Фильм «Баллада о доблестном рыцаре Айвенго» мог бы никогда не выйти на экраны, если бы не одно печальное событие. В июле 1980 года умер Владимир Высоцкий. Несмотря на удушающую жару, тысячи человек пришли к театру на Таганке проститься с поэтом, музыкантом, певцом и актёром – кумиром целого поколения.
уже на следующее после похорон утро в квартире режиссёра Сергея Тарасова раздался телефонный звонок. Звонил Первый заместитель председателя Госкино СССР Борис Павлёнок. Именно по его приказу за пять лет до этого из фильма Сергея Тарасова «Стрелы Робин Гуда» вырезали все песни в исполнении Высоцкого. Режиссёра тогда серьезно наказали за своеволие, запретив снимать на всех крупных студиях страны. Тарасов уехал в Белоруссию и семь лет работал на киностудии «Беларусьфильм». И вот – звонок. Режиссёра поразили слова большого начальника. «Вот теперь снимай своего Высоцкого», - пересказывал смысл звонка режиссёр.
Тарасов не придал звонку большого значения. Мало ли, какая вожжа попала под хвост чиновнику. Но прошло совсем немного времени, и в коридоре «Мосфильма» режиссёр случайно встретил главного редактора киностудии Леонида Нехорошева. «Слушай, - сказал он. – А не снять ли тебе опять что-нибудь романтическое, как «Стрелы Робин Гуда»? Поставим туда песни Высоцкого».
«Айвенго!», - с ходу ответил режиссёр.
Айвенго был героем известного романа Вальтера Скотта, классика приключенческой литературы. Сергей Тарасов с детства любил эту книгу. Во время войны, в эвакуации, он с друзьями играл в Айвенго. Ребятня делала из бумаги шлемы, латы, а вместо мечей были деревянные палки. Книгу знали все. Какой-то ленинградский мальчик привез ее с собой в Новосибирск. Роман зачитали тогда зачитали до дыр.
Сергей Тарасов сразу решил, что включит в фильм об Айвенго баллады, которые еще для фильма «Стрелы Робин Гуда» написал его друг Владимир Высоцкий. Все они были вырезаны по указанию руководства, но на этот раз оно же самым активным образом поддержало идею режиссёра. Во-первых, поэт был уже не опасен, а во-вторых, все были уверены: песни дадут огромную кассу. Имя Высоцкого даже вынесли на афиши. Его песни стали главным рекламным манком картины.
«Средь оплывших свечей и вечерних молитв. Средь военных трофеев и мирных костров, жили книжные дети, не знавшие битв, изнывая от мелких своих катастроф». Слова поэта безусловно создали нерв фильма.
Слухи о новом фильме Сергея Тарасова мгновенно разнеслись по столице. На пробы, объявленные на главной киностудии страны, спешили лучшие артисты. В фильме хотели сыграть Юрий Мороз, Валерий Сторожик. Регина Разума претендовала на роль леди Ровены. Александр Ильин – на роль монаха Тука. Но кино имело одну особенность. Его события случились в средневековой Англии, поэтому артисты должны были хоть как-то напоминать европейцев.
По традиции, когда отечественные кинематографисты брались за иностранный сюжет, им на выручку приходили три советские республики: Литва, Латвия и Эстония. Прибалтийские артисты всегда играли иностранцев в советском кино. Фильм «Айвенго» не стал исключением. На поиски исполнителя главной роли отправились в Рижский художественный театр имени Яна Райниса. Там играл Петерис Гаудиньш, восходящая звезда латвийского кино. Он уже успел сняться в фильме «Театр» Рижской киностудии и мосфильмовском «Стакане воды».
Артист Тарасову понравился, и главная роль без колебаний была отдана ему.
Исполнителя главного злодея Тарасов тоже нашел в Прибалтике. Принца Гарри, коварного брата короля Ричарда Львиное Сердца, сыграл литовский артист Альгимантас Масюлис. За количество переигранных им негодяев, гитлеровцев и преступников всех мастей этот артист получил шутливую кличку: «главный фашист СССР». Надо сказать, что за кадром Масюлис был исключительно добрый человек и отличный семьянин.
