Главы из книги.
Любое сходство между персонажами и реальными людьми – это чудо!
18+
Каждый день меня начали выводить на ознакомление с материалами уголовного дела. Ознакомление проходило в одном кабинете с Григорием, которого приводили отдельно от меня. С нами находился новый следователь, прибывший к нам в командировку из Крыма. Дела он не знал, лишь заявил, что время у нас есть не более одного месяца и это время он проведёт с нами.
Наше дело к этому времени заключения насобирало двадцать два тома. Его надо было прочитать и необходимую информацию выписать для согласования с адвокатом и использования в суде. Вооружившись ручкой и тетрадкой, я с радостью выходил в кабинет для такой работы. Мы с Григорием шутили, отвлекаясь на истории жизни молодого следователя. Нам этот наполовину армянин был по душе. Курить к этому времени я бросил и больше к сигаретам решил не прикасаться. Григорий не курил вообще, но стрелял сигареты у следователя по просьбе еврейского друга, с которым он опять попал в одну камеру.
— Пойду, покурю, — заявил следователь и вышел в коридор, впервые оставив нас наедине с подельником.
— Витя молчи, здесь «уши» в стене. Мне сейчас шепнул выводной о кабинетах, которые прослушиваются, — шёпотом сказал Григорий.
— Да, я понял, слишком резво он нас оставил одних.
Мы вспомнили Еврея, что вызвало у меня смех. Гриша же мне поведал, что пытка разговорами у него продолжается несколько месяцев. Что они с ним пытались перекинуть мне часть передачи, но на мне стоит полный запрет, и этого не получается сделать. Более ни о чём мы с ним поговорить не могли, решив обменяться записками следующий раз, если будет острая потребность обсудить что-то из дела.
Тома липового дела таяли, время шло. За время ознакомления мы узнали, что против меня нет ни одного оперативно-розыскного материала, показания только одного свидетеля, которые менялись множество раз на одиннадцати допросах. Все они основывались только на предположениях и домыслах лица, заключившего сделку со следствием, чтобы избежать срока. Просмотр видеозаписи передачи взятки Григорию четко показывал, что он её не взял.
— Ну и что вы планируете делать, вы же видите — это грязно состряпанное дело. Вы с этим хотите выйти в суд? — сказал следователю Григорий, спустя несколько недель.
— Я не знаю вашего дела, но, если вами занято Главное следственное управление, значит, дело будет в суде, и прокуратура его выиграет.
— Когда нас отправят домой?
— После ознакомления дело уйдёт на подпись прокурору и только потом направится в суд
— Пару недель, и мы домой?
— Возможно. У вас скоро продление, продлят на три месяца.
— Вы уже знаете решения суда по продлению или у вас пакетное соглашение?
— Суд всегда поддержит следствие в таких делах, как ваше. Ваше дело непростое и мы просто исполнители чужой воли. Работа такая. Как любил говорить Генпрокурор СССР: «Наша основная задача, при проведении любого расследования, в ходе следственных действий не выйти на самих себя…»
— Плохая работа у вас, вы же не можете нарушать закон. Почему нас держите в тюрьме, в чём наша опасность для общества?
— Решайте, нам скажут и вас отпустят. Вам же делали предложения, вы отказались.
— Дать лживые показания на Петрова? Я смотрел материалы дела, и на него собрано семьдесят процентов характеризующих материалов в отличие от нас всех. Зачем вам это? Ведь в этих томах нет показаний на него вообще!
— Ему надо было раньше улаживать свой конфликт с особым человеком, сейчас уже поздно. Задача поставлена: прекратить его политическую карьеру навсегда. Вы жертва и механизм выполнения задачи. Что вам непонятно ещё?
— Вы так смело про это говорите сейчас, вы что, не боитесь своего начальства, Бога, в конце концов?
— Не смешите меня. За ваш арест получили внеочередные звания оперативные сотрудники полиции, и на днях ваш следователь стал майором. Работа выполнена, идите в суд, доказывайте, это теперь не наш вопрос.
— Вот вы конченные, — сорвался Григорий.
Я всё это время молчал, видя напор и правильный разговор Григория.
— Не грубите мне, тоже хотите в одиночку? Вот Мерцалов спорил уже, что получил? Сидит без писем и передач и будет сидеть дальше один, ума набираться.
— Где это я спорил и с кем? — уже включился я.
— Мерцалов, вы на особом счету у нас, не стоит сейчас включаться.
