Дождь
В тот день с самого утра небо было серым. Не злым, нет. Просто задумчивым. Облака плыли медленно, тяжёлые, набитые водой, как огромные ватные шары.
Алиса стояла у окна и смотрела на улицу.
— Дождь будет, — сказала она.
Блюмбик сидел на подоконнике и тоже смотрел. Он никогда раньше не видел дождя. В фикусе, где он жил раньше, всегда было сухо и тепло. А тут — небо, облака, ветер.
Его антенна взволнованно подрагивала.
— Не бойся, — сказала Алиса. — Дождь — это просто вода с неба. Она нужна цветам и деревьям.
Блюмбик кивнул, но его антенна не успокаивалась.
Первый удар грома случился в середине дня.
Алиса сидела за столом и читала книжку. Блюмбик дремал в своей коробочке. И вдруг — БАХ!
Это было так громко, так неожиданно, так огромно, что весь дом вздрогнул. Стёкла в окне задребезжали. Чашка на столе подпрыгнула.
А Блюмбик… Блюмбик подпрыгнул выше всех.
Он вылетел из коробочки, как мячик, пролетел через весь стол, кубарем скатился на пол и забился под кровать.
— Блюм! — донёсся оттуда тоненький, испуганный писк.
Алиса отложила книгу и заглянула под кровать. Два чёрных глаза смотрели на неё из темноты. Они были огромными — ещё больше обычного. И в них был страх. Настоящий, большой страх.
— Блюмбик, — мягко сказала Алиса. — Это всего лишь гром. Он не страшный. Он просто громкий.
— Блю-у-у, — ответил Блюмбик. Он сидел, прижав лапки к груди, и весь дрожал. Антенна его сжалась в маленькую пружинку и не двигалась.
Алиса протянула руку.
— Иди ко мне.
Блюмбик не двинулся.
БАХ! — ударил новый раскат. На этот раз ещё громче.
Блюмбик подскочил, ударился головой о дно кровати и запищал:
— Пип-пип-пип-блюм-блюм-блюм!
Алиса быстро вытащила его из-под кровати и прижала к груди. Блюмбик был маленьким и тёплым, и она чувствовала, как часто-часто бьётся его сердечко.
— Тише, — прошептала она. — Тише-тише-тише. Я с тобой. Я тебя не брошу.
Она села на кровать, завернула Блюмбика в край своей кофты и стала гладить его по антенне. Медленно, мягко, как мама гладит её саму, когда Алисе страшно.
— Знаешь, что такое гром? — спросила она шёпотом.
Блюмбик поднял голову. Нет, он не знал.
— Это облака играют в боулинг, — сказала Алиса.
Блюмбик удивился. Его антенна чуть-чуть приподнялась.
— Правда, — серьёзно сказала Алиса. — На небе живут большие-пребольшие облака. И у них есть огромные шары. И они кидают эти шары в кегли. А кегли стоят на другом облаке. И когда шар попадает в кегли — раздаётся БАХ! Это значит, кто-то выбил страйк.
БАХ! — снова ударил гром.
— Вот, слышишь? — сказала Алиса. — Кто-то очень хорошо кинул. Может быть, самое большое облако.
Блюмбик посмотрел на окно. За окном сверкнула молния. Вся комната на секунду стала белой.
— А это, — быстро сказала Алиса, — это облака включают фонарики. Они же играют в темноте, им нужно светить. Вот они и светят.
Блюмбик перестал дрожать. Он высунул голову из Алисиной кофты и посмотрел на окно. В глазах у него уже не было страха. Там было любопытство.
— Пип? — спросил он.
— Пип, — подтвердила Алиса. — Хочешь, вместе посмотрим?
Она подошла к окну и посадила Блюмбика на подоконник. Сама села рядом.
За окном лил дождь. Не просто дождь — настоящий ливень. Вода бежала по стеклу ручейками, сбегала вниз, собиралась в лужи. Деревья качались, но не падали — они танцевали под музыку ветра.
