Все части детектива-триллера будут здесь
Выхожу из ворот и натыкаюсь на того самого мужчину, дом которого имеет камеру видеонаблюдения. Он сплёвывает сквозь зубы, глядя на меня, и спрашивает:
– Нашли что-нибудь?
Поразительная незамутнённость! Он что, думает, что я буду делиться с ним информацией?
– А почему вы спрашиваете?
– Да нет! – он вдруг приходит в себя – простите... Я совсем забыл сказать – вон в том доме живёт Корней Филимонов, так вот он говорил как-то раз, что вроде выпивал с этим... жильцом, который жил тут.
Часть 53. Новые обстоятельства
Чуть толкнув ворота, я понимаю, что они заперты с той стороны. Впрочем, это не проблема – просовываю руку поверх и натыкаюсь на «вертушку», которая держит ворота запертыми. Открываю её, толкаю створку, сама отхожу в сторону, при этом держу наготове пистолет. Когда попадаю внутрь, сначала запираю за собой ворота, потом опираюсь спиной о ствол дерева тут же, на участке, и перевожу дыхание. Сердце колотится в бешеном темпе, но не от страха... Я почти уверена, что его здесь нет... Он, как собака с идеальным нюхом – знает, когда надо уходить, и скорее всего, ушёл он уже давно.
Тропинка к дому засыпана снегом, который спрессовался, образуя наст – сразу видно, что здесь давно никто не ходил, только на огороде видны следы то ли кошек, то ли собак, которые одиноко шатались по участку в поисках еды. Недалеко от крыльца возвышается острая пика из сколоченных досок – под ней прячется скважина, скорее всего, ей тоже никто давно не пользовался.
Добираюсь до двери – конечно, она заперта, но отмычками из простых женских шпилек я научилась пользоваться ещё со времён своей учёбы на юридическом. Конечно, педагоги такому не учили... Приходилось прибегать к другим учителям. Хлипкая, простая деревянная дверь распахивается довольно легко, и несмотря на то, что я знаю – его здесь нет, я осматриваю дом с оружием наперевес. Две небольшие пустые комнаты с немногочисленной мебелью – стол, стулья, кровать, печь, небольшое количество посуды, пыльные, давно не мытые, окна, шкаф для одежды. В кухне пара шкафов, в которых нет почти ничего, кроме ложек, кружек, чашек. В комнате у кровати какие-то обрывки глянцевой бумаги, – собираю их в зип-пакет – в кухне нога наступает на какой-то небольшой предмет. Нагнувшись, беру его в руки и понимаю, что это... череп от тех самых чёток.
В голове миллион мыслей – он знал, что я приду и специально оставил его здесь? Или потерял случайно? Тогда минус одна жертва? При мысли об этом становится зябко – черепков в чётках ровно сто восемь. Будет очень плохо, если он соберёт всю коллекцию... Этого никак нельзя допустить, а мы почти год мечемся по кругу между театром современного танца, школой тантрических знаний и историей пропавшей (и как выяснилось, всё же мёртвой) Лизой Черкасовой.
И тут мне в голову приходит вдруг мысль о том, что мы идиоты из идиотов, и если завтра шеф узнает о том, какой грандиозный промах мы допустили, он поувольняет нас всех к чёртовой бабушке. Незамедлительно, прямо из этого дома, хорошенько осмотрев его, звоню Дане. Честно говоря, жутко слышать собственный голос в этой необжитой тишине, потому я почти шепчу.
– Даня, привет! Ты сильно занят?
– Нет, Марго! А почему ты шепчешь?
– Потому что не могу говорить громче. Слушай, мы идиоты, это факт. Мне в голову сейчас пришла мысль – этот человек должен был присутствовать на отборочных... Вернее, не человек, конечно... Послушай... Надо завтра же изъять у театра современного танца все видеозаписи отборочных, на которых танцевали погибшие девушки, и отсмотреть их. Я понимаю, что это нудно, долго и кропотливо, но это шанс найти его. Он должен быть где-то там, смотреть за ними, понимаешь?! Он не мог не видеть их...
– Марго, ты что? Эта Белова... его любовница, могла скидывать ему записи просто, вот и всё.
– Но сейчас Белова мертва, а он продолжает свою охоту. И потом – он такой человек, что ему нужно видеть товар лицом, как бы цинично это не звучало. Я попрошу Ди подготовить постановление на изъятие записей. Посади кого-нибудь из стажёров.
– Хорошо, Маргарита! Может, ты права, и это действительно шанс найти этого убийцу. А... ты где сейчас?
– Это неважно, но завтра тебя ждёт работа, я привезу кое-что...
– Марго... ты уверена, что тебе не угрожает опасность?
– Да. Всё, пока, я хочу быстрее тут закончить и поехать домой.
Итак, никаких следов... Вообще никаких – одежду он всю забрал, какая была, посуду перемыл, полы тоже тщательно вымыты, постель... Я откидываю старое одеяло и внимательно осматриваю простынь. На всякий случай изымаю её... Вообще, по-хорошему, надо бы понятых, но сейчас совершенно не до этого. Поднимаюсь по старой скрипучей лестнице на чердак – здесь я нахожу только скальпель – маленький, блестящий, из медицинской стали, из него Даня тоже сможет что-нибудь извлечь, или отпечатки, или какие-либо следы.
Спускаюсь вниз, запираю дверь таким же путём, что и отперла, ещё раз внимательно осматриваю участок. Он ушёл раньше, чем пришла зима, иначе на снегу остались бы следы. Наверное, тяжело вот так бегать всю жизнь, как заяц, но ему не привыкать – у него нет теперь даже личности. Он всё потерял, и счастье в жизни у него лишь одно – убивать ни в чём не повинных.
