После развода с Диларой Моргенштерн* долго уверял, что больше ни с кем не сможет быть, но почти сразу начал общаться с моделью Лизой Василенко. Всё началось с короткого сообщения в директ: «Го виртик?». Лиза удивилась — казалось, он ещё женат, но в переписке прозвучало, что с Диларой они уже якобы расстались, просто об этом не знали СМИ. Затем прозвучало предложение встретиться в Израиле и сыграть в шахматы на берегу моря: в TikTok Моргенштерн* видел, что Лиза увлекается этой игрой.
Василенко согласилась и в тот же день полетела к человеку, которого знала только по интернету. Специально прилетела «без парада» — в спортивных штанах, без макияжа, чтобы показать: её интересует не звезда, а сама идея встречи и игры. В итоге первые три дня на морском берегу стали началом романа. Почти сразу возникло чувство влюблённости.
Первые полгода напоминали сказку: перелёты на частных самолётах, дорогие подарки, светская жизнь, новые знакомства — вплоть до общения с Павлом Дуровым. Казалось, всё складывается идеально. Но летом всё резко изменилось. Поведение Моргенштерна* стало другим: агрессия, апатия, вспышки злости, постоянные обиды. Лиза описывала это как жизнь рядом с человеком, у которого «каждый день новая личность».
Постепенно в отношениях появились унижения. Звучали фразы, что Лиза — всего лишь «дополнение», а не самостоятельный человек. Ему было не нужно, чтобы она училась, работала, строила карьеру. Когда Лиза собиралась во Флоренцию на режиссёрские курсы, это вызвало особенно сильное сопротивление и вспышки агрессии: партнёру хотелось, чтобы она всё время находилась рядом и помогала в съёмках клипов.
Были и тяжёлые эпизоды на фоне употребления психоактивных веществ. В один из дней Моргенштерн* вошёл к ней в комнату после «трипов» и произнёс, что не любит её, что она нужна только как красивая мать для будущего ребёнка и как украшение, а не как личность. Позже Лиза узнала о его диагнозах — шизотипическое и биполярное расстройство.
Отношения сопровождались постоянным стрессом. На нервной почве у Лизы развился сахарный диабет. О болезни она узнала как раз в тот момент, когда пара обсуждала ребёнка. В Турции, где они проходили обследование перед планированием беременности, врачи сообщили, что у Алишера всё в порядке, а у Лизы выявлен диабет. Планы стать родителями в этот момент рассыпались, но поддержка так и не появилась: вместо участия последовали новые упрёки и холодное обращение, хотя ей были нужны лекарства и наблюдение.
Параллельно в отношениях всплывали заявления о том, что он «как Фредди Меркьюри», может быть и «геем, и не геем», что собирается спать с другими женщинами, чтобы «не терять самца», а случайных партнёрш называл нелюдями. Всё это усиливало ощущение небезопасности и нестабильности.
Одной из самых тяжёлых историй Лиза назвала эпизод в Израиле. Моргенштерн* прислал срочное сообщение: нужно немедленно прилететь, за ней отправлен приватный борт. В отеле он забрал все средства связи, перевёл гаджеты в авиарежим, выдернул телефоны, закрыл балкон. В замкнутом пространстве начал говорить, что пойдёт «войной на Путина».
Да, он пойдет войной на Путина. Он вообще будет новым президентом... Украины! И России. Он будет первым человеком, кто помирит эти две страны, - рассказала Лиза.
Она пыталась отнестись к этому с иронией, но даже намек на несогласие вызывал вспышку гнева. За улыбку в ответ на его пафосную речь он выгнал её из дома в чужой стране. Позже за попытку рассказать об этом опыте ей звучали угрозы «размазать по стенке» и выгнать на улицу.
Диабет однажды едва не привёл к трагедии. В Лондоне, в съёмной квартире, Лизу стало резко плохо: сахар упал, она почти потеряла сознание и с трудом добралась до стола, чтобы съесть немного сахара и не умереть. Уже после расставания, вспоминая тот случай, она спросила бывшего, как он бы отнёсся к её смерти. Ответом стало: «Я был бы рад, ты была бы ближе к Богу». Эта фраза окончательно подтолкнула Лизу к решению завершить отношения.
Роман завершился болезненно. Василенко признаёт, что трижды могла уйти и каждый раз возвращалась, хотя инициативу разрыва всегда проявлял он. Сейчас она видит в этих отношениях абьюз и разрушение, но одновременно умеет признать и другую сторону: влюблялась в талант, харизму и ум.
* Алишер Моргенштерн внесён Минюстом в реестр иностранных агентов.