Состояние киновселенной DC. Джеймс Ганн спаситель? или Душегуб? Как фильмы влияют на жанр и культуру

Долгие годы массовая культура опиралась на классические истории о противостоянии идеальных героев и безжалостных злодеев. Целое поколение любителей кино-комикса, выросло на киновселенной Marvel, ставшей абсолютной вершиной традиционной супергероики и конечно же главные исторические конкуренты - DC, пытались повторить успех попытавшись создать собственную киновселенную, вместо того чтоб создавать изолированные истории про отдельных супергероев как это делалось ранее. Но к огромному сожалению, все мы знаем чем это всё закончилось. Зак Снайдер, пусть и имел интересные идеи, но реализованные им проекты не были встречены так хорошо из-за излишней мрачности и деконструкции привычных образов вплоть до столкновения иконических фигур Бэтмена и Супермена друг с другом. Не говоря уже про нарративно глупые решения.

Проекты Снайдера не были приняты массовым зрителем из-за излишней мрачности и депрессивности. В итоге постановщика сместили, а киновселенная на долгие годы повисла в индустрии мертвым грузом. Ситуацию усугубляли попытки запускать сольные проекты - Шазама , Отряда самоубийц, или Аквамена, не говоря уже про другие проекты, без четкого понимания того, как связать их воедино. Важен был сиюминутный результат, а не стратегия.

И казалось бы, в 2022 году на пост главы новых кинопроектов DC встал Джеймс Ганн, подаривший нам замечательную, пусть и не безгрешную трилогию «Стражей Галактики». В рамках DC он уже успешно срежиссировал «Отряд самоубийц: Миссия навылет» и создал первый сезон «Миротворца». Казалось бы, вот оно, спасение. Ганн стремился исправить ошибки прошлого, отказался от развития того, что плохо работало, и создал новую киновселенную, где полностью продумал все детали, и построил долгосрочные планы. Но действительно ли это так?

Если быть объективным, окончательные выводы делать рано — в рамках новой киновселенной вышло не так много проектов. В частности к ним относятся:

• Отряд Самоубийц: Миссия на вылет. Как минимум определенные события в Корто-Мальтезе, точно происходили.
• Миротворец. Первый сезон с небольшими изменениями, второй полностью каноничен.
• Монстры-коммандос. Первый проект вышедший в рамках киновселенной
• Супермен (2025). Первый флагманский проект посвященный Кларку Кенту и частично, так называемой Банде Справедливости

В Ближайшее время нас ждут:

• Супергёрл. Первый спустя десятилетия, полнометражный сольный проект, посвященный кузине Супермена. Есть трейлер и много интервью про него
• Фонари. Сериал посвященный корпусу Зеленых фонарей с Хелом Джорданом и Джоном Стюартом в качестве главных героев. Есть трейлер.
• И Глиноликий. Сольный фильм в жанре Боди-Хоррора, про одноименного злодея.

И конечно же на будущее готовятся:

• Супермен: Человек завтрашнего дня. Продолжение первого фильма про Супермена, где он объединившись с Лексом Лютером и некоторыми другими героями этого мира, будут противостоять Брейниаку.
• Бэтмен: Отважный и Смелый. Первый сольный проект что должен представить Бэтмена и впервые на больших экранах, его сына Дэмиана Уэйна. Сценарий даже не готов.
• Потерянный рай. Сериал посвященный борьбе за власть на Темискире, произошедшие до рождения Чудо-женщины. Сценарий даже не готов.
• Болотная тварь. Боди-хоррор про одноименного персонажа. Сценарий даже не готов.
• Бустер Голд. Проект посвященный одноименному персонажу. Сценарий даже не готов.
• Авторитеты. Проект про одноименную команду радикальных героев. Сценарий даже не готов.

Однако даже текущий пул анонсов и релизов позволяет сформировать представление о видении продюсера и о том, какими нам предстают «герои» этого нового мира, в частности главная Супер-семья этой вселенной (Супермена и Супергёрл), что должны будут двигать ее вперед.

Утомление от Супергероики

Прежде чем мы продолжим разбирать новую киновселенную DC, стоит разобраться, в каком состоянии сейчас вообще находится супергеройский жанр.

Хотя фильмы киновселенной Marvel стали эталонными, и во многом именно на них ровняется каждый, кто хочет создать собственную киновселенную, - со временем именно их вечная формула и начала утомлять зрителя. Сегодня аудитория с куда большим интересом ждет не новых «Мстителей», а циничные и приземленные деконструкции вроде The Boys или Invincible, которые предложили принципиально иной взгляд на людей, наделенных всемогуществом.

Если раньше супергерои воспринимались как современный миф - архетипами надежды, моральной ясности, что, ежедневно превозмогая себя, боролись с собственными демонами и действовали из альтруизма, то ныне этот подход заменяют на диаметрально противоположный. Новая оптика предлагает нам видеть в суперах фашистов, гедонистов, корпоративных марионеток или убийц, разрушая бинарные оппозиции на которых традиционно строился этот жанр. Подобная тотальная деконструкция образа супергероя постепенно превратилась в новый мейнстрим для многих продюсеров и даже режиссеров, уверовавших, что «мрачно» и «цинично» автоматически означает «взросло» и «глубоко».

Ловушка деконструкции

Однако если разобраться, ответ, вероятно, куда сложнее, и корень зла - не в самой деконструкции как приеме. На мой взгляд, причина кризиса жанра кроется не в неизменности классической формулы, а в катастрофической «стерильности», или, если позволите, «соевости» новых кинопроектов. Современное кино страдает от отсутствия смелости, боязни эксперимента и навязчивого упрощения. Там, где раньше режиссеры и сценаристы готовы были рисковать, предлагая зрителю новый опыт, сегодня они боятся переступить черту, чтобы не вызвать гнев у определенной части аудитории и не потерять гарантированно «легкие» деньги.

И что очень иронично, мы пришли к парадоксу: деконструкция из маргинального течения превратилась в такую же безликую и безопасную формулу, как и классические комиксы, которые она пыталась ниспровергнуть.

Наиболее ярко это заметно на примере сериала The Boys. Задуманный как острая сатира на супергероику и корпоративную культуру, он балансировал между шок-контентом и умным нарративом. Но уже к третьему и четвертому (и вероятно в будущем пятом сезоне) и Спин-оффах, создатели попали в собственную ловушку: «смелость» превратилась в формулу успеха. Когда расчленение, взрывы голов и гротескные сексуальные девиации происходят в каждом эпизоде, они перестают шокировать и начинают утомлять не меньше, чем надоевшие клише Marvel. Шок перестал быть инструментом смысла - он стал рутиной, которая как следствие, начала утомлять (снова).

Но что важнее для нас с вами. В долгосрочной перспективе бескомпромиссный цинизм, который предлагали «Пацаны», нанес традиционному жанру непоправимый урон. Сериал сформировал новую парадигму зрительского восприятия, в которой классический альтруизм выглядит не просто устаревшим, но фальшивым. В результате сформировалось поколение потребителей контента, рассматривающее супергероев исключительно как метафору авторитарной угрозы. Любой чистый, непорочный герой теперь автоматически вызывает у зрителя подозрение: аудитория подсознательно ждет момента, когда он снимет маску и окажется скрытым психопатом или лицемером. Жанр убил свою невинность - и обратного пути, кажется, уже нет, и вот почему.

Боги и монстры

Первая глава новой киновселенной, получившая название «Боги и Монстры», уже в самом начале показал тенденцию, явно основанную на новом супергеройском подходе.

Достаточно взглянуть на перечень уже анонсированных проектов, чтобы осознать одну важную вещь - истории, пропагандирующие традиционный супергеройский альтруизм и безусловную моральную чистоту, находятся в явном меньшинстве. Они буквально теряются среди монстров, антигероев и деконструкций.

Джеймс Ганн, обладая уникальным авторским почерком, перенес на свою вселенную DC - методы, ранее успешно апробированные им в проектах с менее известными персонажами - «Стражи Галактики» и «Отряд самоубийц: Миссия навылет». Его подход характеризуется специфическим сочетанием эксцентричного юмора, ультранасилия, саркастической деконструкции пафоса и формирования «обретенных семей» из социальных аутсайдеров. Это блестяще работало на периферии мейнстрима, превращая второсортных героев в культовых любимцев. Это работает и с второстепенными, антигероями в его проекта в рамках DC (должны отдать должное).

Но теперь этот инструментарий применяется для строительства фундамента всей вселенной.

И здесь возникает колоссальное противоречие. На фоне всего перечисленного лишь Супермен позиционируется как оплот традиционной надежды - последний бастион классического героизма в мире, который, кажется, уже не верит в его необходимость. Тогда как остальные проекты - «Монстры-коммандос», «Миротворец», а в будущем и «Глиноликий» и «Авторитетами» - последовательно и системно исследуют темные аспекты человеческой (и сверхчеловеческой) природы, предлагая зрителю не столько надежду, сколько циничную рефлексию.

Пытаясь угодить аудитории, уставшей от стерильности Marvel, и одновременно эксплуатируя спрос на циничные деконструкции в духе The Boys, он выстраивает вселенную, в которой «монстры» стали мейнстримом, а «боги» выглядят реликтами ушедшей эпохи. Супермен в этом мире — не просто герой, он — анахронизм.

Монстры-коммандос

Проблема тотального превалирования цинизма наглядно иллюстрируется первым же проектом, ставшим официальным стартом новой вселенной, — сериалом «Монстры-коммандос». Я не могу назвать этот проект однозначно плохим: он сделан качественно и обладает фирменным ганновским шармом. Но как манифест новой эпохи DC он фактически задал специфический, мрачный тон, от которого, казалось бы, все так устали в эру Снайдера.

Сюжет сериала вращается вокруг команды гротескных монстров, собранной беспринципной Амандой Уоллер и Риком Флэгом-старшим для выполнения сверхсекретных, «грязных» правительственных миссий. В отличие от классических сюжетов, где герои, даже обладая устрашающей внешностью, стремятся к справедливости и передают злодеев правосудию, «Монстры-коммандос» фокусируется на брутальных внесудебных казнях.

