Горький. 19».
Открытка от 8 июня 1942 г. понедельник
Милая Катя
Вчера с оказией послал тебе открытку, а сегодня, пользуясь, случаем, шлю тебе другую. Очень прошу выбрать время 14, в воскресенье, приехать ко мне.
Поезжай до ст.Горбатовка поездом 10-55. Поимей в виду, что в воскресенье бывает очень много народа, поэтому приезжай пораньше на вокзал. Я тебя постараюсь встретить на дороге, если же меня не будет, то попроси передать столярной мастерской, которая находится недалеко от ворот, чтобы меня разыскали, и я выйду.
Привези мне: 1) столовую ложку перекиси водорода для рта. 2) две-три луковицы или 200-300грамм зелени противоцинготной. 3) немного сухарей. 4) нарежь шт.20 открыток и налей на них марки. 5) портянки, которые я привез из Шахуньи 1 пару.
Я тебя вчера встречал, но, видимо, или ты не получила моих открыток или тебе нельзя было уехать из дома.
Будь здорова. Целуй Надю и ребят.
Твой ПКор… …… (подпись)
8 июня 1942г. Понедельник
Милая Катя!
Вчера и сегодня я послал тебе открытки, а сегодня, пользуясь тем, что мой товарищ по службе, с которым мы живем в одном доме, едет в командировку через Горький, пишу тебе целое письмо.
Прежде всего, о себе. Живу очень хорошо, как в смысле выполняемой работы, так и в смысле коммунальном. Работаю я в стройчасти полка десятником объекта, один из которых должен закончить к 20 мая. Работа живая, все время на свежем воздухе с рабочими бойцами. Дело у меня идет пока неплохо, и ни командир полка, ни полковой инженер не ругали еще ни разу. Живем мы вчетвером в небольшом, летнего типа домике, очень напоминающем купе вагона: так же четыре койки и стол у окна. Мебели больше не держим. Я сплю на верхней полке справа на прекрасной перине из березовых веников, очень душисто и гигиенично. Мне выдали обмундирование, и я теперь вполне военный человек. Кроме того, я получил одеяло и простыни, то и другое очень хорошего качества. Плохо нет подушки, но сегодня я приобрел себе наволочки, дело только за сеном или хорошими стружками. В общем, жизнь пошла своим чередом, дни летят один за другим так, что еле их успеваешь отмечать. Распорядок дня у нас таков: 5-00 – подъем, до 6-00 – туалет, в 7-00 – завтрак, а затем работа до 3-х. В 3-00 – обед, который иногда приходиться есть и вечером, ибо днем часто не находится времени на это дело. Ложимся спать мы обычно в 10-30 – 11-00 и засыпаем почти мгновенно мертвым сном. Здесь очень хорошо тем, что не нужно ночью запираться, ибо никто по ночам не ходит и ничего не возьмет. Все мои болезни на свежем воздухе и постоянной беготне прошли бесследно. Нет ни опухолей ног, ни каких-либо со стороны желудка. Твоя простокваша принесла, видимо, пользу и сделал свое дело. Появилось лишь обычное раздражение во рту, и я очень пожалел, что у меня нет под рукой перекиси водорода, но это прошло безо всякого лечения.
Теперь о твоей поездке сюда. Я думал, что сможешь приехать ко мне 7-ого и, по совести говоря, встречал тебя на дороге в Горбатовку. Но ты или не получила моих открыток или у тебя был занят этот день. Одним словом, прошу, если будет хорошая погода, и ты будешь свободна, приехать сюда 14-ого, в воскресенье. Поезжай на Горбатовку поездом 10-55. Поимей в виду, что в воскресенье на него сесть довольно трудно, поэтому поезжай на вокзал пораньше. С Горбатовки иди по старой зимней дороге. Когда выйдешь на плац за лесом, то увидишь ворот, а справа от них склад леса уже за изгородью. Если я тебя не встречу, то посмотри меня на складе леса или попроси кого-нибудь сказать о своем приезде в столярную мастерскую, которая находится недалеко от ворот слева. Когда поедешь, привези мне: 1) немного перекиси водорода на случай, если мой рот начнет опять болеть, 2) третью часть сухарей, которые лежат у тебя в шифоньере, но не более 10-12 стаканов, 3) лука штук 5 или немного зеленого – как противоцинготное, 4) нарежь из ватмана открыток и наклей на них по 20 коп. марки шт. 20-30, 5) портянки – грубые, которые я привез из Шахуньи, 6) если сумеете купить белого хлеба, то привези кусочек.
Отсюда я тебе отдам мое гражданское платье и белье, чтобы постирать, ибо на этот счет здесь дело обстоит плохо. Кстати, можешь пройти на территорию полка по своему документу в санчасть полка к доктору Кашину, но только через главные ворота, где нужно взять пропуск. Наша контора находится около электростанции, а живу я у санчасти полка рядом с домом комбата Полоусова.
