Итак, имя этой дамы - Вирджиния Ольдоини, графиня ди Кастильоне (догадка no_sugar была верной!)
Эта женщина была флорентийской аристократкой, парижской светской львицей и самой известной в Европе куртизанкой. Она была фавориткой короля Сардинии Виктора Иммануил II и французского императора Наполеона III. В армию ее поклонников входили банкир Ротшильд, ювелир Бушерон, парфюмер Фреччери. Ее божественную красоту описывали Золя и Флобер.
Достойное применение красоте
Судьба наградила Вирджинию роскошным подарком - неземной красотой. И она нашла ему достойное применение. Не в великосветских салонах и не в королевских покоях, а… в спертом воздухе фотоателье на улице Оперы.
Ее лучшим другом стал фотограф Пьерсон. За 40 лет он сделал 700 ее фотоснимков. Она не была его натурщицей — она была режиссёром каждой съемки. Сама подбирала наряды и прически, сама продумывала ракурсы и позы, сама кадрировала и ретушировала снимки.
Самовыражение через образы
В отличие от современных фотомоделей, Вирджиния быстро охладела к демонстрации гламурных нарядов и причесок. Ее увлекали маскарадные, литературные и театральные образы.
Она примеряла маски и образы, как другие платья: сегодня — невинная дева, завтра — Леди Макбет, идущая на убийство, или поднимающаяся на эшафот Мария-Антуанетта. Ее артистизм позволяет ей легко перевоплощается в библейские образы Юдифи или Медеи.
Эксперименты, провокация и эпатаж
Многие приемы, популярные сегодня у фотомоделей, изобрела именно она. Фото со спины, отражающееся в зеркале лицо, тематические и постановочные снимки, эксплуатация невинной прелести собственных детей – все это было когда-то впервые опробовано графиней де Кастильоне.
Свои фото она часто посылала знакомым, используя их как инструмент влияния. Различные образы помогали ей выразить благосклонность, презрение или угрозу адресату. Так, например, бывшему супругу она послала фото «Месть» (с изображением разгневанной Медеи).
Ее самые скандальные снимки — те, где она демонстрировала свои ноги, — были неслыханной смелостью. В викторианскую эпоху немыслимо было даже пофантазировать об открытой лодыжке. Эти фото стали ее оружием, ее выстрелом в удушливую мораль века.
Траур по себе самой
К сожаленью, красота — это ростовщик, который рано или поздно требует всё назад. После 40 лет, заметно постарев и располнев, Вирджиния объявила траур по себе самой. Стены в доме оббила черным крепом, зеркала выбросила, как ненужных свидетелей. Ночь стала её союзником.
А вот на фотосессии продолжала ходить до 55 лет. И изобрела примитивный «фотошоп» — приклеивала на негативы тонкие полоски бумаги в районе талии, чтобы фигура казалась стройнее.
Она умерла в 62. Тихо. Её век, «век Кастильоне», к тому времени уже кончился. Остались только 433 фотографии в Метрополитен-музее. Призраки в серебре и альбумине. Молчаливые свидетельства того, как одна женщина пыталась заключить сделку с вечностью, расплатившись собой.
Уроки от первой королевы селфи
Живи сегодня эта уникальная женщина, она могла бы стать инфлюенсером или арт-директором, основательницей дома моды или школы селфи. Попробуем угадать, какие уроки она могла бы нам преподать:
✨ Самопрезентация — это искусство, требующее постоянного совершенствования.
✨ Фотография — это не просто фиксация реальности, а мощный инструмент создания личного бренда и влияния.
✨ Страсть к самовыражению через образы вечна, меняются только технологии.