Вспоминает Сергей Тарасов: «Добрейшей души человек в жизни. Мы домами дружили, он к нам приезжал на Сокол, я ездил к нему в Клайпеду. Он любил свою жену, дочку. Внутренне он совершенно не похож на злодея, но все время их играл. Ну лицо такое у человека, что поделаешь?!».
Удача Тамары Акуловой
Главная женская роль досталась Тамаре Акуловой – восходящей звезде восьмидесятых. Критики называли актрису «новым лицом советского кино». Режиссёры наперебой предлагали ей роли знатных особ, хотя в роду у актрисы и близко не было аристократов.
Тамара Акулова родилась в селе Новая Усма Воронежской области. Все её предки – крестьяне, чем актриса гордится: они кормили народ. Поступая во ВГИК, Акулова хотела играть людей из народа, ведь она так хорошо знала эту жизнь. Но роли крестьянок ей, как назло, не доставались. Актриса вспоминает, что раньше ее много раз приглашали на деревенские роли. А вот на роль леди Ровены Тамару сразу же утвердили.
Съёмки фильма проходили на западе Украины – в городе Черновцы. Здесь сохранилась дивная, по-настоящему средневековая природа. Но именно летом 1982 года в тех местах установилась чудовищная жара… А на актерах – средневековые наряды.
Вспоминает редактор по костюмам фильма: «В средневековых замках даже летом было прохладно. Этим объясняется вечное присутствие меха и теплого бархата в костюмах знати». На костюмах артистов тоже было много меха и бархата. Для достоверности. Все просто изнывали от жары, а съемочный день продолжался по 10-12 часов.
Сцены, в которых пел Владимир Высоцкий, сразу снимались под его фонограмму. Песни были записаны еще пять лет назад для фильма «Стрелы Робин Гуда», режиссёром которого тоже был Сергей Тарасов. На съемках этой картины Тарасов снова выносил колонки на съемочную площадку и во время съемки музыкальных сцен звучал голос Высоцкого.
«Это потрясающая баллада, - вспоминала Тамара Акулова. - Мне кажется, что эти слова, эта музыка, она очень обогатила фильм. Его успех наполовину связан с песнями Высоцкого»
Актриса до сих пор в мельчайших подробностях помнит, как снимали сцену с песней «Баллада о любви». К яркому солнцу, которое заливало натуру тем летом, добавили еще и киношное освещение. Оператор велел актрисе не щуриться, но делать это было очень трудно. А чтобы приобрести задумчивый вид, Акулов про себя читала стихи.
Кем был пьющий монах
Забавная история произошла с ролью пьющего монаха. Отца Тука играл Юрий Смирнов, артист театра на Таганке. По сценарию его роль была значительно длиннее, но фильм сдавался в разгар первых попыток ввести сухой закон в СССР. Многие сцены с распитием напитков пришлось удалить, даже несмотря на то, что распивались они - в средневековой Англии и какими-то придурковатым монахом. Прошлась цензура и по песням Владимира Высоцкого. В архиве "Мосфильма" сохранился документ с пометками худсовета, указывающими, какие строчки из песен удалить. Например, в балладе номер один, о "Робин Гуде", цензурой выключен финал. Изначально он был такой: «Эх, давай-ка чашу, начнём веселье наше, милый мой, милый мой! Эх, давай-ка чашу, начнём веселье наше". Эти слова противоречили сухому закону, поэтому их безжалостно убрали.
Кстати, Юрий Смирнов был одним из немногих актеров, которые сами озвучивали своих героев. Например, за Тамару Акулову в фильме говорит Ольга Остроумова. А из всех прибалтийских актеров свой голос остался только у Альгимантаса Масюлиса.
Когда фильм был готов, он произвел ошеломляющее впечатление и на зрителей, и на сыгравших в нем артистов. Тамара Акулова до сих пор считает, что гримеры и костюмеры так хорошо с ней поработали, что она оказалась гораздо красивее на экране, чем в жизни. А Петерес Гаудиньш был ошеломлен свалившейся на него популярностью.
Как и ожидалось, фильм имел огромный зрительский успех. В 1983 году он занял девятое место в прокате. За год его посмотрели 28 миллионов человек
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Ольга Терешкова