18 подписчиков

Про выживание страны и технологии

6 апреля6 апр

2 мин

Про выживание страны и технологии Позволю себе поспорить с самим собой, а точнее — дополнить и развить эту мысль. Сегодня действительно разворачивается большая дискуссия о демографии, и нередко именно рост рождаемости называют главной целью государственной политики. Для ряда постиндустриальных стран это, возможно, справедливо — об этом, в частности, говорит Эдвард Люттвак: без демографического воспроизводства нация просто исчезает. Но применительно к России такая постановка вопроса выглядит неполной. В текущих условиях ключевая задача национальной политики — не демография как таковая, а научно-технологическое развитие. Почему вообще демография считается приоритетом? Ответ очевиден: чтобы сохранить народ, цивилизацию, государство. Нас должно быть достаточно, чтобы не вымереть и не быть вытесненными. Это логично и правильно. Но проблема в том, что сегодня главный риск для России — не только и не столько внутренний демографический спад, сколько внешнее давление и прямая агрессия. И в э

В ответ на пост

Позволю себе поспорить с самим собой, а точнее — дополнить и развить эту мысль. Сегодня действительно разворачивается большая дискуссия о демографии, и нередко именно рост рождаемости называют главной целью государственной политики. Для ряда постиндустриальных стран это, возможно, справедливо — об этом, в частности, говорит Эдвард Люттвак: без демографического воспроизводства нация просто исчезает. Но применительно к России такая постановка вопроса выглядит неполной. В текущих условиях ключевая задача национальной политики — не демография как таковая, а научно-технологическое развитие.

Почему вообще демография считается приоритетом? Ответ очевиден: чтобы сохранить народ, цивилизацию, государство. Нас должно быть достаточно, чтобы не вымереть и не быть вытесненными. Это логично и правильно. Но проблема в том, что сегодня главный риск для России — не только и не столько внутренний демографический спад, сколько внешнее давление и прямая агрессия. И в этих условиях принципиален другой вопрос: не сколько нас, а какое у нас оружие. Следовательно, какие у нас технологии. Способны ли мы себя защитить.

На эту мысль меня натолкнули исторические аналогии, связанные с нашими западными не партнерами, а врагами. Я много раз говорил, что всё западное благосостояние основано на их колониальной политике. Это известная вещь. А вот что позволило это сделать? Научно-техническое развитие.

Когда европейцы приплывали в новые земли, они встречали неотесанных туземцев и аборигенов, у которых из оружия в лучшем случае были луки. Поэтому, например, 150 испанцев Кортеса убили порядка 80 тысяч ацтеков в битве при Теночтитлане. И, например, совокупная 20-миллионная Англия смогла победить 400-миллионный Китай в опиумных войнах и поработить его. Помните упряжки из фильмов, в которые запряжены люди? Это наследие того периода: англичане ездили на китайцах, это было дешевле, чем лошади. И то же самое касается Индии, Африки и так далее. Если ацтеки совсем перестали существовать из-за того, что у них не были развиты технологии, то, собственно, все страны, столкнувшиеся с вооруженным колониализмом Запада, до сих пор от этого не отошли.

Вывод здесь предельно простой и жёсткий: численность без технологий не обеспечивает выживания. Поэтому, если говорить стратегически, задача национальной политики — это не просто рост населения как самоцель. Задача — обеспечить сохранение страны. А в современных условиях это означает приоритет научно-технологического развития. Демография остаётся важной. Но она — условие. Технологии — инструмент выживания. И если выбирать, что определяет судьбу государства в условиях внешнего давления, ответ очевиден: не столько количество людей, сколько уровень развития, который позволяет этих людей защитить.

ПОДПИШИТЕСЬ НА КАНАЛ В МАКС!