Говорят, что общее горе объединяет. Но в семье Марины (имя изменено) трагедия стала началом настоящей войны. После того как её муж Андрей погиб при выполнении боевых задач в зоне СВО, родная мать героя превратилась из «второй мамы» в расчетливого врага. Предметом раздора стали выплаты, которые государство назначило семье погибшего.
Счастье, оборванное звонком
Марина и Андрей прожили вместе семь лет. Планировали детей, копили на расширение своей небольшой «однушки» в пригороде. Когда пришла повестка, Андрей не колебался: «Кто, если не я? Вернусь — сразу закроем ипотеку».
Он не вернулся. В ноябре прошлого года Марина получила тот самый страшный звонок. Дальше всё было как в тумане: опознание, цинковый гроб, почетный караул и бесконечные горсти земли на крышку гроба. Свекровь, Галина Петровна, на похоронах буквально висла на плече у невестки, причитая: «Как же мы теперь, деточка, вдвоем-то останемся?»
Марина искренне верила: они теперь — единственная опора друг для друга. Но траур длился недолго. Ровно до того момента, когда на счета начали поступать страховые выплаты и президентские пособия.
«Тебе эти деньги счастья не принесут»
По закону, основные выплаты (страховка, единовременное пособие) делятся в равных долях между родителями, супругой и детьми погибшего. У Андрея не было детей, поэтому сумма разделилась пополам: 50% — матери, 50% — жене. Казалось бы, всё справедливо.
Но спустя неделю после получения денег Галина Петровна пришла к Марине не с пирогами, а с ультиматумом.
— Мариночка, ты девочка молодая, красивая, — начала свекровь, ставя чашку чая. — Ты через год-два снова замуж выйдешь, детей родишь, жизнь у тебя сложится. А я сына потеряла. Свою кровь. Эти деньги — его цена, его жизнь. Было бы правильно, если бы ты свою долю мне отдала.
Марина опешила. Сумма на её счету была внушительной — несколько миллионов. Эти деньги могли бы закрыть кредит, купить жилье, о котором они с мужем мечтали.
— Галина Петровна, но это же те деньги, которые Андрей хотел вложить в нашу семью…
— Какую семью?! — внезапно сорвалась на крик женщина. — Нет семьи! Сын в земле, а ты на его крови жировать хочешь? Ты ему никто по сравнению со мной! Я его 9 месяцев носила, ночи не спала, в люди вывела. А ты? Поплачешь и забудешь. Отдай деньги по-хорошему, иначе я в суд пойду. Скажу, что вы вместе не жили, что ты ему изменяла!
Война на пепелище
С того дня жизнь Марины превратилась в ад. Свекровь начала обзванивать общих знакомых, рассказывая, что «меркантильная невестка обобрала несчастную мать до нитки». В ход пошли угрозы и проклятия.
Галина Петровна действительно подала иск, пытаясь признать Марину «недостойным наследником». Она аргументировала это тем, что Марина якобы не заботилась о муже и вообще «недостаточно сильно скорбит», раз не хочет добровольно отдать миллионы.
— Это самое страшное, — делится Марина, вытирая слезы. — Мне не денег жалко, мне страшно, что память об Андрее очерняется этой грязью. Он там подвиг совершил, а мы тут из-за бумажек грыземся. Его мать получила свою долю — там такие же миллионы! Но ей мало. Она считает, что смерть сына — это её личный «лотерейный билет», к которому никто больше не имеет права прикасаться.
Комментарий юриста: что говорит закон?
Ситуации, когда родственники начинают делить выплаты за погибших в СВО, сегодня не редкость. Юрист по семейному праву Алексей Волков поясняет:
«Закон четко определяет круг наследников первой очереди: родители, супруги и дети. Все они имеют равные права на основные выплаты (согласно Указу Президента №98 и закону об обязательном страховании военнослужащих). Лишить вдову выплат практически невозможно, если брак был официальным и не был расторгнут. Обвинения в духе "она еще молодая, выйдет замуж" не имеют юридической силы. Суд встает на сторону закона, а не эмоций».
Вместо эпилога
Марина выиграла суд. Свекрови не удалось доказать «недостойность» невестки. Но отношения разрушены навсегда. Сейчас девушка планирует продать квартиру и уехать в другой город.
«Я поставлю Андрею самый лучший памятник», — говорит она. — «А оставшиеся деньги... я решила часть отдать в фонд помощи ребятам, которые сейчас там. Андрей бы это одобрил. А с Галиной Петровной мы больше не общаемся. Оказалось, что горе не всегда объединяет. Иногда оно просто снимает маски».
А как вы считаете, должна ли вдова делиться выплатами с родителями мужа сверх того, что положено по закону? Пишите свое мнение в комментариях.