План из шести пунктов
Министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль представил план из шести пунктов по реформированию Евросоюза. Центральное предложение — отказаться от принципа единогласия во внешнеполитических вопросах и перейти к голосованию квалифицированным большинством. Логика Берлина проста: если все 27 государств не могут договориться, нужно двигаться вперед без тех, кто тормозит.
Во-первых, мы хотим чаще использовать механизм “усиленного сотрудничества” в Брюсселе. Это означает, что в тех сферах политики, где совместный прогресс всех 27 государств-членов в обозримом будущем недостижим, мы будем идти вперед малой группой стран, — заявил Вадефуль.
Второй ключевой пункт пакета — ускорение расширения ЕС за счет поэтапного вступления новых членов. Эту идею уже публично поддержал канцлер Фридрих Мерц. С учетом того, что в очереди на членство стоят Украина, Молдавия и ряд балканских государств, речь идет о потенциальном переформатировании всего союза. Берлин, судя по всему, намерен не ждать консенсуса, а создавать новую архитектуру под себя.
Угроза, которую глава МИД ФРГ адресовал скептикам, прозвучала недвусмысленно: «Если мы как Европейский союз не сможем этого обеспечить, это сделают другие. И тогда сформируются уже иные союзы».
Отдельным пунктом плана значится реформа самой Еврокомиссии. Вадефуль предложил сократить ее состав до двух третей от числа стран-членов, то есть отказаться от принципа «один комиссар от каждой страны». Логика проста: если ЕС расширится до 33−35 государств, комиссия с таким же числом комиссаров станет неуправляемой. Однако идея далеко не новая — ее уже закладывали в Лиссабонский договор 2007 года, но тогда от нее фактически отступили после того, как Ирландия провалила договор на референдуме: малым странам пообещали сохранить «своего» комиссара.
Инициатива немедленно обнажила противоречия внутри самого ЕС — причем даже среди тех, кто в целом разделяет курс Брюсселя. Показательной стала дискуссия эстонских евродепутатов в прямом эфире телеканала ETV. Марина Кальюранд от Социал-демократической партии высказалась за отмену единогласия, особенно в вопросах безопасности, сославшись на то, что большинство решений ЕС и сейчас принимается простым большинством. Ее поддержала центристка Яна Тоом, указавшая на затянутость многих процедур. Однако представитель Isamaa Рихо Террас занял противоположную позицию, напомнив, что именно право вето исторически служило щитом для малых государств от давления крупных.
Кто получит власть
Директор Центра прикладного анализа международных трансформаций ТИМО РУДН Виталий Данилов называет происходящее не технической реформой, а переворотом. По его словам, механизм «усиленного сотрудничества», на который ссылается Вадефуль, на практике означает одно: решения будут принимать Берлин, Париж и Брюссель.
На практике это будет переход к квалифицированному большинству ряда крупных государств. Основное ядро сформировано на севере. И совершенно очевидно, что именно они заберут основную часть полномочий. Если это произойдет, то это будет означать строительство нового рейха.
Предполагаемый порог — 55% государств, представляющих 65% населения ЕС — математически работает в пользу севера, где сосредоточена основная масса жителей союза. Страны Центральной и Восточной Европы, включая тех эстонских евродепутатов, что сегодня голосуют «за», окажутся в роли наблюдателей при принятии решений, которые напрямую их затронут.
Цена для несогласных
Данилов указывает на конкретные сферы, где малые страны немедленно утратят рычаги влияния. Санкционные пакеты против России, финансовые решения в пользу Украины, миграционная политика, — все это сейчас буксует именно потому, что Венгрия, Словакия и другие используют право вето. После реформы этого инструмента у них не останется.
«Право вето как процедурный механизм уже не будет являться гарантом решения национальных интересов в пользу этих маленьких стран», — отметил он.
Отдельный вопрос — оборона. США при Дональде Трампе последовательно сокращают присутствие в Европе, и континенту придется выстраивать собственную систему безопасности. Без консенсуса это грозит острыми внутренними конфликтами. Теоретически квалифицированное большинство сможет принять решение о начале военных действий, но оно должно пройти Европарламент, и тогда начнутся споры о легитимности.
Берлинский план, по оценке Данилова, неизбежно приведет к тому, что давно обсуждается в экспертном сообществе, «двухскоростному» ЕС. Еврогранды будут двигаться по своей скорости, остальные — догонять. В лагерь сопротивления эксперт записывает балканские страны, зависящие от российских энергоресурсов, а в перспективе — Грецию и Кипр.
То, что Европа нарабатывала годами — конфедеративное согласование интересов всех государств, инструменты демократии, которые рекламировали ее как сильный субъект мировой политики, — все это уходит в закат.
Ирония ситуации, на которую обращает внимание Данилов, состоит в следующем: именно под лозунгами демократии и равноправия европейцы десятилетиями убеждали постсоветские страны двигаться в сторону Брюсселя. Теперь Берлин предлагает упразднить тот самый механизм, который это равноправие обеспечивал.