В России не первый год наблюдается увеличение числа людей, принимающих антидепрессанты и другие успокоительные средства. С чем это связано? Насколько эти средства универсальны? Чем отличаются анксиолитики от антидепрессантов, в каких случаях их назначают? Все ли они отпускаются строго по рецепту врача? Насколько и те, и другие в конечном итоге безопасны для человека?
С этими вопросами ИА Рустемпо обратилось к специалистам.
Марина Калюжная, врач-психиатр-нарколог, основатель "Клиники доктора Калюжной" (Краснодар, Ростов-на-Дону):
- Рост интереса к антидепрессантам в России я бы не сводила только к ухудшению психического здоровья. Здесь совпало сразу несколько факторов: у людей стало меньше стыда вокруг обращения к психотерапевту/психологу, сами врачи стали чаще выявлять тревожные и депрессивные расстройства, а пациенты меньше надеются на "перетерплю" и "само пройдет". При этом рост аптечных продаж действительно фиксируется. Но важно понимать: рост продаж не означает автоматический рост числа тяжелых психических заболеваний, это скорее показатель того, что люди чаще доходят до лечения. Антидепрессанты и анксиолитики — это не одно и то же. Антидепрессанты назначают при целом ряде тревожных расстройств, не только при депрессии; препараты группы СИОЗС во многих рекомендациях рассматриваются как наиболее часто назначаемые и сравнительно безопасные варианты для лечения депрессии, а также применяются при тревоге и панических состояниях. Их эффект развивается не мгновенно: обычно это терапия на перспективу, когда нужно стабилизировать состояние, уменьшить тревогу, навязчивости, депрессивную симптоматику и снизить риск рецидива. Анксиолитики работают иначе. Если говорить совсем просто, это препараты для быстрого уменьшения тревоги, внутреннего напряжения, вегетативных проявлений, бессонницы. Но именно здесь и кроется главный нюанс: далеко не все из них подходят для длительного приема. Бензодиазепины исторически назначались очень широко, но сейчас они в целом не рекомендуются как долгосрочное решение при тревожных расстройствах из-за риска зависимости и ограниченной эффективности на длинной дистанции; их могут использовать коротким курсом в острых ситуациях, пока не начал работать основной препарат или психотерапия. Поэтому идея, что эти средства универсальны, неверна. В психиатрии нет таблетки, которая одинаково хорошо подходит всем. Один и тот же препарат у разных людей может дать разный эффект: кому-то он действительно помогает вернуть сон, работоспособность и устойчивость, а у кого-то вызывает побочные реакции, требует замены дозы или вообще оказывается не тем выбором. Здесь имеют значение диагноз, выраженность симптомов, сопутствующие заболевания, возраст, сочетание с другими лекарствами, употребление алкоголя, история зависимости и даже ведущая жалоба — тревога, апатия, бессонница, панические атаки или соматические проявления. Что касается доступности, в России действует общее правило: все лекарства, кроме включенных в перечень безрецептурного отпуска, должны отпускаться по рецепту. Классические антидепрессанты, например сертралин, относятся к рецептурным препаратам. Часть успокоительных и седативных средств может продаваться без рецепта, но это не значит, что они равны по силе и клинической значимости антидепрессантам или рецептурным анксиолитикам. А некоторые анксиолитики, например бензодиазепины, наоборот, относятся к препаратам с более строгим контролем отпуска. Если говорить о безопасности, то корректнее всего так: безопасны не "антидепрессанты вообще" и не "успокоительные вообще", а правильно подобранная схема, правильная доза и правильное наблюдение. Современные СИОЗС считаются относительно безопасными и обычно переносятся лучше многих более старых препаратов, но и они требуют контроля врача и не должны назначаться по принципу "подошло знакомому — подойдет и мне". С анксиолитиками рисков больше: если человек начинает принимать их сам, повышает дозу, смешивает с алкоголем или месяцами пытается решать ими то, что требует полноценного лечения. Отдельная проблема — резкая отмена: и антидепрессанты, и бензодиазепины нужно прекращать постепенно. Вкратце я бы сформулировала так: рост приема антидепрессантов в России — это не только отражение общего уровня тревоги, но и признак того, что психиатрическая помощь становится менее стигматизированной. Проблема в том, что препараты стихийно и неграмотно используют: антидепрессанты и анксиолитики не универсальны, требуют точного назначения и врачебного сопровождения и, что наиболее важно, правильного постепенного прекращения.