«Ты хотел монстров. Ты получил монстров»

Режиссер и сценарист Джеймс Ганн утверждает, что этот сериал демонстрирует важность эмпатии и поиска человечности даже в самых отталкивающих существах. Однако зрительская реальность оказалась сложнее благих намерений. Многие, да и я обратили внимания, что проект не только не избавляется от нигилизма и брутальности, за которые критиковали предыдущую итерацию вселенной, но и удваивает ставку на мрачную, бескомпромиссную эстетику, перенасыщенную черным юмором. Эмпатия здесь существует ровно настолько, насколько она нужна, чтобы зритель не отшатнулся от персонажей в первой серии. Но основа нарратива — не сострадание, а циничный расчет: даже если они и спасают мир, они делают это ради себя. О чем даже говорит Невеста в последней серии когда избавляется от антагониста сезона.

И здесь возникает главный вопрос стратегии. Странно делать старт глобальной франшизы, претендующей на возрождение надежды, с проекта о правительственных карателях-монстрах, действующих не из сострадания к миру, а из сугубо личных (им вживили бомбы в затылок), часто эгоистичных побуждений (месть).

Авторитеты

Хотя до этого проекта еще очень далеко, и он даже не маячит на горизонте производственного процесса, стоит упомянуть его отдельно. Сам факт того, что работу над «Авторитетами» объявили, означает для Джеймса Ганна эта команда важнее, чем, скажем, Флеш, Зеленая Стрела, Марсианский Охотник или кто-либо еще из классического пантеона DC. И это, на самом деле, говорит о многом.

Для тех, кто не в курсе: «Авторитеты» — это команда, первоначально созданная в независимым издательством WildStorm, представляет собой экстремальную антитезу Лиге Справедливости. Главное отличие «Авторитетов» от других суперкоманд заключается в том, что они полагаются только на себя и свой авторитет и не имеют никаких сдерживающих факторов извне. Международные права и законы для них — пустой звук. Если Лига Справедливости действует как защитники существующего порядка (пусть и с переменным успехом), то Авторитеты — это радикальные преобразователи, которые не остановятся перед убийством главы государства, если сочтут это необходимым для «улучшения мира».

Ганн не скрывает радикальной природы этой команды. В своих публичных заявлениях он прямо характеризует их философию:

«У них благие намерения, но они считают, что мир полностью сломан, и единственный способ исправить его — взять всё в свои руки, будь то убийство людей, уничтожение глав государств или смена правительств — в общем, всё, что они сочтут нужным для улучшения мира».

Чуете, чем пахнет? «Пацанами». Те же суперы, для которых нет моральных ограничений, любая прихоть, которую они сочтут нужной, они реализуют и их никто не может остановить. Только теперь это не сатира на супергероику, а официальная часть новой киновселенной DC, которую Ганн позиционирует как возвращение к духу комиксов.

Фонари

Хотя тут рано делать какие-то выводы о качестве проекта, однако стоит вспомнить еще один странный момент. Приходя на пост руководителя, Джеймс Ганн неоднократно говорил о том, что стремится вернуть дух тех самых комиксов и наконец-то достойно перенести их на экраны. Однако тревожным сигналом для сторонников классического DC стал анонс и последующие данные, касающиеся телевизионного сериала «Фонари».

Исторически Корпус Зелёных Фонарей в массовом сознании ассоциируется с масштабными космическими приключениями, исследованием инопланетных миров, грандиозными битвами с использованием конструкций из жёсткого света и чистым героизмом галактического масштаба. Это была научная фантастика, эпос, уводящий зрителя за пределы атмосферы Земли.

Однако новая адаптация позиционируется как предельно приземлённый, мрачный детектив, действие которого разворачивается на Земле. Недавний трейлер подтвердил эти опасности: вместо космических баталий нам обещают нуарное расследование с Хэлом Джорданом и Джоном Стюартом в роли уставших копов. Вместо бескрайнего космоса — затхлые земные переулки.

И тут возникает вопрос, который Ганн, кажется, не хочет слышать: если вы стремитесь вернуть дух комиксов, почему вы полностью отказываетесь от него? Зачем брать франшизу, чья суть — в масштабе и фантастике, и насильно заземлять её до размеров рядового детективного сериала? Да, Фонари герои Земли в том числе, и решали проблемы и на Земле, но основа их - космическая. Это фактически признание в том, что продюсеры попросту не верят в интерес зрителя к настоящей космической романтике. И это признание звучит особенно цинично, если вспомнить, что именно Джеймс Ганн — режиссёр, подаривший нам «Стражей Галактики».

Он является человеком, который мог бы снять тот самый идеальный космический эпос про Зелёных Фонарей. Он уже доказал, что умеет делать зрелищную, масштабную и при этом душевную космооперу с второсортными персонажами. Но почему то этого не делает.

И здесь нельзя обойти стороной ещё один тревожный сигнал, пусть пока и существующий на уровне инсайдерских слухов (к которым стоит относиться с осторожностью, но держать в уме). Согласно неофициальной информации, сюжет сериала может строиться вокруг возможной гибели Хэла Джордана, который передаст свою мантию главного Зелёного Фонаря Земли Джону Стюарту.

Важно понять: Джон Стюарт — прекрасный персонаж, достойный герой и давно заслуживший полноценную экранизацию. Но Хэл Джордан — это икона. Это культовый персонаж, чьё имя для нескольких поколений читателей комиксов стало синонимом самого понятия «Зелёный Фонарь». И представлять его в совершенно новой киновселенной, которая только начинает свой путь, — уже в годах (что видно по актеру, и словам в трейлере), в роли уставшего наставника, которого, судя по слухам, готовятся списать со счетов в первом же сезоне, — это как минимум странное решение. Создаётся впечатление, что новая вселенная DC строится на отрицании своего же наследия. Классических героев здесь не адаптируют — их замещают.

Супермен

На данный момент единственным светлым пятном в этом мире остаётся Супермен, которого нам представили летом прошлого года. В то время как «Монстры-коммандос», «Миротворец» или даже Банда Справедливости предстают аморальными или, в лучшем случае, серо-моральными героями, Кларк Кент позиционируется Ганном как абсолютное добро. Казалось бы, вот он - глоток свежего воздуха в мире тотального цинизма.

Однако и здесь есть проблема. Режиссёр, желая дать своему герою «челлендж» и показать, что он тоже может быть уязвим, невольно принизил его силу в глазах зрителей. Фильм открывается сценой, в которой мы узнаём, что Супермен уже три года является открытым героем, и что это история «первого раза, когда он проиграл». Окей, режиссер не хотел показывать предысторию, «которую все и так знают наизусть». Возможно, это и правильное решение.

Но скажите, неужели нельзя было перед тем, как бросить израненного Супермена в снег в первые же минуты фильма, показать его сильным? Показать того самого неуязвимого Кал-Эла, способного держать на плечах рушащиеся здания, отражать удары кайдзю без особых усилий, которому всё равно на пули и ракеты? Дайте зрителю хотя бы минуту, чтобы прочувствовать его мощь, — и тогда падение станет трагедией, а не "само разумеющимся". А так зритель не успевает оценить его, а ему уже показывают «слабака», которого интернет моментально и справедливо окрестил слабаком, даже невзирая на то, что впоследствии Ганн, продемонстрирует его мощь. Мы не увидели потолок героя до того, как нам предъявили того, кто этот потолок пробивает.

В итоге от Супермена остаётся лишь его доброта. Но и тут есть два важных момента, которые ставят эту доброту под сомнение.

Джор-Эл. Разбитое наследие

Одним из самых резонансных, противоречивых и широко обсуждаемых решений в новом кино-вселенной стало радикальное переосмысление происхождения центрального героя франшизы. Классический канон, глубоко укоренившийся в мировой поп-культуре во многом благодаря фильмам Ричарда Доннера и оригинальным комиксам, изображал биологических родителей Кал-Эла - Джор-Эла и Лару, как мудрых, благородных ученых-идеалистов. Они пожертвовали собственными жизнями ради спасения своего единственного сына и сохранения лучшей части идеалов обреченной планеты Криптон, став для Супермена путеводными звездами добродетели.

В новой кинематографической адаптации Джеймса Ганна этот сакральный троп подвергся жесткой и беспощадной деконструкции. По сюжету картины, антагонист Лекс Лютор при помощи технологических навыков Инженера проникает в Крепость Одиночества и расшифровывает поврежденную часть голографического послания Джор-Эла и Лары. В результате выясняется шокирующая правда: родители Супермена были не добродетельными спасителями, а фактически, являются: империалистами, сторонниками евгеники и колонизаторами. Они отправили своего сына на Землю не ради ее защиты или простого выживания, а с конкретной миссией: покорить планету, установить диктатуру, подчинить себе человечество и...кхэм...цитата: «взять в гарем земных женщин, возродить криптонианскую расу».

Джеймс Ганн активно защищает этот сценарный поворот, ссылаясь на наличие прецедентов в многолетней истории комиксов. В интервью он отмечает, что хотя такие сюжеты «встречаются редко», они имеют место быть.

Но ровно потому, что это блин комиксы — это среда бесконечных экспериментов. Разные авторы имеют право на переосмысления в рамках альтернативных реальностей, импринтов и ваншотов. Благодаря этому мы имеем бесчисленные вариации: миры, где нет Брюса Уэйна и Кларка Кента, а их мантии носят Карен Старр и Барбара Гордон (Elseworld's Finest); реальности, где Супермен и Супергёрл — нацисты (Earth-X) или советские граждане (Bombshells, Red Son); вселенные зомби-апокалипсиса (DCeased), средневековья (Dark Knights of Steel) или викторианского Готэма (Gotham by Gaslight). Список можно продолжать бесконечно.

Но все эти истории, включая те на которые ссылается Джеймс Ганн, всегда были именно альтернативами — ответвлениями от основного канона, а не его фундаментом. Опираться на них при построении основной вселенной — бессмысленно. А уж тем более приписывать основным героям характеристики, взятые из этих маргинальных ответвлений. Иначе где логика? Если следовать такому подходу, мы можем спокойно позволить Супермену кидать нацистское приветствие — просто потому, что это «было в комиксе» (на Earth-X). И плевать, характерно ли это герою на самом деле.

