-Не знал, что Долецкий женат, - доносится голос провожатого за спиной . Она хочет огрызнуться, что он же сам велел не болтать.
- чего молчишь? Жена? Или ты понарошку жена? Братки прислали, чтоб тему разведать?
Она оборачивается, смотрит исподлобья, пытаясь понять, чего надо этому человеку. Деньги свои он явно получил. И отработал. Пусть выпустит ее скорее и дело с концом. Серые коридоры давят с каждой минутой все сильнее. Как люди здесь годами сидят?
-Хочешь, дашь на дашь? - предлагает он, не дождавшись ответа.
-Чего?
-Маленькая что ли? Совершеннолетняя? Ты со мной сейчас идешь, а я тебе рассказываю все, что знаю про твоего мужа в кавычках.
-Куда иду?
-Ты контуженая что ли? Или все смазливые бабы такие тупые? Тут камера свободная есть, никто не потревожит. Тебе ж нужна информация? Я тебе расскажу, из чего стреляли, - мужик нагло подмигивает и тянет к ней руку.
-Я тебе сама скажу, из чего стреляли, - шипит она, шарахаясь к стене, - выведи меня! Я все Максу расскажу!
Провожатый криво ухмыляется:
-Отвести тебя в камеру к бомжам что ли? Будешь им все рассказывать, пока с майор не придет. А то дерзкая слишком.
-Не вздумай! Макс тебе голову оторвет, - она изо всех сил старается, чтоб голос не дрожал и этот ур*од не заметил, как ей страшно.
-Если выйдет.
-Сомневаешься?
За спиной лязгает решетка, хмурый мужик в форме толкает в спину здорового детину в синих татуировках.
-Семенов, ты чего тут трешься? - гаркает недовольно, смерив ее презрительным взглядом, - сколько раз тебе повторять, чтоб посторонних в СИЗО не было? Ночью баб к себе домой таскай! Пшел! - последнее адресовано то ли ее провожатому, то ли тому парню в наколках. Но это срабатывает. Парень шипит:
-Пошли быстро, - и звенит ключами. Два раза просить ее не нужно. Она может и бегом. Скорее прочь.
Решетка. Дверь. наконец ворота. Она полной грудью вдыхает теплый влажный воздух, будто заключенный, не видевший воли.
-Фууу! Козли*на!
-Ты о ком? - Сапер сидит на траве, облокотившись на столб, и неспеша тянет длинную черную сигарету. Глаза прикрыты черными очками. Как на курорте.
Предыдущая глава
-Этот ко мне пытался приставать, - фырчит она, скидывая куртку. После камеры воздух на улице кажется гораздо теплее.
-К тебе? Ну его можно понять, ты ничего такая, - мужчина чуть спускает очки и на нос и скользит взглядом по ее фигуре, - что Макс сказал?
-Ему гильзу подкинули. В тачку. Сказал искать ствол и свидетеля. И вытащить его быстрее.
-Хорошо из за решетки задания раздавать? А он, случайно, не знает, кто ему гильзу подкинул?
-Думаю тот, кто стрелял.
Сапер заливается громким хохотом.
-Да ты мозг! А кто стрелял?
-Семен может быть жив? - отвечает она вопросом на вопрос, ощущая как начинает ныть под ложечкой от одного упоминания.
Сапер отбрасывает сигарету и задумчиво морщит лоб:
-Семен это тот святоша без пальца? Которого Макс из плена выкупил афганского?
-Что сделал?
-Он тебе не рассказывал? Семен с Седым вместе служил в Афгане. Они даже кентами вроде были. Через Седого тогда тема эта с транзитом зашла. Хотя этого тебе точно знать не стоит. У вас, баб, язык слишком длинный, чтоб много знать.
-Хватит уже меня обижать! - сердится она, - я сто раз могла всех сдать хоть ментам , хоть кому. Если бы хотела.
-Ладно, не кипятись! - Сапер примирительно кладет ей руку на плечо, - почему про Святошу спросила? Знаешь что то?
