Вадим не успел уничтожить свитки. Не успел даже решить, что делать с Сердцем. В тот момент, когда он протянул руку к ближайшей рукописи, золотая сфера вдруг погасла, и полость погрузилась в темноту. А затем зажглись другие огни — холодные, синие, идущие из-под воды.
Из озера вышли двое.
Они были похожи на Антидов — те же белые одежды, мерцающие амулеты, безупречные лица без единой морщины. Но в их глазах читалось не высокомерие, а усталость. Женщина и мужчина, оба седовласые, хотя на вид им нельзя было дать больше тридцати.
— Не бойся, — сказала женщина. — Меня зовут Вера. Это Эрвин. Мы — как и ты. Точнее, мы — Первые, которые хотят, чтобы всё кончилось.
Вадим инстинктивно сжал кристалл-ключ. Сердце Земли зависло у него за спиной, тёмное и безмолвное.
— Айна послала вас? — спросил он.
— Айна не знает, что мы здесь, — ответил Эрвин, и в его голосе прозвучала горечь. — Никто не знает. Мы — те, кто тысячелетиями притворяется спящими в коконах. Мы давно проснулись, но скрываем это. Потому что Айна — не Хранительница. Она — Тюремщица.
Вера подошла ближе, и Вадим заметил, что её амулет треснут. Она говорила тихо, словно боялась, что ледяные стены имеют уши:
— Ты прочёл свитки. Теперь ты знаешь правду: мы не унаследовали технологии предков. Мы — те самые предки. Первые, создавшие человека. Но Айна и её совет лгали даже нам. Они сказали, что Сердце Земли нужно для возрождения нашей расы, для рождения детей. На самом деле Сердце — это ключ к управлению людьми.
Эрвин кивнул, и на его ладони зажглась голограмма — изображение Земли, опутанной сетью золотых нитей.
— Когда Сердце активируют на полную мощность, оно пошлёт сигнал, вшитый в ДНК каждого человека. Люди не будут бунтовать, не будут задавать вопросов, не будут развиваться. Они превратятся в послушных рабочих, как и было задумано изначально. Айна хочет вернуть старый порядок. Она устала прятаться подо льдом.
Вадим похолодел. Он вспомнил, как легко кристалл-ключ внушал волю полярникам. Если Сердце способно на такое в глобальном масштабе…
— Почему вы против? — спросил он.
— Потому что мы изменились, — сказала Вера, и впервые на её лице появилось нечто похожее на боль. — Тысячи лет рядом с людьми, наблюдение за вашим искусством, вашей любовью, вашей способностью жертвовать собой... Мы, Первые, бессмертны, но у нас нет души. Вы, люди, смертны, но ваша душа — это то, чего мы никогда не сможем создать. Айна завидует вам. А мы... мы хотим научиться быть как вы. Даже если это значит — отказаться от бессмертия.
Эрвин достал из-под одежды странный прибор — два переплетённых кольца, пульсирующих зелёным.
— Это Разрыватель. Он может отключить Сердце навсегда, но для этого нужен доступ к его ядру. Айна скоро будет здесь — она почувствовала, что Сердце активировалось. У нас мало времени.
Вадим посмотрел на тёмную сферу за спиной. Потом на Веру и Эрвина — Первых, которые устали быть богами.
— Что будет с вами? — спросил он.
— Мы умрём, — просто ответила Вера. — Без Сердца наши коконы разрушатся, и бессмертие исчезнет. Но мы успели прожить сотни тысяч лет. А люди... люди только начинают.
В проходе послышались шаги. Много шагов. Айна пришла не одна.
— Вадим, — разнёсся её голос под сводами. — Ты нашёл Сердце. Отдай его мне, и я сделаю тебя бессмертным. Ты будешь править вместе с нами.
Вадим взглянул на Веру. Та молча протянула ему Разрыватель — два кольца, холодные и тяжёлые.
— Выбирай, — прошептал Эрвин.
Айна появилась в проёме — за ней стояли десятки Антидов с сияющими жезлами. Её глаза горели золотом.
— Не глупи, смертный.
Вадим сжал Разрыватель. Улыбнулся.
— Я не смертный. Я — человек. А люди, знаешь ли, умеют делать глупости.
Он шагнул к Сердцу.
Продолжение следует.