Кстати, раньше он убивал у реки, потом понял, что мы догадались о месте убийства и стал делать это в другом месте – более спокойном, где никого нет. Хорошо было бы это место найти, наверное, оно где-то за городом, в лесу, место, где никто не услышит криков, где можно процесс изуверств растянуть надолго... Он даже хуже фашистов – тем было некогда, и они стремились убить быстро, а этот... растягивает удовольствие.
Выхожу из ворот и натыкаюсь на того самого мужчину, дом которого имеет камеру видеонаблюдения. Он сплёвывает сквозь зубы, глядя на меня, и спрашивает:
– Нашли что-нибудь?
Поразительная незамутнённость! Он что, думает, что я буду делиться с ним информацией?
– А почему вы спрашиваете?
– Да нет! – он вдруг приходит в себя – простите... Я совсем забыл сказать – вон в том доме живёт Корней Филимонов, так вот он говорил как-то раз, что вроде выпивал с этим... жильцом, который жил тут.
Он показывает мне на дом недалеко от дома бабки Кашиной.
– Я не могу точно сказать – соврал он или нет, но вы спросите у него.
– Спасибо. Слушайте, а вы никогда не видели – может, к нему приходил кто-то?
– Да нет вроде... Мы здесь вообще не слишком друг за другом следим – со своим бы разобраться.
Иду к дому этого самого Корнея. Из ворот на мой звонок показывается женщина среднего возраста деревенской внешности с тёмным лицом.
– Чего тебе? – спрашивает грубовато.
Знаю такой типаж – им надо сразу показывать «корочку», что я и делаю.
– Мне бы с Корнеем Филимоновым поговорить.
– Ох, горе! Чего он опять наделал?
– Да, собственно, ничего... Наоборот, может быть полезен.
– Да чем будет полезен этот забулдыга?! Ладно, сейчас позову... Стойте тут, у нас там собака злая.
Да уж, радушный приём, ничего не скажешь! Впрочем, никто ведь не обязан... Скоро за ворота выходит хлипкий мужичонка с крысиным, узким личиком и необычайно светлыми, почти прозрачными глазами, выделяющимися на коричневом лице. Он не пьян, но лёгкий запах сивухи свидетельствует о том, что вчера вечером мужичок точно расслабился. Выглядит он гораздо дружелюбнее своей строгой, уставшей жены.
– Чем обязан? – смотрит на меня с интересом и в то же время с каким-то испугом, что ли. Почему полицию и следователей все боятся? Если нет никакой вины за тобой – к чему этот страх?
– Скажите, вы общались с соседом, проживающим в доме бабушки Кашиной?
– Было дело – пили вместе. Только давно уже...
– Это он? – показываю ему фото маньяка, с которого Даня «стёр» грим.
– Похож, похож... Да вроде он. А чего случилось-то?
Игнорирую его вопрос, но спрашиваю его:
– Один раз с ним сидели? Сам он пил? Он сам предложил вам посидеть или вы являлись инициатором?
– Сидели один раз. У меня тогда трубы жутко горели, а жена денег не давала на опохмел. Я его в магазине нашем встретил, он там виски взял, довольно неплохой, я таких и не пивал раньше. Ну, вот я к нему и подкатил, мол, пожалей, трубы горят, сдохну нахрен. И он позвал меня к себе, в дом бабки Кашиной.
– Как давно это было?
– Почитай, год назад, а то и больше. Я его давно не видел, соседа этого...
– Показалось что-то странным тогда?
– Слушай, начальница, ну что я могу помнить?! Год назад! Вот ты помнишь, чем ты год назад занималась?
– Давайте всё-таки я буду спрашивать, а вы отвечать! Вспоминайте, было ли что-то странное в его поведении тогда, может, говорил вам что-то, заслуживающее внимания!
– Да нет же – он молчал в основном, только слушал. Я ему на житуху свою пожалился, на жену – змеюку, которая жизни мне не даёт, даже опохмела не заслужил... Правда, он сказал, что... у него тоже где-то есть жена, только он с ней давно уже не того, не живёт, мол, школьная ещё любовь, даже пацанчика на свет произвели рано. Но ему это было не надо, вот он и бросил её и пацана. Иногда, говорит, думаю о нём, он уже, наверное, совсем взрослый и возможно, внуки у меня есть...
А вот это уже интересно! Ценная информация, учитывая то, что до сих пор мы даже не знали о привязанностях Серёжи Коршунова.
– Не сказал, как звать её, женщину эту и сына?
– Нет, конечно! А странного... Он когда в туалет вышел, я дом тихонько осмотрел...
– С целью, вероятно, что-нибудь скоммуниздить?!
– Обижаешь, начальница! Человек новый, подозрительный – мало ли!
– И?
– У него на полу возле кровати были рассыпаны фотографии. А на них, на этих фото – сплошь и рядом бабы молодые в открытых платьях таких, знаешь... в которых пляшут. По телеку часто показывают – титьки голые, ноги голые, фу, срамота!
– И много тех фотографий было?
– Мноооого! Целая пачка! Я тогда подумал – извращенец какой-то! Поди, встаёт только если он сначала на баб этих полюбуется...
Больше данный индивидуум ничего не помнил. Я решаю, что мне просто необходимо съездить прямо сейчас к матери Серёжи Коршунова, чтобы выяснить, что за любовь у него была в юном возрасте, что от любви этой появился даже, со слов Филимонова, «пацанчик»... Впрочем, таким, как он, вряд ли можно верить, но попытка не пытка.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.