Мария Мишина, клинический психолог (Москва):
- Увеличение числа людей, принимающих антидепрессанты и анксиолитики, связан с двумя факторами – реальным увеличением тревожных и депрессивных расстройств и ростом открытости к психологической и даже психиатрической помощи. Современные препараты доступны, но не универсальны: их эффективность зависит от точной диагностики и индивидуальных особенностей пациента. Антидепрессанты нормализуют уровень нейромедиаторов (серотонина, дофамина, норадреналина) и применяются при депрессии, тревожных и обсессивных расстройствах. Анксиолитики действуют быстрее, снимают симптомы тревоги и напряжения, но не устраняют причину. Большинство этих средств строго рецептурные, их самостоятельный приём опасен из за риска привыкания и побочных эффектов. Назначение должен проводить психиатр после обследования и психологической оценки. При правильном подборе и контроле лечения они безопасны и значительно улучшают качество жизни пациента.
Светлана Чайка, психолог-консультант, специалист по эмоциональной адаптации и психологической поддержке женщин (Майами, США):
- Рост числа людей, принимающих антидепрессанты, — это не только медицинский, но и социальный показатель. С одной стороны, это говорит о том, что тема психического здоровья перестаёт быть табуированной, люди чаще обращаются за помощью и не остаются один на один со своим состоянием. С другой — это отражает уровень хронического стресса, в котором сегодня живёт человек: нестабильность, тревожный информационный фон, давление ожиданий и высокая эмоциональная нагрузка. «Рост приёма антидепрессантов — это не слабость людей, а показатель того, насколько перегруженной стала реальность вокруг них». Важно понимать, что антидепрессанты и анксиолитики — это разные группы препаратов с разными задачами. Антидепрессанты работают с более глубокими и длительными состояниями — депрессией, тревожными расстройствами, нарушением эмоционального фона. Их эффект развивается постепенно и направлен на стабилизацию состояния в долгосрочной перспективе. Анксиолитики же чаще используются как средство быстрого снижения тревоги, но при длительном применении могут вызывать зависимость, поэтому требуют особенно осторожного назначения. Назначение таких препаратов должно происходить исключительно через врача — психиатра или невролога. Это не та категория средств, которую можно подбирать самостоятельно или «по совету». За каждым состоянием стоит индивидуальная история человека, его психика, уровень стресса и жизненные обстоятельства. «Таблетка может снизить симптом, но не заменяет внутреннюю опору, которую человеку всё равно придётся выстраивать». Отдельно важно отметить, что медикаментозная поддержка — это не единственный путь. В практике часто видно, что за симптомами стоят нерешённые внутренние конфликты, накопленное напряжение и отсутствие ресурса. В таких случаях психотерапия помогает не только облегчить состояние, но и разобраться в причинах, чтобы изменения были устойчивыми. При этом важно уйти от крайностей: антидепрессанты — это не «плохо» и не «стыдно». Для многих людей это необходимая поддержка на определённом этапе жизни. Но и ожидать, что только препараты решат все внутренние процессы, тоже не стоит. Наиболее устойчивый результат даёт сочетание грамотной терапии и внутренней работы человека. Сегодня рост потребления таких препаратов — это сигнал о том, что людям всё сложнее справляться с нагрузкой в одиночку. И это повод говорить не только о лечении, но и о необходимости поддержки, доступной психологической помощи и более внимательного отношения к своему состоянию.
