Для начала короткая история, которую я прочёл сегодня в телеграм-канале "Пул №3". Итак, председатель совета директоров ПАО "АГК", бенефициар "КЛВЗ Кристалл" Павел Победкин рассказал о том, как жители Тульской области, где продажа алкоголя ограничена с 14:00 до 22:00 по будням и с 12:00 до 22:00 по выходным, обходят эти ограничения:
"Я был в Тульской области и разговаривал с представителем одного из сетевых магазинов. У них на входе стояли ящички, в которые складывают сумки. И в этих ящичках не было ключей. Я спросил, почему так. Оказалось, что местные жители покупали вечером чекушку или две, складывали в эти ящички, а ключ забирали с собой. Утром они приходили, когда уже действовал запрет на продажу алкоголя, и забирали то, что оставили. Мне кажется, ни в одной стране мира до этого бы не додумались". Конец цитаты.
О чём это нам говорит? О том, что, если запретами и ограничениями на продажу спиртного тульские власти пытались приучить местное население к трезвости – то ничего у них не вышло. Если же целью было подать наверх красивую отчётность и ожидать похвалу от вышестоящего начальства – то, возможно, всё у них и получилось.
Как получилось ещё у одного губернатора (не будем называть его фамилии, чтобы не делать ему лишней рекламы), не так давно доложившего президенту России об итогах введения в вверенной ему области сухого закона.
"Народ выбрал трезвость", – пафосно поведал чиновник.
Жаль, что никто не рассказал тогда Владимиру Владимировичу о заметно выросших продажах алкоголя в соседних областях, куда жители подотчётной начали устраивать алкотуры.
И опять же вопрос в том, какие именно цели ставили перед собой инициаторы подобных решений?
Скажу больше, практика бесконечных запретов, регламентаций и отключений, ставшая вдруг безумно популярной в России, мало того, что по итогу не достигает заявленных целей, так ещё и наносит нашей стране вред, куда больший, чем это кажется апологетам тотального запретительства.
Казалось бы, перед глазами печальный опыт СССР, доказавший, что запретами ничего не решить. Так ведь нет - узколобое чиновничество из раза в раз наступает на те же грабли.
Знаете, чего добились в Союзе сухим законом или регламентацией продажи алкоголя? Расцвета самогоноварения и "эпидемии" отравлений населения различным "шмурдяком" вроде "Боярышника" или "Тройного одеколона". И это я ещё не говорю о полном уничтожении советского виноделия, что до сих пор ещё аукается в наиболее пострадавших от этого регионах бывшего СССР.
Чиновник – всегда чиновник. Вместо того, чтобы идти долгим и кропотливым путём воспитания в обществе культуры потребления алкоголя, с постепенным отказом от него и переходом к здоровому образу жизни, принимается куда более простое, но, как показала практика, абсолютно неэффективное решение вырубить виноградники и всё запретить.
И что, каков результат? То-то. Ровно так же работают и любые другие запреты, вне зависимости от того, по какому поводу и в какой области они применяются.
Вот вам для примера пара цитат из недавних высказываний двух депутатов:
"Лишение населения доступа в интернет является абсолютно нормальным".
"Водители будут платить больше. Рост цен на бензин можно пережить".
Первая принадлежит одному парламентарию из России, а вторая – из Германии. Но согласитесь, логика их мышления абсолютно идентична: "мы так решили, а вы выживайте как хотите".
А между тем именно эта логика, выраженная в отсутствии полноценного диалога между властью и обществом, является, вероятно, одним из наиболее страшных антигосударственным преступлений.
Скажите мне, чего добились при СССР тотальной цензурой и перманентной борьбой с так называемыми "вражескими голосами"? А того, что "голоса" эти слушали все, и все обсуждали новости, которые там вещали, тем более, что всего-то и надо было – немножко покрутить ручку УКВ-приёмника.
Но это ещё ладно. Куда хуже то, что, раз за разом убеждаясь в том, что власти ему врут или не говорят всей правды, советский человек полностью переставал доверять государству и, в конечном итоге, даже не встал на его защиту, когда кучка политиканов в своих личных интересах разваливала страну.
При этом проблема была даже не в самом факте запрета и цензуры, а в том, что "вражеским голосам" не приходилось врать и выдумывать "фейкньюс", достаточно было просто говорить о том, что было в реальности, но отражение чего в советских СМИ найти не удавалось.
Последим и, на мой взгляд, самым сокрушительным ударом по доверию населения стали истории с Чернобылем и СПИДом в Элисте, о которых власти молчали до последнего, до того момента, когда скрывать правду стало уже просто невозможно.
Невозможно, ибо несмотря на тотальную цензуру и иные виды запретов, народ всегда находил способ получить доступ к информации, которую от него пытались скрыть.
Пример из моей личной биографии. Я, проживая в 1986 году в Чернигове, узнал о том, что на ЧАЭС что-то рвануло, уже утром 26 апреля. Как? А всё просто: сосед с первого этажа любил рыбачить на Припяти недалеко от станции и в ту ночь он тоже там был и видел всё практически своими глазами. К тому моменту, когда Горбачёв нашёл в себе мужество рассказать о трагедии (а было это лишь 14 мая, то есть три недели спустя), про случившееся в Чернобыле знала уже вся страна.
Каким образом? "Сарафанное радио" – самый мощный информационный инструмент в нашей стране, доверие к которому, в отличие от государственных СМИ, народ никогда не терял.
И всё это было, заметьте, ещё в Советском Союзе, где система секретности и ограничения доступа к "лишней" информации была налажена на высшем уровне. В наше же время практика тотальных банов и запретов может похвастаться эффективностью в гораздо меньшей степени.
На замедление соцсетей – мы отвечаем обходами блокировок, на запреты конкретных мессенджеров – массовым игнорированием так называемого "национального", принадлежащего при этом совершенно конкретным людям с именами, фамилиями и, порой, даже государственными должностями.
Тотальная блокировка интернета мало того, что просто убивает и без того испытывающую сложности экономику страны (глава РСПП Шохин на вчерашнем съезде в присутствии президента рассказал, что 40% предприятий России не могут существовать в условиях отсутствия интернета), так ещё и по старой привычке раскручивает спираль народного недовольства посредством того самого "сарафанного радио", которое, как бы кто ни старался, "не задушишь, не убьёшь"
Таким образом политика запретов, как уже было сказано, не только не приводит к желаемым результатам, даже если они действительно исходят из интересов безопасности государства – украинские дроны и ракеты как летали, так и продолжают летать, и никакое отключение сети им не мешает, – но и вновь порождает в народе недоверие к власти, недоверие к государству.
А чем этом обычно заканчивается в нашей стране, мы, увы, хорошо знаем...
