Жесты у Тургенева.

Только по-настоящему, запойно читая Тургенева, можно начинать прозревать, почему в школе нас учили обращать внимание на описания природы – практически пичкали ими. Дело в том, что природа с тех практически не изменилась. Всё так же в описании какой-нибудь усадебки и околоусадебной жизни можно узнать и сопоставить со своим жизненным опытом петуха в сонный полуденный час, жужжание вечной пчелы, сон кошки, звон собачьей цепи, а то и – к сожалению – резвого прусака; и это не говоря про травы и дубравы.

Чувства людей изменились больше. Но в целом людьми всё также управляет любовь и желание любви.

Быт изменился сильно. Не являясь историком, практически нет смысла вдумываться в некоторые детали – нам уже до конца не понять многое из происходящего.

А вот поведение людей, язык, мотивация - изменились настолько, что нам иной раз вообще практически непонятны. И самое показательное из этого – жесты. То и дело у Тургенева мы встречаем в этом плане нечто несусветное: некий мужчина поцеловал другого мужчину в плечо; некто во время разговора берёт другого за пуговицу; некто сидя (!) низко опускает голову на грудь; некто, сердясь, топает ногой... вершиной всего этого безобразия видится мне следующий пассаж: «Человек этот... широко разинул большой свой рот и, захохотав металлическим хохотом, хлестко ударил себя ладонью по ляжке сзади, причем высоко вынес ногу вперед». Описывается, заметим, поведение не клоуна, а человека во время визита.

При этом мы не можем упрекнуть Тургенева в вычурности слога и додумывании эксцентрики: потому что, например, то и дело добавляя в речь дворян французские обороты, он явно преследует цель воспроизводить её, речь, как можно более достоверно, ближе к действительности – так почему же при описании жестов он ставил бы себе противоположную задачу? Нет; вероятнее всего он действительно описывает возможное в то время поведение людей, описывая узнаваемые для читателя позы и жесты – при демонстрации коих в наше время человека признали бы в самом благопристойном случае за аутиста.