Режиссер утверждает, что подобный сюжетный твист концептуально необходим для создания глубокого личностного кризиса у Супермена. Осознав чудовищное наследие своей биологической семьи, герой не ломается, а делает осознанный, трудный выбор в пользу человечности, которую в нем воспитали приемные земные родители — Джонатан и Марта Кент. Фильм акцентирует внимание на философском постулате о превосходстве воспитания над генетикой. С этой позиции, вкупе с фактором «шок-контента» от неожиданного поворота, это действительно могло бы выглядеть разумно... но...

С точки зрения нарративного дизайна, лояльности к бренду и уважения к первоисточнику этот шаг — трансформация благородных икон в «геноцидальных деспотов» ради кратковременного шокового эффекта — разрушает основополагающую трагедию персонажа. Вместо светлой скорби по утраченной великой цивилизации (тому самому «Потерянному раю») Супермен теперь вынужден нести бремя вины за фашистские преступления своих предков. Его происхождение больше не источник силы и надежды, а клеймо позора, которое нужно преодолеть. Многие критики уже указали на то, что Ганн пожертвовал важнейшим эмоциональным фундаментом героя ради дешевого провокационного поворота, который стилистически больше подходит сатирическим проектам деконструкции вроде всё тех же The Boys или Invincible, нежели центральному фильму вселенной DC, призванному вселять надежду.

Но что еще важнее... это фактически... самоповтор.

Уже исследованный троп

Концепция Криптона как милитаристской, экспансионистской империи не нова для экранизаций DC, поскольку уже исследовалась и была внедрена в недавнем мультсериале My Adventures with Superman (над которым Ганн, кстати, частично работал). Этот мультсериал, выполненный в полу-аниме стиле, представляет собой альтернативную реальность, в которой многие элементы и герои DC отсутствуют или изменены до неузнаваемости. В частности, в нем полностью переосмыслена природа способностей: например, Шивон МакДугэл, являющаяся Серебряной Банши в классической вселенной DC (где она получает свое проклятье сверхъестественным путем), здесь использует продвинутые технологии для имитации тех же способностей.

Однако между этими проектами есть два фундаментальных отличия.

Во-первых, даже в этом экспериментальном мультсериале Джор-Эл показан скорее благородным ученым, который выступал против планов Империи. Он был диссидентом, а не соучастником. Ганн же пошел дальше, сделав злодеями именно самих родителей Кларка. Он лишил Супермена даже права на память о том, что его отец был одним из «хороших криптонианцев».

Во-вторых, и это более важно с точки зрения бренда, мультсериал является заведомо нишевым, экспериментальным проектом. Это пространство для творческих вольностей, где даже культовые злодеи: Мозг и Месье Маллах - могут выступать на стороне добра, а большинство классических героев отсутствуют вовсе. В подобных проектах радикальные отклонения от канона допустимы (Как Нолан, переосмыслил Бэтмена или Бэйна), потому что они маркированы как «альтернатива», как игра с вселенной, не претендующая на статус основной.

Фильм Superman (2025) позиционируется совершенно иначе. Это флагманский проект, призванный сформировать каноничный образ героя для массового зрителя. Подобно тому, как киновселенная Marvel в свое время навсегда закрепила в массовом сознании образы Железного человека или Ника Фьюри (сделав киноадаптации первичным каноном для обывателя), фильм Ганна задает новое базовое восприятие Супермена и многих других героев для нового поколения. Искажение фундаментальных основ мифологии в главном продукте франшизы несет несоизмеримо бóльшие риски для восприятия бренда, чем любые авторские эксперименты в нишевой анимации.

Чем Джор-Эл отличается от Зода?

В попытках защитить свое видение Ганн часто приводит аргумент:

«Вы предполагаете, что все на Криптоне одинаковые! ...»

Но на самом деле это довольно спорный тезис, учитывая, что со времен Зака Снайдера, не говоря уже про мультфильмы и комиксы, мы помнили: Криптон не един во мнениях. И идеальным контраргументом тому, что Криптон — это цивилизация Света, всегда был Генерал Дру-Зод. О чем, вероятно, забыл многоуважаемый хранитель «духа комиксов».

И тут сразу же встает очень важный вопрос: если отец Супермена — такой же «фашист», то... чем он отличается от Зода?

Зод — это военный преступник. Он хотел спасти Криптон, но методами, которые Совет ученых (включая Джор-Эла) счел недопустимыми: генетические манипуляции, милитаризация, подавление свободы. В «Человеке из стали» Зод говорит:

«Я существую только для того, чтобы защищать Криптон. Это единственное предназначение, для которого я был рождён. И любые мои действия — не важно, на сколько безжалостные или жестокие, — направлены на благо моего народа. А теперь… у меня нет народа».

Он — темное отражение Джор-Эла, его идеологический антипод. Именно этот контраст создавал трагедию: две правды, две философии, два пути спасения.

Но если Джор-Эл оказывается тем же самым, что и Зод, только в другом костюме - стирается моральный контраст, на котором держалась мифология. В версии Джеймса Ганна Джор-Эл тоже верит в превосходство криптонианцев, тоже планирует подчинение других рас, тоже готов использовать сына как инструмент экспансии. Вопрос: чем они отличаются?

Криптон в версии Ганна перестает быть «Великой цивилизацией», погибшей из-за высокомерия Совета ученых, которые не хотели замечать очевидного. Теперь это просто «Империя зла», получившая по заслугам. Потеря Криптона больше не вызывает печали — она вызывает злорадство. Здесь Криптон предстает тоталитарной цивилизацией без единого светлого пятна.

А это уже не трагедия.

Трагедия — это когда гибнет нечто великое, пусть и с изъянами (Криптон никогда не позиционировался как идеальный мир). Когда рушится мир, в котором были и мудрецы, и воины, и диссиденты. В версии Ганна спасать нечего. Криптон не заслуживает памяти...кстати о памяти...

Казус Кары Зор-Эл

Вмешательство в канон и переписывание базовой мифологии напрямую отразилось на характере героини, которую Джеймс Ганн выбрал в качестве следующего флагмана после Супермена. Дебют Супергерл в DCU вызвал смешанные, зачастую полярные реакции, когда нам показали персонажа в состоянии сильного алкогольного опьянения.

В этой интерпретации Кара выступает не как сияющий символ надежды или вдохновляющая Девушка из Стали, а как надломленный, глубоко травмированный человек - в духе разбираемого мной комикса Woman of Tomorrow (2021). Она страдает от тяжелой формы депрессии, экзистенциальной пустоты и неконтролируемого ПТСР. Она вообще не хочет быть героем. Акцент на сломанной психике Кары - фундаментальная часть глобальной стратегии Ганна по внедрению «психологического реализма» во франшизу.

Создатели оправдывают это контрастом: в то время как Кларк рос в любящей семье на Земле и не отягощен воспоминаниями о гибели своей расы, Кара несет на себе весь груз осознания невосполнимой потери. Использование алкоголя и грубости как защитных механизмов призвано сделать персонажа более многогранным и сложным.

Не хочу повторяться в сотый раз, но подобная трактовка героини радикально расходится с историческим каноном комиксов. Кара Зор-Эл всегда выделялась невероятной жизнестойкостью. Она пережила колоссальную потерю родного мира, преодолела боль и стала полноценным героем, чья сила духа и выносливость в экстремальных ситуациях порой превосходили стойкость самого Бэтмена.

Трансформация ее в сломленного персонажа является прямым следствием адаптации комикса Тома Кинга, который часто критикуют за злоупотребление тропом «депрессивного протагониста» и превращение героини в угрюмого аутсайдера, склонного к алкоголизму и соучастию в сомнительных расправах.

Но сейчас важнее иное. Радикальное изменение лора Криптона и введение «злого» Джор-Эла, которое мы обсуждали ранее, немедленно породило каскадный эффект логических ошибок внутри строящейся вселенной. Самой очевидной и обсуждаемой логической нестыковкой стала проблема осведомленности Супергерл о планах ее дяди и тети.

Кара родилась на Криптоне раньше Кал-Эла. На момент гибели планеты она была в сознательном подростковом возрасте (чаще всего 14–16 лет) и прекрасно помнила свое окружение. Если придерживаться этой исторической хронологии в рамках нового фильма Ганна, Кара неизбежно должна была знать о радикальных, империалистических и евгенических взглядах своих родных. Тот факт, что она не предупредила Супермена об истинной природе послания и скрыла от него правду, делает ее либо злонамеренной соучастницей колониальных планов, либо указывает на вопиющую некомпетентность сценаристов.

Что известно на данный момент?

Столкнувшись с массовой критикой этой очевидной сюжетной дыры, Джеймс Ганн был вынужден прибегнуть к реткону (не исключено, что задним числом), ломая фундаментальные основы происхождения Супергерл. В интервью изданию Rolling Stone он категорично заявил, что в новой кинематографической вселенной Кара младше Кларка на 8 лет. Следовательно она родилась уже после того, как Криптон был уничтожен, за пределами родной планеты (В Арго-сити). Следовательно, Кара никогда лично не знала своих дядю и тетю. Ее единственным источником информации о семье дома Эл были ее собственные родители - Зор-Эл и Алура.

Окей... но тогда это всё равно ломает уже ее комиксную мифологию. Да, это можно было бы считать отсылкой к ее первому дебюту в комиксах, но от той интерпретации давно ушли в пользу осложнения и углубления ее трагедии.

И снова: хорошо, но почему Кара всё равно ничего не знает про своих родных? Зор-Эл и Алура никогда про них не говорили? Они не разделяли или не знали об экстремистских планах брата, или намеренно скрывали их от дочери, создавая идеализированный, ложный образ семьи?

Несмотря на попытки Ганна рационализировать этот нарративный диссонанс:

«Вы предполагаете, что все на Криптоне одинаковые! И откуда ей было знать? Она моложе него, поэтому она ничего не знала бы о его родителях»

Подобное структурное изменение воспринимается как вынужденная, искусственная «заплатка» на слабом и непродуманном сценарии. Даже если она не знала их лично, она всё равно должна была бы знать о них хоть что-то: «Мы не разделяли одни убеждения», «Он был своеобразным», «Я не люблю про него говорить». Полное молчание — это не реализм, это сценарная халтура.