Родион Чепалов, психолог (Санкт-Петербург):
- Психолог не имеет права работать с антидепрессантами, но я консультирую людей, которые их пьют. Рост интереса к антидепрессантам и успокоительным часто объясняют только «ухудшением жизни», но как психолог я бы добавил ещё одну причину: людям нужен быстрый, понятный и социально приемлемый способ хоть немного уменьшить страдание. Таблетка выглядит конкретнее, чем долгая психологическая работа. Это особенно заметно там, где человек годами живёт в режиме хронического стресса: не умеет говорить «нет», терпит токсичную работу, не выстраивает границы, боится конфликтов, не умеет просить о помощи. В таких случаях лекарства могут действительно снизить остроту симптомов, но не меняют саму жизненную систему, которая эти симптомы поддерживает. Именно поэтому человеку важно не только получать препарат, а понимать, что именно он лечит: симптом или жизненный паттерн. Если, условно, у женщины три года повторяются конфликты в семье, она всё время уступает, копит напряжение, а потом «ломается», одних таблеток часто мало. Ей параллельно нужно учиться замечать свои чувства, говорить о них, выдерживать неудобный разговор, выстраивать границы, не соглашаться автоматически. Если мужчина «не справляется с работой», но по факту не умеет делегировать полномочия, боится выступать, избегает сложных вопросов и живёт в постоянном внутреннем стыде, ему помимо медикаментозной поддержки часто нужна когнитивная и поведенческая работа: увидеть свои установки, например «я всем должен», «ошибка недопустима», и постепенно заменить их более реалистичными. Клинические рекомендации по депрессивным расстройствам обычно указывают, что психотерапия рекомендована в сочетании с фармакотерапией для повышения эффективности лечения и улучшения социального функционирования; при лёгких и части умеренных состояний психотерапия вообще может использоваться как самостоятельный метод. Ещё одна психологическая крайность — либо злоупотребление препаратами как единственным способом «держаться», либо полный отказ от них из страха и стигмы. Оба сценария плохи. Самоназначение, советы друзей и схема «мне помогло — и тебе поможет» опасны именно потому, что человек начинает лечить не диагноз, а своё объяснение проблемы. Эти лекарства относятся к рецептурным препаратам. Поэтому психологически самая здравая позиция такая: лекарства — это не слабость и не волшебная палочка. Это инструмент, который может снизить тяжесть состояния, чтобы у человека появились силы заняться своей жизнью по-настоящему. А дальше начинается работа: менять режим, отношения, способы реагирования, установки, навыки общения. Иначе есть риск годами лечить не причину, а только последствия. Ну и делать это все можно только по рекомендации врача.
Заключение
Эксперты высказали свое мнение насчет успокоительных средств. И, пожалуй, особо стоит выделить необходимость лечения любых депрессий и тревожных расстройств строго под контролем специалиста.
Все мы время от времени смотрим голливудские фильмы, где герои через одного принимают транквилизаторы и антидепрессанты. Так или иначе, это влияет и на наше подсознание: мы наблюдаем, как «волшебная таблетка» творит чудеса быстро, без вмешательства врача. Между тем, в США существует давняя проблема с дорогостоящими услугами психотерапевтов, и многие американцы предпочитают «быстрое решение» психологической проблемы при помощи приема антидепрессантов. Стоит лишь сказать, что за последние 20 лет их продажи в США выросли на 400%.
Вместе с американскими фильмами в наш обиход прочно вошли такие названия как «Валиум» и «Ксанакс». О том, к каким трагическим последствиям приводит бесконтрольная увлеченность таблетками от депрессии, пишет Элизабет Вурцель в своем романе "Нация прозака", ставшим бестселлером еще в середине 90-х годов прошлого века.
Интересно, что анализ историй болезни 17,5 млн американцев с депрессией, который приводит научный журнал PLOS One, показал, что реальный эффект от применения антидепрессантов не приводит к дальнейшему улучшению качества жизни пациентов с течением времени.
Цитата: «В среднем, в период с 2005 по 2016 год ежегодно диагноз «депрессивное расстройство» ставился 17,5 миллионам взрослых. Большинство из них были женщинами (67,9%), причем большая их доля получала антидепрессанты (60,5% против 51,5% мужчин). Хотя применение антидепрессантов было связано с некоторым улучшением по шкале MCS, одномерный анализ DID не выявил существенной разницы между двумя группами по показателям PCS (–0,35 против –0,34, p = 0,9595) или MCS (1,28 против 1,13, p = 0,6405). Многомерный анализ DID обеспечил надежность этих результатов.
Безусловно, в ситуации, когда мир становится тревожнее и неопределеннее, мы также меняемся: чаще волнуемся за близких, за работу, за будущее. Но порой достаточно взглянуть на себя и свое окружение под другим углом: попытаться внести больше порядка в свою жизнь, избавиться от общения с ненужными людьми, оставить лишние дела и чаще заботиться о своем здоровье самостоятельно; создать свой небольшой мир, полный уверенности и спокойствия, влиять на который можем только мы сами. И если какие-то вопросы все же не удается решить, можно обратиться к хорошему специалисту.
Подготовил Евгений Раи
Источник - Информационное агентство Рустемпо