Кто сегодня не знает Льва Толстого? Бородатый мудрец из Ясной Поляны, проповедник непротивления, создатель эпопеи «Война и мир». Таким мы привыкли его видеть на портретах. Но мало кто догадывается, что за этим монументальным образом скрывалась совсем другая личность. В молодости граф был лихим гусаром и, что греха таить, отчаянным картежником. Страсть к игре оказалась для него настоящим проклятием. Она заставляла его ночами не спать, терять огромные суммы и в конце концов писать унизительные письма с просьбой о помощи тем, кого он искренне недолюбливал, — Николаю Некрасову и Ивану Тургеневу.
«Американец» и тщеславие
Толстой не был единственным игроком в семье. Его двоюродный дядя, Фёдор Толстой по прозвищу «Американец», был легендарным авантюристом и картёжником. В отличие от родственника, он умел играть нечестно и часто выигрывал. Племянник же унаследовал страсть, но не талант.
Сам Лев Николаевич оправдывал свою слабость тщеславием — ему отчаянно хотелось прослыть удачливым игроком. Но желания расходились с реальностью: за карточным столом граф почти всегда проигрывал, и проигрывал по-крупному.
От запоев до проигрыша дома
Первые записи о проигрышах появились в дневнике Толстого зимой 1849 года. Он клялся себе завязать, но через полгода срывался и спускал всё: свои деньги, братские и чужие. В 1855 году, пытаясь отыграться, он потерял 2000 рублей серебром.
Ходили слухи, что граф за бесценок распродавал породистых рысаков и закладывал доставшиеся по наследству деревни. Например, Малую Воротынку он якобы продал за 18 тысяч рублей, а Ягодную — всего за 5,7 тысячи.
Баден-Баден: финальная ставка
Апогеем стал 1857 год. Лев Николаевич отправился в Баден-Баден, в самое сердце европейской игорной жизни. Там он пристрастился к рулетке, и за пять дней спустил 3000 франков — всё, что у него было. Многие его современники, включая поэта Полонского, с ужасом наблюдали за этим запоем. Поэт признавался, что целый день не мог оторвать Толстого от рулетки, боясь, что тот проиграется до нитки.
Так и случилось. Оказавшись в чужой стране без гроша в кармане, граф был вынужден сделать то, что он ненавидел больше всего. Он написал унизительные письма своим недоброжелателям — издателю «Современника» Николаю Некрасову и писателю Ивану Тургеневу — с мольбой о деньгах.
«Поехал и погиб»
Реакция Тургенева была стремительной. Узнав, что его «оппонент» проигрался в пух и прах, он не стал медлить с переводами. В письме Боткину Тургенев сообщал: «Толстой уведомляет меня, что проигрался в рулетку в пух, до копейки... Он ехал сюда, на дороге завернул в Баден и погиб».
Однако помощь литературных «врагов» имела и неожиданный позитивный эффект. Толстой настолько остро переживал свой позор и долги, что сел за письменный стол, чтобы заработать. Позже он признавался, что именно очередной проигрыш мотивировал его дописать роман «Казаки», который без этого так и пролежал бы в столе. Так проклятая страсть неожиданно подарила миру литературный шедевр.