Она глубоко вдыхает как перед прыжком с моста, потом негромко начинает рассказывать:
-На заводе был снайпер. Лысый его видел. Получил по голове и отключился. Потом мы пришли искать гильзы, встретила пацаны, который делал то же самое. Забрали его с собой. Потом я потеряла гильзы на пустыре и стала их искать..
Сапер закатывает глаза:
-Потом я вспомнила, что забыла надеть трусики и стала переживать, ходить дальше без них или все таки одеться, - передразнивает он.
Она фыркает и отворачивается:
-Как хочешь, могу и не рассказывать.
-А можно ближе к теме? Я вообще жрать хочу. А такими темпами до зимы не управимся. Слышь, а поехали перехватим чего, и там послушаем твой роман в трех томах. Кстати, трусики на месте? Не надо проверить?
-Пошел ты!
-Шутка! Прыгай в тачку!
Она сквозь стекло с грустью смотрит на серый бесконечный забор с колючкой по верху. Они здесь, а Макс там. Один. Может, тоже голодный. В этой мерзкой холодной камере.
-Нужно скорее вытащить его оттуда, - шепчет она.
-А мы чем занимаемся? Хотя , если прикинуть, то там он целее будет. Чувак этот, что пацана завалил, на всю голову отмороженный. Чтоб с винтовкой по городу ходить и стрелять четенько напротив входа в ментовку.
-Или контуженый,- в голове что то щёлкает. Неподходящие кусочки становятся подходящими, если сложить их другой стороной.
-Шутишь опять?
-Нет, думаю. Получается, он не боится ничего. Почему?
-Почему? - эхом откликается Сапер.
-Ты, смотрю, только по трусам специалист, - язвит она, - может потому не боится, что для всех уже умер?
Сапер таращит глаза. Потом хлопает себя по лбу:
-Ахренеть! Как я сам не допер? Никогда не понимал тех, кто выбирает мозг вместо сис*ек, но в этом что-то есть!
Комплимент сомнительный, но она не обращает внимание. Не хочет отвлекаться. У нее не всегда так хорошо получается строить связные цепочки из мыслей. Не спугнуть бы.
-Думаешь, Седой переманил Святошу? - влезает Сапер, резко тормозя возле кафе с яркой вывеской.
-Почему Седой? - уточняет она, испытывая внутри странное приятное чувство от того, что Сапер не поставил под сомнение тот факт, что Семён может быть жив.
-Хрен знает. Ему Макс всегда поперек горла был. Когда по транзиту общие темы были. А тут карта легла между ментами и московскими под шумок убрать . Кто на него подумает? И смерть Крис в эту тему вписывается. Макс ее подозревать начал. Она бы сто пудов проболталась. Макс это умеет. А тут нет человека, нет проблем. Я ещё тогда говорил, что зря Макс Седому добро дал ее на ритуал поставить. Седой просто так ничего не делает, - Сапер допивает залпом свой стакан с соком, - куда качусь! В восемь вечера ни в одном глазу! Куда мне тебя деть? А?
-Не знаю. Я могу с тобой. У меня и дома то нет, - вздыхает она, чувствуя, что очень сильно устала. Вроде ничего особо не делала, а тело как ватное. Хотя в тюрьму на свидание тоже не каждый день ходить приходится.
-Ха! Моя не поймёт. Домой я ещё никого не приводил, - хмыкает мужчина, - поживешь с девками моими пока. Под присмотром. Самой никуда не выходить, чуть что - звонить мне! Мобила есть?
Она мотает головой.
-Вот, Макс, дает! Моя б уже истерику такую закатила, что святых выноси. Ей попробуй что не купи! Сейчас и тебе поедем возьмем. Должна будешь.
-Не рассчитывай!
-Ха! Размечталась! Для меня баба Макса считай как мертвая. Если между пацанами из-за такого терки пойдут, то пусть нас лучше всех по одиночке перестреляют.
-Тьфу на тебя, - суеверно стучит по столу, - накаркаешь еще!