Проблема травмы

Но самое страшное даже не в этом. Превращение Кары в персонажа, рожденного вне Криптона и уступающего по возрасту Кларку, полностью нивелирует ее ключевую арку из комиксов. Трагедия Супергерл исторически заключалась именно в том, что она — подросток, воочию видевший гибель родного мира, потерявший дом и вынужденный адаптироваться к чужой Земле, с ужасом наблюдая, как младенец, которого она обещала защищать, вырос и стал старше нее, пока она выпала из времени, лишив ее изначального предназначения. Это была уникальная, щемящая трагедия — потеря дома, потеря миссии, потеря даже своего места во времени.

Изъятие этого аспекта ради сохранения шок-контента с «злым» Джор-Элом является наглядным примером того, как погоня за эпатажем в одном фильме разрушает структурную целостность, дух и мотивацию персонажей во всей «связанной» вселенной.

За что она пьет?

Но главное — если она никогда не была свидетельницей настоящего Криптона. Не видела его своими глазами. Не знала своих «выдающихся» родственников, что были двигателями криптонианской науки. Никогда не была полноценной частью культуры этого мира.

Тогда вопрос... а о каком грузе речь?

Что такого Кара помнит, чего не знал бы Кларк по своим архивам? Она видела Арго-сити? Ну, класс, это буквально один город, находящийся в упадническом состоянии после десятилетий изоляции. Потеряла родителей? Я не хочу показаться циником, но многие люди ежедневно теряют их — и при этом не спиваются от горя, не летят на планеты с красным солнцем, чтобы забыться. Если она младше Кал-Эла, то в чем груз невыполненного задания? Его нет. Ей плевать на брата так же, как ему плевать на нее.

Да речь тут могла быть про выживание на обломках города, что было бы оправдано, хоть частично. Но сами создатели описывают ее травму как "Груз по утраченной цивилизации". Но если Кара никогда не знала настоящего Криптона, не знала ее культуры в расцвете цивилизации, у нее не было простых «земных» друзей и родственников, не было нормальной жизни до апокалипсиса... ее травма — МАРКЕР. Это натягивание знакомой фанатом совы на глобус который не предназначен для этой совы.

Знаете, я часто критикую комикс «Женщина Завтрашнего дня» за искажение сильного каноничного образа, за то, что Кару там заставляют пить от горя и показывают циничной. Но я никогда не мог поспорить с одним объективным фактом: это оправдано. Если бы каноничная Кара не была наделена той самой легендарной жизнестойкостью, тот несоизмеримый груз, который она несла, действительно мог бы так сильно отразиться на ее жизни. Кара в этом комиксе ЗНАЛА Криптон. У нее была жизнь, которую она потеряла, и по которой она скучает. У нее были родители, которых она помнит. У нее была культура, которая сформировала ее. Ее боль имеет корни, уходящие глубоко в почву утраченного мира.

Если в киновселенной у нее ничего этого не было, если Криптон для нее — не более чем абстракция из рассказов и архивов, если она никогда не дышала его воздухом и не видела его закатов, — чем ее реакция оправдана?

Ничем. Это попытка выдать желаемое за действительность. Косметическую «взрослость» — за глубину, а депрессивную эстетику — за психологизм. Ганн хочет, чтобы мы воспринимали Кару как трагическую фигуру, но буквально одним решением он убил весь фундамент, на котором держится ее мифология. Он лепит из нее сломленную героиню, но забывает дать ей то, что действительно ломает: любовь к тому, что потеряно.

Ей нечего любить, кроме родителей. Но много ли героев потеряло родителей? Конечно же да — Брюс Уэйн, Дик Грейсон, Стив Роджерс в конце концов. Они потеряли не меньше. Но стали ли они жертвами алкогольного опьянения? Нет. Потому что их горе не было пустым маркером, оно было двигателем.

Дилемма без выхода

Опять же, если Ганн идеально продумал свою хронологию и историю, как об этом все заявляют, как он мог допустить такую проблему?

Если Кара не жила на Криптоне — откуда у неё травма космического масштаба, требующая алкоголизма и цинизма?

Если Кара жила на Криптоне — почему она ничего не знала о родителях Кларка? Это делает её либо соучастницей, либо лгуньей.

Вывод: Любой вариант разрушает образ и рушит историю.

Утраченный героизм

Комиксная Кара Зор-Эл была героиней именно потому, что её травма, горе и вина выжившего стали для неё не проклятием, а толчком к тому, чтобы самой встать на путь героя. Её реакцией на боль стала гиперкомпенсация: «Раз я не смогла спасти их тогда, я буду спасать сейчас». Она могла сдаться, могла стать циником, могла утонуть в депрессии - но она осознанно выбрала добро. Её история - это триумф силы духа. Это повесть о том, как даже колоссальная потеря не убивает в человеке свет, если у него есть внутренний стержень.

Но предложит ли будущий фильм нечто подобное? Я не пророк, но я глубоко сомневаюсь, что нас ждёт история преодоления травмы.

Мой скепсис, да и, если честно, скепсис значительной части аудитории относительно её светлого будущего, только усиливается финалом оригинального комикса Тома Кинга, который ляжет в основу экранизации. В развязке той истории антагонист Крем проводит в Фантомной Зоне 300 лет, и по истечении срока он искренне раскаивается. Однако постаревшая Рути (по факту - главная героиня комикса) всё равно жестоко бьёт его тростью по голове. Это финал, где прощение оказывается невозможным, где месть торжествует над милосердием, где горе так и не находит исцеления.

Учитывая, что режиссёр фильма открыто называет Кару «антигероем в духе Логана», а исполнительница главной роли заявляет:

«Я думаю, что юные девушки должны после просмотра фильма понять, что быть немного плохой и неряшливой - это нормально»

вероятно, многие худшие черты комикса будут перенесены на экран. Интеграция подобных морально неоднозначных концовок и сам ярлык «антигерой» заставляют сомневаться, что Джеймс Ганн вообще планирует возвращать Каре её традиционный оптимизм и стойкость. Похоже, он предпочитает окончательно закрепить за ней статус сломленного, циничного персонажа - в угоду мрачной эстетике всей франшизы.

Что мы видим в итоге? Универсальную, вневременную историю о преодолении себя сузили до гендерно-маркированного совета по самопринятию.

И здесь вся попытка Ганна доказать, что он следует духу комиксов, разбивается вдребезги. Комиксы - про преодоление и подвиг. Фильм, судя по всему, будет про индульгенцию слабости. Это не адаптация - это подмена понятий.

Проблема "Доброго" Супермена

«Нас формируют не великие свершения в битвах и не мудрые слова, произнесённые в мирное время — нас определяют сокрытые вещи, которые мы творим во мраке, когда никто нас не видит»

Фильм позиционирует Супермена как абсолютного альтруиста. Он спасает всех - от граждан Метрополиса до уличных животных. Он кричит о доброте и праве на альтруизм. Он прощает Метаморфо. Он относится ко всем «по-суперменовски» так, как мы привыкли и как хотели бы видеть.

Но при этом он демонстрирует поразительное, равнодушие к саморазрушению собственной кузины. Что особенно заметно в сцене перед финальными титрами фильма «Супермен».

Игнор Кары

Сам Джеймс Ганн в интервью прямо заявил, что главная цель появления Кары в фильме - показать эмпатию Кларка к... оставленной собаке Крипто:

«Он не хотел брать эту собаку... Она (Кара) ведет себя безответственно... И даже при этом он готов пойти на край света ради этой собаки».

Осознайте чудовищность этой логики. Глубокая травма Кары - низводится до удобного сценарного инструмента, призванного подчеркнуть благородство Кларка по отношению к питомцу. В то время как сама девушка, его единственная кровная родственница, оставлена на произвол судьбы в смертельно опасных ситуациях.

Кара намеренно летает на планеты с красным солнцем, где теряет свою неуязвимость и способность сопротивляться токсинам, — чтобы иметь возможность напиться до беспамятства. Вместо того чтобы помочь «младшей сестре» справиться с горем, вместо того чтобы протянуть руку помощи той, кто потеряла всё и носит в душе ту самую травму, от которой Кларка избавила любящая семья Кентов - а сами авторы используют ее состояние лишь как фон для добродетели Кларка. Но со стороны выглядит так что его эмпатия, работает на животных, но отключается при единственной родственнице - что похоже на эмоциональную дисфункцию, а не доброту.

Ирония достигает своего апогея. Он улыбается на камеру. Он спасает всех в Метрополисе «на глазах города». Он готов лететь на край света за собакой. Но в своей Крепости Одиночества, в месте, где никто не видит, где нет камер и восторженных толп, он относится к Каре с полным равнодушием. К единственному кровному родственнику. К той, кто пережила ад, который ему даже не снился.

Это не просто сценарная нестыковка. Это нравственный провал всей концепции «доброго Супермена». Сам Джеймс Ганн описывает Кару Зор-Эл как «полную катастрофу». Да и одна фраза кинутая в Супермена говорит о многом про эту версию:

«Спасибо, что присмотрел за ним, с***!»

И, видимо, этим и пытается оправдать равнодушие Кларка к ней. Мол, она сама виновата.

Но проблема в том, что... Кларк Кент - последний человек в мире, кто так поступил бы. Даже если Кара будет отталкивать его, даже если она будет ненавидеть его, даже если она станет врагом — он никогда от нее не отступится. Потому что для Супермена семья — это не удобные отношения, которые можно поддерживать, пока другая сторона «ведет себя хорошо».

Вспомните New52. Там был показан далеко не самый эталонный Супермен - порой жесткий, отстраненный, сомневающийся. Но когда Кара в ту эпоху превратилась в реальную «катастрофу» (вплоть до того, что стала Красным фонарем), он всё равно оставался неравнодушен к сестре. Он не списывал ее со счетов. Он искал пути, он пытался достучаться, да он злился на нее и срывался когда не мог достучаться, но он не оставлял попыток - потому что она была его семьей.

Либо для Джеймса Ганна кровная семья не значит ровном счетом ничего - в отличии от найденной семьи, либо он даже не думал о том что пишет.