Ивану Семеновичу Шатову, который передаст тебе письмо, можешь черкнуть, хотя он и приедет сюда дней через 5, но все же раньше, чем по почте. Ну, одним словом, будьте здоровы, целуй Надю и ребят, - приезжай.
Твой П.Кордатов
Письмо завернуто в рыхлую серую бумагу, на которой жесткий карандаш вмял, а не прописал буквы, а со временем вмятины распрямились, и теперь невозможно что-либо прочесть. Видимо, указано место расположения больницы, где работала врачом жена Кордатова и телефон 3-06-19. «Горький. Угол…, против…, врачу Кордатовой». Кроме того, эти надписи заляпаны двумя военными почтовыми штемпелями, с только что освеженным чернилами шрифтом. 13.6.42г. – 14.6.42, а на обороте малюсенького прямоугольника, размером 5,5х8см. гражданские штемпеля 19642-9. Горький 5, Свердловский …
Выходит, что друг не отнес письмо жене, а зашел на почту и оформил пересылку?
Открытка от 15 июня 1942 года
Милая Катя!
Чтобы было ясно, сколько моих писем доходит по назначению, я решил их номеровать. Вчера мы считали, что мной послано 10 писем, одиннадцатое послание сейчас опять постараюсь с попутным человеком.
Вчера вернулся к себе в 5 часов, отобедал, сходил к начальнику и залег с 8 часов спать, ибо устал отчаянно. Все же на ногах, вернее на подошвах оказались две здоровенные мозоли – большие сапоги подводят. Сегодня с утра чувствую себя неважно: Болит немного голова и есть общее недомогание. Думаю принять порошочек омтипирину и опять залечь пораньше спать. В остальном все идет своим чередом. Сегодня у меня много рабочих, поэтому приходится много ходить, а ногам больно. Это сказывается и на общем самочувствии.
Как ты добралась? Цел ли букет. Целуй Надю и ребят. Пишите, как живете. О поездке пока молчат. Ваш Петя. (приписка слева)
Хорошо бы теперь выпить водочки и лечь в постель. (приписка справа).
Ответ жены от 17 июня 1942г.
В левом углу №1, подчеркнуто два раза.
Милый Петя! Сего дня получила твою открытку №11. Тебя ждала 17, утром приехала Таня из Спирино, все благополучно. Я получила 4кг (?) сметаны, конфет, вермишель. Так что у нас теперь праздник. Сегодня вечером пришла Надя и не хватает только тебя.
Приехала в Горький в 9 час. 30 мин. Надя была дома, она пришла в субботу в 5 час. Вечера. Букет цветов, когда я его привезла, немного завял, но сейчас в прекрасном состоянии: бутоны все расцвели. Ароматный запах. Была в льнотресте, директор в командировке до понедельника в …. . Друг же его работает в Краснодаре – там его нет.
Целую, Катя.
Сбоку приписано: Будь здоров. Не болей.
С другого: Приеду 27/VI 42г.
Адрес тот же: п/о Золино, Ивановской области (?), п/я 209 Лит.А. Строй часть.
Открытка от 19 июня 1942 года
Милая Катя!
Вчера послал тебе открытку с попутчиком, а сам получил две твоих: одну от 10 июня, а другую от 29 мая. Где она бродила столько времени? У меня все по-старому. Сейчас 5ч. Утра. Встал, умылся и в конторе сижу, дожидаюсь бойцов, чтобы идти работать. Вчера нас раза два-три принимался мочить дождь. Сегодня поэтому весь мой костюм измят, и я внешне выгляжу неважно. Зато сегодня прекрасное утро: солнце, тепло, будет, наверное, жаркий день.
Очень хочется приехать к вам, сходить в баню, сменить белье. Сегодня уложу стропила и буду говорить о своей поездке в Горький. Пока же, что дело обстоит так, что о ней просто неудобно разговаривать.
Как дела у Нади? Пишите, хотя я наверняка увижу вас раньше, чем получу письмо. Всех целую.
Ваш ПКор…. (подпись)
Открытка жены от 20 июня 1942г.
20/VI42г. Милый Петя! Как без тебя скучно быть одной. Надя вчера и сегодня не приехала, хотя я ее очень ждала. У них, вероятно, рабочий день. Погода противная. Хорошо, если в следующий выходной будет хорошая погода. Ребят проводила гулять. Сегодня собираюсь в баню. Все время пройдет незаметно и не дома. … тебя очень ждала. Была Галина. Саша жив и здоров, прислал Наде открытку. Дома пока все благополучно и спокойно. Пиши нам. Будь здоров. Целуем тебя вместе с ребятами. Твоя Катя.
Сбоку слева: «Целую тебя и жду с нетерпением субботы, чтобы с тобой встретиться. Ната и Коля скучают по тебе».
Сверху: «Пиши нам. Коля хочет твоего приезда».
Справа: « Петя пиши. Скучаю без тебя и жду тебя».
Открытка самодельная. Справа надпись «Красноармейское», то есть без марки. Видимо, потому ушло (по штемпелю) 22 июня в 20-00.