— Вы его ломаете, что, он знаком с Петровым, а я нет? — уже шумел Григорий.
— Петрова поймаем, не в этом деле, значит, будет новое. Его участь решена — суд и срок. Вы за ним или он за вами, как получится.
— Но мы тут причём, решайте сами без нас с ним, решайте. Вы же видели, я деньги не взял, я вообще не знал, что это за деньги. Она позвонила и сказала, что принесла конфетки и положила деньги на стол, сказав, что это взятка, я её не взял, вы же сейчас всё видели сами. Я ей сказал, что взятки не беру. Какие взятки, если мы не должностные лица, кто тогда взяткополучатель, где его фамилия? Это явная провокация! — продолжал Григорий.
Следователь собирал тома со стола и, растаяв в улыбке, не ответив ни слова, вышел из кабинета.
-—
Спустя полтора месяца ознакомление было закончено, и наше обвинение подписал прокурор. Моё одиночное времяпрепровождение на этот момент составляло около трёх месяцев, общий срок — почти полтора года. И нас вновь везли на продление меры пресечения. Ни одна эмоция не коснулась меня, я четко понимал, что законности не будет, и нас будут держать взаперти и дальше.
Жена сидела у окна, пытаясь со мной поговорить. Полицейский своим телом перегораживал ей обзор, запрещая нам переброситься хотя бы парой слов.
— С делом я ознакомилась, у нас всё отлично. У вас нет состава преступления, нет потерпевшего и ущерба, мы готовимся к суду. Сейчас вам продлят ещё на три месяца, и мы уже встретимся в Симферополе. Почему вы не пишете жене, она очень волнуется, — проговорила Неля.
— Я пишу ей дважды в неделю, но она ни одного раза мне не ответила. Посылок нет уже более двух месяцев. У неё всё нормально?
— Понятно, сейчас я буду это решать, — ответила мой защитник и пошла в сторону прокурора.
Вид у неё был воинственный, она махала руками и показывала, то на меня, то на следователя. Разговор прекратился быстро, в зал заходил судья, и все встали. Спектакль был недолгим, нам продлили ещё на три месяца.
— Виктор Валерьевич, я пишу жалобу прокурору и вызываю комиссию по надзору за содержанием заключённых. Они совсем потеряли совесть и стыд. Следователь говорит, что вы всё получаете, и проблем у вас нет.
— А про одиночную камеру он вам тоже рассказал?
— Какая одиночная камера, почему вы молчите?
— Я думал, что вы знаете, да и разговор до этого не дошёл у нас.
— К вам попасть мне не дают, объявили карантин в СИЗО.
— Интересно, но следователь к нам ходит каждый день на ознакомление.
Защитник опять ринулась к следователю, но он, как муха, вылетел в дверь, услышав мои слова и забыв проститься со всеми.
К обеду следующего дня я получил шесть посылок и тридцать два письма — от жены, родителей, брата и любимой тётушки.
С посылкой ко мне пришла машинка для стрижки, которую я долгое время ожидал. За несколько месяцев без стрижки и банных принадлежностей я был похож на бомжа. Едва поддерживая чистоту своего тела куском хозяйственного мыла, которое мне выдали месяц назад. Машинку мне сразу не отдали, сказав, что её будут проверять и отдадут позже. Так и случилось, её отдали переломленную пополам с отрезанным шнуром.
— Ну и зачем вы это делаете, она же разрешена к использованию в камере, — сказал я, увидев эту подлость.
— Не фантазируй, сиди тихо, — только это и ответил постовой.
Но это уже не могло омрачить моих дней заключения, я жил чтением множества писем, адресованных мне.
После прогулки я побрил голову одноразовым станком «на сухую», изрядно потрудившись и получив множество порезов.
Предлагаю к прочтению свою повесть.
"Была ли полезна тебе жизнь?"
(репост и отзывы приветствуется)
ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА:
Ridero
ridero.ru/books/byla...
Литрес
www.litres.ru/book/vladi...
АУДИО КНИГА:
ЛИТРЕС
www.litres.ru/audiobook/...
ПЕЧАТНАЯ КНИГА:
Издание книг.ком
izdanieknig.com/catalog/is...
Читай-город
www.chitai-gorod.ru/product/by...
Ridero
ridero.ru/books/byla...
Дом книги "Родное слово"
г. Симферополь, ул. Пушкина, 33.
+7 (978) 016-60-05