#supershit

Еще одним из моментов которые вызывают много вопросов, является сцена где Лоис и Кларк решают "взять интервью у Супермена". Лоис, будучи в курсе двойной жизни Кларка, садится напротив него с диктофоном и начинает задавать "неудобные" вопросы, как журналист, а не как возлюбленная. Она не щадит его чувств — речь идёт о политических последствиях его вмешательств, о том, что Пентагон собирается расследовать его действия . И Кларк начинает злиться. Но что выводит его из себя окончательно? Не обвинения в нарушении госграниц, не геополитические последствия. А хэштег: #supershit . Лоис в пылу спора бросает эту насмешку, и Супермен реагирует почти обиженно:

«Лоис! Ну ты же знаешь, это меня особенно бесит!»

Супермен, который должен быть непоколебимым маяком надежды, чья доброта - абсолютна и не нуждается во внешней валидации, оказывается уязвим для троллинга в интернете. Его задевают хэштеги. Его волнует, что пишут в соцсетях. Супермена? А я точно фильм про Супермена смотрю, или это сольник Хоумлендера?

Наверное Ганн мыслил как то так: «Если его бесит хэштег #supershit, зрители скажут: жиза! Он как мы, его тоже ранят слова в интернете!»

Но это работало бы, если бы перед нами был Человек-паук, или что логичнее Бустер Голд. Но для Супермена, такой подход - это катастрофа. Если непоколебимый символ надежды нуждается в лайках и валидации в соцсетях, значит, его доброта условна. Он делает добро не потому, что это правильно, а потому, что хочет, чтобы о нем хорошо думали.

Это также подчеркивает прошлый тезис - его доброта публичная, потому что Кларка бесит, что его публичный образ страдает. Его эго задето. Его доброта, оказывается, нуждается во внешней валидации. Ему важно, чтобы его любили, уважали, не называли плохими словами. Но это не героизм.

Две стороны одной медали

Знаете, что самое смешное и одновременно самое грустное во всём этом? Зака Снайдера в своё время сместили с поста главы старой киновселенной DC именно из-за его приверженности мрачной эстетике и деконструкции привычных образов. Его обвиняли в том, что он слишком вольно обращается с каноном, что его Бэтмен убивает, а Супермен погружен в экзистенциальную тоску. Нас уверяли, что новый курс - это возвращение к надежде, к свету, к истинному духу комиксов.

Но, глядя на текущее положение дел под руководством Джеймса Ганна, я вижу... то же самое. Не хуже Снайдера, заметьте, а именно то же самое. И это не крик души фаната Снайдера - это констатация факта. Оба режиссёра идут по одним и тем же граблям, совершая одни и те же ошибки.

• Излишняя мрачность. У Снайдера она была эстетической и отчасти фундаментальной: мир «Человека из стали» был суровым, но в нём теплилась надежда. У Ганна мрачность стала повсеместной и всепроникающей: все герои либо нигилисты, либо сломленные, либо серо-моральные. Даже те, кто должен быть символом света, вынуждены существовать в этом болоте цинизма.
• Авторский эгоизм. И Снайдер, и Ганн переписывают героев под своё видение, не считаясь с устоявшейся мифологией. Оба позволяют себе менять базовые, канонические вещи, на которых держится вся вселенная. Снайдер превратил Супермена в мессианскую фигуру, колеблющуюся между сомнениями. Ганн пошёл дальше: он превратил Джор-Эла в фашиста-колонизатора, а Кару - в пустую оболочку с травмой без причины.
• Деконструкция. Оба режиссёра любят разбирать героев на части, показывать их тёмные стороны, слабости, травмы. Но если Снайдер всё же пытался собрать их обратно (пусть и не всегда успешно), то Ганн, кажется, просто оставляет своих персонажей в состоянии перманентной сломленности, выдавая это за «психологизм» (может я ошибаюсь, но это только время покажет).
• Шок-контент без логики. И у того, и у другого сценарий часто подчиняется «вау-эффекту», а не здравому смыслу. Многие сразу могут вспомнить печально известную «Марту» или бомбу в инвалидной коляске у Снайдера. Но у Ганна ситуация не лучше: «злой» Джор-Эл с планом гарема, равнодушие Кларка к кузине, ретконы, ломающие хронологию, - всё это сценарные костыли, призванные создать видимость глубины там, где её нет.

Но было бы ошибкой ставить знак равенства между этими двумя режиссёрами. При всех внешних параллелях - оба деконструируют миф, оба склонны к авторскому эгоизму, оба грешат сценарными дырами - они работают с разным материалом и, что важнее, с разной идеологией.

Разный пул героев

Джеймс Ганн интуитивно чувствует себя комфортно с маргинальными, малоизвестными персонажами. «Отряд самоубийц», «Миротворец», «Монстры-коммандос» - это его стихия. Здесь его метод работает безупречно: он берёт фигуру, о которой массовый зритель ничего не знает, и наполняет её своим фирменным коктейлем из чёрного юмора, ультранасилия и «обретённой семьи». Ретконы в таких случаях никому не режут глаз, поскольку мало кто помнит, каким был Миротворец в оригинале. Ганн здесь - творец, а не разрушитель. Это нельзя отметать ни при каких обстоятельствах.

Зак Снайдер, напротив, всегда тяготел к иконам, например к «Тринити» - Супермену, Бэтмену, Чудо-женщине. Он пытался применить к ним методологию Алана Мура и Фрэнка Миллера: показать героев в кризисе, в сомнениях, в падении, но при этом сохранить их монументальность. Это заведомо более рискованный путь, потому что здесь каждый шаг сверяется с «каноном» (что мы и делали всю статью), сформированным десятилетиями и закреплённым в массовом сознании.

Масштаб и природа героизма

Снайдер, при всей своей любви к мрачным тонам, никогда не принижал героев. Его Супермен остаётся Колоссом, Богом среди людей, даже когда страдает и сомневается. Его Бэтмен - это тёмный рыцарь, чья трагедия не отменяет его величия. Их конфликт разворачивается в плоскости античной трагедии, а герои воспринимаются как существа иного порядка.

Ганн делает ровно противоположное. Он намеренно приземляет персонажей, стирает дистанцию между ними и зрителем. Его герои - «свои парни», с бытовыми проблемами, с неуверенностью, с иронией. Это работает для «Стражей Галактики», но для героев вроде Супермена или Супергёрл это означает потерю «чуда», той самой магии превосходства, которая исторически отличала DC от Marvel.

Идеология

Но самое важное различие является Идеологическая основа.

Снайдера часто обвиняют в том, что его мир беспросветно мрачен. Но если присмотреться, его герои регулярно совершают альтруистические поступки, рискуя собой и вопреки обстоятельствам.

Супермен в исполнении Генри Кавелла - вовсе не «пофигист» (ну вернее как, из-за плохой режиссуры это действительно может так показаться при невнимательном "прочтении", но факт есть факт). Да, его отец, Джонатан Кент, внушал ему изоляционизм (тоже по сути странное решение), боясь, что сына раскроют и уничтожат. Но Кларк постоянно нарушал этот запрет. В первом же фильме, в одной из первых сцен «Человека из стали» мы видим, как он спасает людей с горящей нефтяной вышки — а затем уходит в тень, чтобы его не нашли. А затем, Лоис Лейн, расследуя его историю, выясняет: такие спасения происходили по всей стране, годами. Он не искал славы, он просто не мог пройти мимо чужой беды.

Бэтмен Бена Аффлека - сломлен, озлоблен, готов убить Супермена из страха. Но и в нём теплится та героическая жилка, что когда-то вела его по пути рыцаря. Он создаёт Лигу справедливости - пусть как акт искупления, но создаёт. Он берёт на себя ответственность за защиту мира.

И так с многими:

Аквамен помогает терпящим бедствие морякам или снабжает голодающие деревни. Чудо-женщина, видевшая ужасы Первой мировой, не уходит в цинизм - она продолжает спасать людей. Флэш, несмотря на свою неуклюжесть, всегда готов прийти на помощь.

Мрачность вселенной Снайдера не отменяет того факта, что герои в ней остаются альтруистами. Их свет пробивается сквозь тьму, даже если сама тьма непроглядная.

А что мы видим у Ганна?

Почти все его герои - либо злодеи на побегушках правительства, либо циничные наёмники, либо сломленные судьбой люди, которые не стремятся к подвигу. «Монстры-коммандос» действуют по приказу, а не по зову сердца. Аманда Уоллер и Рик Флаг-старший - беспринципные функционеры. «Банда справедливости» существуют как будто по маркетинговому заданию Максвелла Лорда - мы почти не видим в них внутреннего импульса помогать. Лобо, который должен появиться в фильме про Супергёрл - вообще наёмник-убийца, пусть и колоритный. Кара Зор-Эл, по словам самого Ганна, «не хочет быть героиней». А единственный персонаж, который мог бы претендовать на звание настоящего альтруиста - Супермен, на деле оказывается лицемером: он спасает белок, но равнодушно взирает на саморазрушение собственной сестры и бесится от того что про него плохо пишут в интернете.

Отношение к убийствам

Одной из самых спорных сцен "Человека из Стали", была сцена где Супермен был вынужден свернуть Зоду шею, что по мнению многих стало настоящим разрушением мифа, о добродушном Супермене что никогда не позволял себе подобных низостей (кроме разве что Injustice или Ультра-мэна из альтернативной реальности), и это оправданно, что уж говорить, это действительно нехарактерная для комиксного героя, тут не стоит даже защищать это...хотя нет. Кое что я защищу.

Я просто напомню вам две вещи:

• В этот момент, Зод был готов убить множество людей используя свое тепловое зрение, в этот момент, Кларк удерживал его чтобы этого не произошло, но понимал что сдерживать его так он не сможет вечность, а Зод не остановится (ему нечего терять)
• Его реакция когда он принял решение и сделал его - можно охарактеризовать как "Крик души", это решение причинило ему душевную боль поскольку он пошел против своей морали. Но его решение, оставило у него шрам.

То есть - Снайдер не отрицает его мораль, он просто показал момент когда он переступил через нее в момент безвыходной ситуации. Сами посудите - у него было два пути, позволить людям погибнуть, возможно он мог бы каким то образом вывести Зод, но дальше что? Их битва уже разрушило часть города, уже есть множество погибших, если Кларк его не остановит, их битва просто продолжиться. У него нет проектора Фантомной зоны. Второй путь - перейти через себя, и убить его, остановить. Он в итоге выбрал второе, но решение оставило на нем шрам. Это выбор из разряда - деонтология против утилитаризм, где нет правильного ответа, где оба решения причинят боль. Супермен выбрал утилитарный выход - но его деонтологическая жилка причина ему боль от принятого решения.