БАХ! — снова ударил гром. Но теперь Блюмбик не испугался. Он только слегка прижался к Алисиной руке.
— Смотри, — сказала Алиса и показала пальцем в окно. — Видишь, как деревья радуются? Им давно хотелось пить. Дождь их поит.
Блюмбик посмотрел на деревья. Они и правда будто улыбались. Каждая веточка, каждый листочек тянулись к дождю, подставляли свои ладошки.
— И цветы, — продолжала Алиса. — Все цветы в саду сейчас пьют воду и становятся сильными. Без дождя они засохнут. Так что дождь — это не страшно. Это очень даже хорошо.
Блюмбик задумался. Он посмотрел на свой маленький бутончик. Тот сегодня был совсем чуть-чуть приоткрыт — всего на самую капельку. Блюмбику тоже нужна была вода? Он не знал.
— Хочешь, попробуем? — спросила Алиса, будто прочитав его мысли.
Она открыла окно — совсем чуть-чуть, на маленькую щёлочку. В комнату ворвался свежий, мокрый воздух. Запахло землёй, листьями и чем-то очень чистым.
Алиса протянула руку ладонью вверх. Несколько капель упали ей на ладонь.
— Смотри, — сказала она.
Блюмбик осторожно подошёл к краю подоконника. Посмотрел на Алисину ладонь. Потом на небо. Потом снова на ладонь.
Он протянул свою маленькую лапку и коснулся капли.
Вода была холодной. Блюмбик дёрнулся, но не убрал лапку. Он потрогал каплю ещё раз. Потом ещё. Потом вдруг… лизнул её.
— Вкусно? — спросила Алиса.
Блюмбик подумал и кивнул. Он лизнул ещё одну каплю. Потом подставил свою антенну под дождь. Капли застучали по антенне, издавая весёлые звуки:
— Кап-кап-кап-дзынь-дзынь-дзынь!
Блюмбик засмеялся. Он не умел смеяться ртом, но его тело задрожало от смеха, и антенна зазвенела радостно, и даже бутончик на веточке чуть шире приоткрылся.
— Видишь? — сказала Алиса. — Дождь — это не страшно. Дождь — это весело.
Они сидели у окна до самого вечера. Смотрели, как дождь поливает улицу, как лужи становятся всё больше, как воробьи прячутся под крышей. Гром гремел всё реже, а потом и вовсе затих. Остался только дождь — тихий, ровный, уютный.
Когда стемнело, Алиса закрыла окно, завернула Блюмбика в сухую салфетку и посадила его на стол.
— Ну что, — спросила она. — Боишься ещё грома?
Блюмбик подумал. Потом покачал головой. Потом подумал ещё и слегка наклонил голову — мол, «немножко боюсь, но уже не очень».
— Это нормально, — сказала Алиса. — Я тоже иногда боюсь. Но когда я с мамой или с папой — мне не страшно. А теперь у меня есть ты. И у тебя есть я. Вместе не страшно ничего.
Блюмбик посмотрел на неё своими огромными чёрными глазами. И вдруг — Алиса не поверила своим глазам — он наклонился и поцеловал её в щёку. Это был не настоящий поцелуй, потому что у Блюмбика не было губ. Он просто прижался щекой к Алисиной щеке и замер.
Но для Алисы это был самый настоящий поцелуй. Самый тёплый на свете.
— И я тебя люблю, — прошептала она. — Очень-очень.
В ту ночь, когда Алиса уже засыпала, она услышала, как за окном снова закапал дождь. Но это был не страшный дождь. Это была тихая, колыбельная музыка.
А рядом, в своей коробочке, тихонько звенел Блюмбик:
— Дзынь… дзынь… блюм…
И Алиса знала — это он подпевает дождю.
---
Конец шестой истории. Продолжение завтра)