С днем Великой Победы! Сегодня мы публикуем письмо несовершеннолетней девушки, которая во время Великой Отечественной войны оказалась в рабстве у «цивилизованных» европейцев. Это важнейший исторический документ, который находится в мемориале в Белоруссии (Гомельская область, посёлок Красный Берег). Это страшный документ. Прочитав его, остается только догадываться, а почему мы этих зверей, о которых пишет ребенок, не уничтожили под корень? Хотя понятно, что все дело в грязной политике.
А ведь эти еромрази снова достают из шкафов свои изъеденные молью нацистские мундиры, с пятнами крови 80-летней давности. Уже понятно, что во главе евронацистов на Россию вновь пойдет вмиг забывшая о своих преступлениях Германия. Прусские мясники, которых сначала простили, а затем которым за откаты в марках предатели вернули ГДР, вновь запускают свою военную машину. К сожалению, за этими приготовлениями безответственно и беспомощно наблюдают те, кто должен задушить эту мразь в зародыше. По какой причине, неизвестно. Поэтому война неизбежна. Что ждет наш народ и наших детей, когда объединенный нацистский фронт при попустительстве отдельных политиков вновь докатится до России, читайте ниже.
«Дорогой папенька! Пишу тебе письмо с немецкой каторги. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых уже не будет. Моя просьба к тебе, отец, покарай немецких кровопиец. Это завещание твоей умирающей дочери. Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи, ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала, вот ее последние слова: ”Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, вон". И офицер выстрелил маме в рот. Дорогой папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет. Если бы сейчас встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькой, мои глаза впали, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь. Мне отбили легкие.
А помнишь, папа, два года тому назад мне исполнилось 13, какие хорошие были именины. Ты мне тогда сказал: “Расти, доченька, на радость большой”. Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню. А теперь, когда я взгляну на себя в зеркало, — платье рваное, номер, как у преступника, сама худая, как скелет, и соленые слезы в глазах. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят, затравленные голодными овчарками. Я работаю рабыней у немца Ширлина, работаю прачкой, стираю белье, мою полы. Работы много, а кушать два раза в день, в корыте с Розой и Кларой. Так хозяйка зовет свиней. Так приказал барон. “Русы были и есть свинья”. Я боюсь Клары, это большая жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я доставала из корыта картошку.
Живу в сарае. В комнаты мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба. Хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине. Два раза я убегала. Меня находил их дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Когда теряла сознание, на меня выливали ведро воды и бросали в подвал. Новость. Сказала Юзефа. Хозяева уезжают в Германию с большой партией невольников и берут меня с собой. Я не поеду в эту трижды проклятую Германию. Я решила, что лучше умереть в родной стороночке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Я не хочу больше мучиться рабыней у проклятых жестоких немцев, не дававших мне жить. Завещаю, папа, отомстить за маму и за меня.
Прощай, добрый папенька. Ухожу умирать. Твоя дочь Катя Сусанина. Мое сердце верит — письмо дойдет».
12 марта, 1943 г.