Это этика ответственности и рефлексии. Герой страдает, потому что у него есть моральный компас. И именно это делает его героем.

А теперь вспомним недавний фильм Ганна. Там есть эпизод с Хоукгёрл (Кендрой Сондерс). Персонаж, который описывался режиссером как глубоко сочувствующий и вдохновлённый Суперменом, но которая хладнокровно убивает одного из антагонистов - диктатора Васила Гуркоса.

Да, диктатор - злодей, это не оправдание его действий. Но способ убийства и реакция на него вызывают недоумение. Орлица вроде как вдохновлена Суперменом, но действует так как он никогда бы не сделал со словами «Я не Супермен». Если она вдохновлена им, значит речь должна быть не только про сам героизм, но и моральные ориентиры которым он следует (подсознательно это всегда так работает).

Да и с Ганновским Суперменом можно было бы поднять подобные вопросы, учитывая сцену где он тепловым зрение, сбивает солдат Лекса Лютера, или то что он отправил своего злого клона в Чёрную дыру. Но это уже были бы придирки ради придирки, ибо не думаю что тут подразумевалось что он убил солдат, да и клон возможно не имеет собственного сознания. Но факт есть факт.

У Орлицы, никакого внутреннего конфликта нет, никакой муки совести. Просто хладнокровное устранение «плохого парня».

Но есть и другой вопрос, что за ним следует. Окей, вы убили лидера страны. А кто придёт на его место? Кто удержит страну от развала? Кто отдаст приказ об отступлении войск? Эти вопросы героев не волнуют. Они улыбаются и машут довольным людям, как будто смерть политика — это просто эффектная сцена, после которой можно жать руки и радоваться.

Снайдер при всех его минусах, показывает цену выбора. Ганн показывает отсутствие цены. Утилитаризм у Ганна торжествует без борьбы, без слёз, без шрамов. Герои становятся удобными инструментами справедливости, а не живыми людьми с моральными дилеммами.

Зод был куда более страшным злом, чем Гуркос. Но реакция Супермена на его убийство была душераздирающей. А Орлица убивает — и ей плевать. И это не потому, что она «сильнее» или «реалистичнее». Это потому, что в мире Ганна моральный компас — опциональный аксессуар, а не суть героя.

Триумф Цинизма

Джеймс Ганн в целом, не отрицает переизбытка цинизма как в современной поп-культуре в целом, так и в собственных предыдущих работах в частности. В своих интервью он неоднократно подчеркивал, что именно на фоне всепоглощающей иронии, политической нестабильности и общественной мрачности, его итерация Супермена должна стать абсолютным, непоколебимым маяком надежды.

Ганн заявляет:

«Все в мире стали такими циничными и ироничными... Все иронизируют по любому поводу все время. А он (Супермен) — просто добродушный парень, который искренне хочет быть добрым. И когда вы смотрите на мир глазами Супермена, каждый человек кажется прекрасным».

В отличие от персонажей вроде Звездного Лорда или Ракеты из MCU, которые используют юмор для маскировки глубоких психотравм и комплексов неполноценности, Кларк Кент в интерпретации Ганна не прячет эмоции за сарказмом. Его доброта описывается как абсолютная и «чистая», а моральный компас не подлежит сомнению даже в самых тяжелых ситуациях.

И именно на этом черном фоне свет классического идеализма Супермена должен засиять с невиданной ранее силой, доказывая, что альтруизм имеет значение даже там, где он кажется устаревшим пережитком.

Однако, этот подход с точки зрения устойчивости франшизы, имеет серьезный риск: готовы ли зрители терпеть планомерную деконструкцию 90% вселенной и наблюдать за отталкивающими антигероями на протяжении нескольких лет только ради того, чтобы один центральный персонаж выглядел на их фоне выигрышно? А тем более, учитывая все выше сказанное (повторяться не хочу), как можно называть эту версию - чистым альтруистом? Внешние атрибуты доброты при полном отсутствии внутренней работы - это симуляция.

Проблема двух продюсеров

Снайдер и Ганн решают одну и ту же проблему (как сделать супергероев интересными для современной, пресыщенной аудитории) одним и тем же методом (деконструкция классического мифа), но получают противоположную реакцию из-за фактически - разной упаковки. Просто Снайдер пытался это сделать в эпоху когда в этом не было нужды, а рынок не требовал такого подхода, а Ганн использует его как основу, не задумываясь о том что это вредит духу франшизы

Снайдер, при всех своих ошибках и сценарных провалах, плохой подачи материала, умудрялся сохранять в героях ядро альтруизма. Его мир был темен, но герои в нём оставались светом — пусть тусклым, пробивающимся с трудом, но светом.

Ганн создаёт мир, где тьма стала нормой, а герои — просто её различные оттенки. Исключение (Супермен) лишь подтверждает правило, да и то разваливается при ближайшем рассмотрении.

Ганн успешен там, где работает с периферией. Но когда он берётся за иконы, его метод даёт сбой — и вместо «современных богов» мы получаем «современных неудачников», которым плевать друг на друга и на тех, кого они должны защищать.

Адаптация — это плохо?

Возможно, те, кто каким-то чудом дочитали это рассуждение до этого момента, могли решить, что я отрицаю любые попытки отойти от канона, даже ради экранизации. Это не так. Я всегда считал и считаю: хорошая адаптация — это следование духу вселенной и персонажа, а не букве. Можно менять обстоятельства, сюжетные нюансы, убирать перегружающие линии — если это сделано качественно, без сюжетных дыр и с уважением к первоисточнику, любые изменения допустимы.

Да, я в том числе много говорю о том, как небрежно обходятся с Супергёрл, указываю на её комиксные характеристики, которые выбрасывают ради дешёвой драмы. Но это не значит, что я отрицаю любые изменения её образа или трагедии как основы идентичности. Напротив, я могу привести примеры удачного, радикального переосмысления, которое работает именно потому, что сохраняет дух героини. Например один из таких проектов я упомянал уже в статье.

My Adventures with Superman - стал одним из таких удачных, пусть и специфических переосмыслений. В этом мультсериале Кара, как и в версии Ганна, никогда не знала настоящего Криптона. Она не помнит родителей, не знает культуры, её классическая трагедия «потерянного мира» отсутствует. Но создатели нашли ей эквивалентную замену.

В этой версии Кара - солдат на службе Брейниака, криптонского искусственного интеллекта, который нашёл её капсулу в космосе и вырастил. С детства он кормил её идеями о «Великой Криптонской Империи», и о том, что они обязаны возродить её величие. Кара - буквально жертва пропаганды, «машины войны», чьими руками (она этого не осознавала) Брейниак уничтожал целые цивилизации под видом спасения Империи.

У неё нет классического конфликта, нет вины выжившего. Но фундаментальный альтруизм Кары никуда не делся. Он - часть её натуры. Да, она была оружием в руках безумного ИИ, но при этом искренне верила: планеты, которые она помогала завоевать, стали частью великой цивилизации и процветают. А когда правда вскрывается, она испытывает шок, винит себя за слепоту, понимает, что не сможет искупить содеянное. И всё равно - она выбирает добро. Она готова жертвовать собой, чтобы остановить машину войны.

Вот она - качественная адаптация. Можно радикально изменить канон, можно убрать классическую трагедию, можно придумать новые обстоятельства. Но если суть персонажа остаётся - его внутренний двигатель, его альтруизм, его способность к выбору - то зритель это чувствует. И прощает любые вольности.

Проблема Ганна не в том, что он меняет детали. Проблема в том, что он меняет дух. Но похоже он считает, что супергероика может существовать только в мире тотального цинизма. Что единственный способ сделать историю «взрослой» — окружить героев мраком, насилием и моральной серостью

Но это ошибка. И ошибка фундаментальная.

Супергероика не отрицает тьму?

Самое важное, что нужно понимать о жанре: супергероика давно перестала быть просто «красивыми картинками для детей с героями в плащах». Да, я всё время говорю, что герои должны вдохновлять и напоминать о морали. Но я никогда не имел в виду слепую, наивную веру в то, что добро всегда побеждает легко и без потерь.

Зрители, смотрящие «Пацанов», часто упускают важное: это шоу — не ориентир, это сатира. Оно создано, чтобы гиперболизировать и довести до гротеска классические тропы жанра: франшизность, культ кинозвёзд, то, как крупные медиа работают с супергероикой. Это высмеивание, а не диагноз. Это гротеск, доведённый до абсурда.

Мир жесток — это объективно. Но он не циничен по умолчанию. Цинизм — это выбор, позиция, способ смотреть на мир. И супергероика исторически служила эскапизмом — возможностью хотя бы ненадолго уйти от проблем реального мира. Не случайно рассвет жанра пришелся на Вторую мировую: люди хотели верить, что есть кто-то, кто защитит, кто победит зло, кто не сломается.

Золотой век комиксов был временем поиска, когда авторы только нащупывали почву. Серебряный век — эпохой той самой «детской» супергероики, с её пафосными спасениями и розовыми очками. Но уже в Бронзовом веке в жанр пришли Алан Мур, Фрэнк Миллер и другие авторы, чьё влияние сформировало золотой стандарт: баланс между реализмом мира и героическим идеалом. Именно тогда комиксы доказали: можно быть альтруистом в несовершенном, жестоком мире. Можно видеть всю его грязь — и продолжать нести свет.

Возьмём, к примеру, «Убийственную шутку» Алана Мура. Это история о том, как один плохой день может сломать человека. Джокер пытается доказать, что любой, оказавшись на его месте, сойдёт с ума. Но Комиссар Гордон, и Барбара, пройдя через невообразимые пытки, не ломаются. Они сохраняют рассудок и веру в правосудие, и растут благодаря (а не вопреки) травме. Мур показывает: мир несправедлив, жесток, абсурден. Но герои — те, кто не позволяют этому миру себя сломать. Они остаются маяками света, символами стойкости и альтруизма.

