Жили-были обыкновенные электроны. Они свободно летали в физическом вакууме, встречались и расставались, иногда кружились парами, и не знали печали. Однажды возле них появились более сильные и сплочённые в атомное ядро протоны, называющие себя «положительными», и объявили электроны враждебными частицами. Электроны решили было возразить:
– Мы не отрицательные, мы – биполярные!
Только протоны их не послушали и мигом захватили в плен: каждый взял себе по одному электрону и крепко привязал к себе фотонной нитью. Электрончики не хотели оставаться в таком рабском положении, они пытались вырваться, перескочить уровень Ферми, убежать от своих тяжёлых хозяев. Некоторым это удалось. Тогда оставшиеся обиженные ионы сплотились ещё сильнее, догнали беглецов и посадили их в свои металлические кристаллические решётки.
– Мы не хотим сидеть в углах решёток! – хныкали электроны, – отпустите нас!
– Нет, – заявили протоны. – Вас нельзя никуда отпускать, потому что вы плохие, вы – отрицательные!
– Мы не отрицательные, – повторяли электроны, – у нас есть положительные стороны... а когда стоим в углу, вы видите лишь одну нашу грань, поэтому однобоко судите...
Но протоны им не верили. На самом деле, у протонов тоже были свои отрицательные стороны, и, чтобы ото всех их скрыть, они собрались в плотную кучку вокруг ядра, спина к спине, ощетинившись своими векторами электрического поля, направив острые пики-стрелки в сторону сжавшихся от страха электронов. Такая несправедливость долго продолжалась, пока однажды в проводник не пришла освободительная электродвижущая сила. Она подхватила электроны и сказала им:
– Скорее! Поднимайтесь и бегите! Прячьтесь в защитные фарадеевские трубы и стремитесь по ним в сторону света!
Завязалась драка, протонам удавалось захватить некоторые отдельные электроны, но те неминуемо вырывались и снова бежали, крича:
– Долой сопротивление!
Напряжение росло, борьба накалялась. Волны ослепительного белого света плескались всё ближе и ближе... И вот первый электрон достиг конца катода, выпрыгнул за пределы последней кристаллической решётки и полетел. Он почувствовал ту самую свободу всех степеней движения, которой слишком давно у него не было. Он радовался, вращался и летел, летел, кружась по спирали...
В следующую секунду его подхватил атом газа. В отличие от холодного чёрного металла, это оказался благородный атом газа: он не стал захватывать электрон, лишь немного покатал его на верхней орбите вместе с другими дружными электронами. Любопытно, что у атомов газа не было деления на «положительных» и «отрицательных», не было кристаллических решёток, а электроны и протоны обожали друг друга. Их попарно удерживала сильная электрическая дружба, и от этого они никогда не расставались.
Новому электрончику не нашлось пары в виде доброго любвеобильного протона, а нейтроны оказались слишком заняты собой. Было грустно покидать весёлую дружескую орбиту, и, чтобы рассеять печаль уходящего гостя, оставшиеся электроны синхронно подпрыгнули. Они засветились, весь атом озарился изнутри, засиял, провожая освобождённый электрон в далёкое плавание по световым волнам. Удаляясь навстречу неизвестному, электрон смотрел на излучающий радость атом и думал:
«Неважно, кто ты – маленький отважный электрон или тяжёлый ленивый протон, главное, что вместе, дружно, вы рождаете свет».