И это удивительно: многие до сих пор верят, что супергероика — это только наивные истории про добро, которое всегда побеждает легко и красиво. Но ценность жанра как раз в обратном: комиксы не отрицают тёмную сторону реальности. Они просто показывают, что с этой внутренней тьмой можно и нужно бороться.

Парадокс Абсолютной вселенной

Абсолютная вселенная, созданная тёзкой Зака - Скоттом Снайдера, стоит также упомянуть в нашем разборе. Потому что она - идеальное доказательство моего тезиса: герои могут оставаться героями в любых, самых чудовищных обстоятельствах. И даже становятся от этого только сильнее.

Для тех, кто не в курсе: Absolute Universe - это мир, созданный Дарксайдом, где он перевернул судьбы ключевых героев с ног на голову. Бэтмен здесь - не миллиардер, а обычный парень без денег и статуса, который всё равно стал Бэтменом. Чудо-женщина выросла не на Темискире, а в Аиде, и стала не только воительницей, но и Ведьмой. Супермен прибыл на Землю взрослым, чужим, без любящей семьи Кентов. Вся эта вселенная - мрачный гротеск, где даже Лигу Справедливости организовывали… злодеи, которые верят что только зло может быть справедливостью этого мира, а один из их лидеров - Джокер, который здесь миллиардер и монстр.

И что же? Это сделало Бэтмена, Чудо-женщину и Супермена злодеями? Или циниками? Нет. Они остались героями.

Бэтмен из рабочего класса всё так же защищает людей, и стремится помогать всем кому может, включая даже Киллер-Крока. Чудо-женщина, прошедшая через ад буквально, в этой вселенной предстает одной из добрейших версий персонажа - она видела тьму с рождения, и осознанно выбрала свет. Супермен, несмотря на то, что он чужак, которого поначалу не принимают, искренне защищает людей, потому что иначе не может.

Жестокость мира вокруг них не ломает их - она подчёркивает их героизм. Именно потому, что тьма реальна, их свет имеет цену.

Свет и Тьма сосуществуют?

Опять таки, исторически вселенная DC строилась на удивительном, но органичном сосуществовании. В ней есть место свету - Супермену, Супергёрл, Найтвингу. И есть место тьме - Этригану, Люциферу, демонам и падшим ангелам. Есть циники вроде Константина, который торгуется своей душей каждому второму дьяволу и обманывает всех ради выживания. Есть сломленные герои, вроде Бэтмена, который несёт свою травму как крест, но не позволяет ей себя уничтожить.

И все они живут в одном мире. Светлые герои знают о существовании тьмы. Они сталкиваются с ней, сражаются, иногда проигрывают. Но их свет от этого не становится наивностью — он становится выбором.

Супергёрл видела гибель Криптона. Она знает, тьму этого мира. Она встречала на своем пути и демонов и монстров. И всё равно она улыбается. Не потому что глупа или наивна, а потому что решила, что тьма не будет управлять её жизнью.

Найтвинг потерял родителей, вырос в Готэме (буквально в самом опасном городе мира), видел худшее, что может предложить мир. Но он стал самым жизнерадостным человеком во всей Бэт-семьи. Его лёгкость — не отсутствие боли, а победа над ней.

Даже Супермен, архетипичный «светлый парень», в комиксах регулярно сталкивается с космическими ужасами, магией, смертью. Его доброта — это не неведение, а сознательное противостояние.

Упрощение

Зачем это упрощение? Ради какой идеи? Ради того, чтобы доказать, что весь мир — тлен, что альтруизм — наивность, что доброта — исключение, а любые попытки победить внутренних демонов — бессмысленны? Вселенная DC никогда не была монохромной. Она строилась на тысячах голосов, каждый из которых вносил свою неповторимую ноту в общую симфонию. Зачем брать этот сложный, многоголосый мир, где веками сосуществовали:

• Демоны вроде Этригана, что мечутся между проклятием и искуплением, напоминая нам: даже в самом тёмном существе может теплиться надежда на прощение.
• Падшие ангелы вроде Люцифера Морнингстара, чья свобода стала трагедией вселенной — предупреждение о том, что бунт без цели оборачивается пустотой.
• Циники вроде Константина, который обманывает и подставляет друзей, но в решающий момент всё равно готов жертвовать собой — доказательство, что даже в самом прогнившем сердце остаётся место для подвига.
• Святые вроде Азраил, что несут свет даже в самые тёмные уголки мироздания, показывая: добро не зависит от обстоятельств, оно есть выбор.
• Психопаты вроде Джокера, чья философия «одного плохого дня» бросает вызов самой идее героизма — чтобы мы могли ответить: нет, один плохой день не определяет человека.
• Воскресшие вроде Красного Колпака, что прошли через смерть и ненависть, но нашли путь назад к свету — живое доказательство, что можно покинуть ад, человеком.
• Воплощение научного прогресса вроде Киборга, напоминающее, что технологии могут служить добру, если в них есть душа.
• Магия в лице Затанны или Доктора Фейта, открывающая дверь в миры, где рациональность бессильна, но вера и знание творят чудеса.
• Боги вроде Чудо-женщины, что видя несовершенство людей, всё равно сражаются за их лучшие идеалы — урок того, что любовь к человечеству не требует его идеальности.
• И, наконец, простые люди — Брюс Уэйн, Барбара Гордон, Дик Грейсон, Джим Гордон. Те, кто видел всю тьму этого мира, кого калечила сама судьба, но кто всё равно встаёт и идёт дальше. Джим Гордон, пожалуй, самый недооценённый герой вселенной DC. В разных версиях он терял жену, его сын становился маньяком-убийцей, его дочь калечили, а он всё равно остаётся верен идеалам закона, порядка и человечности. Он не носит плащ, у него нет сверхсилы, но его стойкость — это фундамент, на котором держится Готэм.

И превращать всё это в однородную массу цинизма? Зачем идею преодоления, которая была сердцем жанра, заменять на индульгенцию — «будь плохим и неряшливым, это нормально»?

Когда мы смешиваем все эти идеи в единую массу, когда мы стираем границы между героем и злодеем - когда мы сводим всё к одному «реалистичному» цинизму. Мы убиваем не просто отдельных персонажей. Мы убиваем диалог между ними. Тот самый диалог, который и делал вселенную живой.

• Константин без Нергала теряет свой моральный вызов. Демон, искушающий его, преследующий, забирающий души друзей — именно в противостоянии с абсолютным злом Константин проявляет свою парадоксальную суть: циник, который в решающий момент жертвует всем (порой даже собой).
• Чудо-женщина без Максвелла Лорда не может проявить свою веру в людей. Именно столкновение с тем, кто отрицает в сверхчеловеке всё человеческое, позволяет Диане доказать: её вера — не наивность, а осознанный выбор.
• Джор-Эл без Дру-Зода не может стать воплощением прогрессии. Именно конфликт с милитаристом Зодом, с его «спасением через контроль», делает Джор-Эла фигурой трагической и великой в глазах его сына.

Ответ на этот вопрос конечно же есть, но он неутешителен: современная индустрия разучилась верить в сложность. Студиям проще упростить конфликты для "масс". Ей проще упростить, приземлить, обесцветить, чем довериться материалу, который десятилетиями доказывал свою состоятельность.

Опять же, зачем искажать саму основу на которых годами писались комиксы? Пока я писал этот материал, одни из старых писателей комиксов - Грант Моррисон, раскритиковал сериал "Фонари", за то как их изменили и заземлили:

«Возможно, сериал даже хорош, но насколько лучше он мог бы быть, если бы студии были готовы нанимать подходящих людей для этой работы, вместо того чтобы звонить своим смущенным друзьям и упрощать исходный материал?»

Обратите внимание: Моррисон, как и я, не критикует сам сериал — он ещё не вышел, блин. Он критикует концепцию. Концепцию упрощения, заземления, приведения космической оперы к уровню приземлённого детектива. По сути речь о том, что комиксы годами поднимали сложнейшие темы, работали в самых разных жанрах и сеттингах, а теперь всё это нивелируется ради ложной «доступности» и «реализма».

Моррисон, как и многие другие авторы, понимает: сложность — это не враг зрителя. Зритель способен воспринимать космические масштабы, философские дилеммы, многослойные характеры. Ему не нужно, чтобы Зелёный Фонарь стал копом из провинциального городка. Ему нужно, чтобы Фонарь оставался Фонарём.

Важность Многообразия

И здесь мы подходим к ещё одному парадоксу упрощения. Когда весь мир сводится к одной тональности — к цинизму, мраку и моральной серости, — тогда даже персонажи, чья природа изначально была тёмной или жестокой, перестают выделяться. Их уникальность растворяется в общем фоне.

Возьмём для примера Карателя из вселенной Marvel. Фрэнк Касл - это персонаж, чья жестокость, его война с преступностью без правил и границ, всегда была исключением. Он выделялся на фоне более идеалистичных героев: Капитан Америка, Человек-паук, Сорвиголова - все они имели свои моральные кодексы, и именно контраст с ними делал Карателя одновременно пугающим и притягательным. Его методы были шокирующими, потому что они противоречили типичным героя.

А теперь представьте, что Marvel изначально строила бы свою вселенную как тотально циничную. Где все герои - безжалостные антигерои, где насилие - норма, а моральные принципы - слабость. Выделялся бы на этом фоне Каратель? Нет. Он стал бы само собой разумеющимся элементом. Ещё одним циником с пушкой. Ещё одним персонажем, чья жестокость никого не удивляет, потому что вокруг все такие же.

То же самое происходит и с DCU Ганна. Когда вокруг сплошные «Монстры-коммандос», «Авторитеты», циничные версии героев и сломленные антигерои, - где место для настоящей тьмы? Где место для Джокера, который должен быть исключением? Где место для Константина, чья уникальность как раз в том, что он циник среди идеалистов? Их нет. Они просто растворятся в серой массе.

Упрощение убивает не только свет, но и тьму. Потому что тьма ценна ровно настолько, насколько она контрастирует со светом.

«Неуязвимый» правильная супергероика?

На протяжении всей статьи я не раз упоминал «Пацанов» и «Неуязвимого», пытаясь показать, чего зрители хотят (или не хотят) видеть в современных супергероях. И хотя я часто ставлю эти проекты в осуждающем контексте, а то и вовсе критикую подход, избранный в новых сезонах «Пацанов», я никогда не отрицал: эти сериалы заслуживают внимания. А «Неуязвимый» — это, пожалуй, лучшее воплощение той самой супергероики, о которой я говорю.

Да, мир «Неуязвимого» жесток. Сериал полон крови, бессмысленных смертей, ужасающих пришельцев, безумных учёных. Но он не циничный. Он не про отрицание героизма, он не про то, что альтруизм — это наивность. Он про рост.

Главный герой, Марк Грейсон, рос в мире «идеализированных» супергероев. Он видел героизм отца, других защитников Земли и мечтал стать таким же. Пилотный выпуск позиционирует Омни-мэна как аналог Супермена — добродушный отец, могучий герой, который рассказывает сыну о миссии Империи Вилтрум: «Мы поставили своей целью защищать вселенную».

Но уже в конце первой серии, а затем и на протяжении всего первого сезона, эти розовые очки спадают. Мы видим цену геройства, видим, через какие трудности ежедневно проходят «идеальные» защитники. А в финале узнаём страшную правду: Вилтрумиты — это империя завоевателей, а Омни-мэн — их эмиссар, готовый уничтожить всё, что мешает экспансии.

И что же? Это сломало Марка? Сделало его злодеем?

Если судить по сотням альтернативных версий из комиксов — да, во многих реальностях он сломался. Но главный герой сериала — нет. Он остался верен своим убеждениям. Он смог сквозь боль, сквозь предательство отца, достучаться до него. Омни-мэн, хоть и предстал перед нами чудовищем, со временем встаёт на путь искупления. Марк просто напомнил ему о том, что значит быть человеком.

Марк Грейсон — это живое доказательство того, что альтруизм может существовать даже в самом жестоком мире. Его друзья-герои не носят плащи ради выгоды, славы или богатства. Они герои потому, что хотят быть героями. Они знают, как устроен мир, они видят его жестокость каждый день — но продолжают бороться.

В этом и есть тот самый баланс, о котором я всё время говорю:

• Реалистичная (в рамках супергероики) жестокость мира — она не отрицается, не замалчивается, она показана во всей своей полноте.
• Альтруистическая природа героев — не как исключение, а как норма, как осознанный выбор.

Это не наивность золотого века, когда добро всегда побеждало легко и красиво. И это не цинизм нового времени, где любой светлый поступок подлежит сомнению. Это взрослая супергероика, которая говорит: да, мир ужасен. Да, ты можешь потерять всё. Да, тебя могут предать те, кого ты любил. Но это не значит, что надо сдаваться. Это значит, что надо становиться сильнее — и оставаться человеком.

«Неуязвимый» показывает, что можно делать «взрослые», жестокие, кровавые истории, не предавая при этом суть героев. Можно показывать тьму — и при этом сохранять свет. Можно ломать персонажей — и давать им возможность собраться заново.

Выводы

Объективно говоря, я даже не знаю, зачем пишу всё это. Учитывая непопулярность данного мнения, а тем более тот факт, что любая критика ганновской вселенной автоматически списывается на «фанатизм по Снайдеру», — шансы быть услышанным стремятся к нулю. Но если кто-то дочитал до этого момента, позвольте сказать прямо.

Снайдер такой же, как и Ганн. Да, он умудрился при всей своей фирменной мрачности сохранить в героях альтруистическое ядро — но сделало ли это его фильмы бесспорно хорошими? Многие вещи, о которых я говорю, читаются «между строк» и не очевидны тому, кто просто хочет сесть и посмотреть «кинцо», не задумываясь о смысловой нагрузке. И это проблема Снайдера, его фильмы провалились далеко не только из-за идей, но и то как он их реализовал. Да он в чём-то лучше Ганна, но и Джеймс Ганн не бездарь. Он талантливый режиссёр, умеющий работать в узком, специфичном направлении - с малоизвестными персонажами, чёрным юмором и динамикой обретенной семьи. Но когда он пытается применить свой подход к ворлдбилдингу всей вселенной, получается каша.

Моя статья ничего не изменит. Даже если после слияния с Paramount Джеймс Ганн уйдёт со своего поста по тем или иным причинам (сам решит, или его вдруг сместят) - что это даст? Снайдера не вернут, да и зачем? Они два сапога пара: оба хорошие режиссёры, но каждому из них стоило бы доверять отдельный фильм или серию фильмов, а не целую вселенную. А кто придёт на место Ганна, чтобы создать ту самую супергероику, о которой я говорю? Вероятнее всего, мы просто вернёмся к ситуации, когда у DC десятилетиями не будет внятного руководителя кинонаправления.

Ситуация при любом раскладе не утешительная.

Возможно, лучшим решением могло бы стать возвращение руководителей, которые занимались DCAMU (DC Animated Movie Universe) с 2013 по 2020 год. Эти проекты действительно были качественными, имели отличный баланс между «жестью» и героизмом. Они не боялись показывать смерть, боль, трагедию, но при этом герои оставались героями. Да, во многом они были продуктом New 52, что многих может оттолкнуть, да и многие мультфильмы той эпохи имели свои огрехи - но там был дух DC. Или Брюс Тим что занимается анимационным подразделением и в свое время подарил нам одни из самых душевных и любимых многими мультфильмы и даже целые сюжеты перекочевавшие в комиксы...да он тоже не без глупостей, про решения принятые в Batman Beyond или Justice League Unlimited вспоминают до сих пор. Но как будто даже это было бы лучше.

Но это в прошлом. Сейчас мы имеем то, что имеем.

И если мне кто-то скажет, что индустрия изменилась и «добрая супергероика» никому не нужна - вы ошибаетесь. В тех же комиксах, хоть и популярна мрачная версия Absolute Universe Скотта Снайдера (опять же не отрицающая концепцию героя), многие взахлёб читают «Batman: Wayne Family Adventures» - веб-тун в жанре повседневности, по сути официальный фанфик про счастливые моменты в Бэт-семье, или ламповые сольники про Затанну, Найтвинга, ту же Супергерл. То есть спрос есть. И, судя по критике последних сезонов «Пацанов» (где в частности критикуют упор на жестокость чем развитие сюжета), индустрия может вернуться к старой супергероике раньше, чем мы думаем. Потому что это скорее тренд, а не новый ориентир.

Сломанный Нарратив

Опять же, кто еще укажет на Нарративные ошибки Джеймса Ганна? Заметьте: в своей статье я ни разу не говорил о плохом кастинге, ужасном дизайне костюмов или неубедительной игре актёров. Обычно критика, которая кажется неубедительной, сводится к таким мелочам - визуальному стилю, который по факту является вкусовщиной. Какая разница, какой костюм носит Супермен - с красными трусами или без? Какой оттенок синего взяли для Супергёрл? Это мелочи: герои меняют костюмы как перчатки.

Проблема Ганна не в визуале (хотя и там есть к чему придраться). Опять же - я не на столько глуп чтобы считать что Джеймс Ганн намеренно обесценил тех или иных персонажей.

Опять же, вряд ли он закладывал в своего супермена таким лицемерным - намеренно. Он вероятно просто увидел гневные комменты и подумал "хмм, а сделаю я так что он будет реагировать на критику. Это же сделает его человечнее", или "хмм, Кара у нас плохая и не следит даже за собственной собакой, пусть он заботится о ней, это покажет его человечность", но по факту если приглядеться к тому как он это сделал, это выглядит как чудовищное лицемерие и нарциссизм.

Он явно не рассматривал влияние своих решений и своего подхода на общую картину и то как это решение повлияет в будущем. Его проблема - в построении сюжета и вселенной в долгосрочной перспективе.

Может быть я ошибаюсь, это покажет только время.

Но это также не исключает того, что под видом «взрослой» супергероики нам намеренно или неосознанно продают цинизм, выдавая его за глубину, а равнодушие - за реализм. Многие новостные паблики могут сколько угодно говорить о том что он возвращает дух комиксов, но факты говорят о том что он лишь использует некоторые сюжеты как оправдание своего виденья. Можно сколько угодно говорить о том что он создал полноценные планы на будущее, но любой его каприз ломает логику самой вселенной.

Опять же можно сколько угодно говорить о чистоте образа который ты создаешь, но если человек что обманывал заявляет что он не терпит ложь - он выглядит лицемерным (и такой была показана например Лоис Лейн в My Adventures with Superman, например, к Ганну напрямую он не относится). Если ты делаешь персонажа который не желает быть героем, и у которого куча "скелетов в шкафу", ты не сделаешь из него героя никаким образом (а именно такой вырисовывается Супергёрл), чтобы в это кто-то поверил.

Опять же - я говорю о том что Абсолютная вселенная лишь подчеркивает героизм местных героев, но кто-то может заявить что Ганн делает тоже самое. Но опять же: из реальных героев в его вселенной - только Супермен. И, с натяжкой, Банда справедливости. Но давайте присмотримся к ним.

Гай Гарднер в комиксах — персонаж неуравновешенный, агрессивный, но герой. Ганн в своей версии на самом деле его даже смягчил (что могло бы вызвать к нему больше эмпатии) — но он всё равно остаётся на периферии.

Орлица (Кендра Сондерс) в комиксах — благородная воительница с трагической судьбой. В фильме Ганна она хладнокровно убивает диктатора и не испытывает ни тени сомнения. Её «героизм» — это просто функция.

Мистер Террифик — пожалуй, самый похожий на героя из всей Банды. Но то, как он действует, говорит и ведёт себя в фильме, скорее напоминает снисходительного пофигиста, который помогает скорее из вежливости, чем из убеждения.

А Супергёрл… тут вообще клиника. Кару Зор-Эл в этой вселенной намеренно сделали хуже, чтобы она контрастировала с Суперменом. Ей добавили «скелетов в шкафу», сделали пофигисткой, которая не хочет быть героиней, алкоголичкой, циничной и сломленной.

Но зачем?

Кара — один из самых интересных персонажей DC. Ей не нужно добавлять «жести», чтобы сделать её историю интереснее. Её трагедия и её сила духа - это уже готовый, уникальный, и крутой конфликт. Она никогда не была копией Супермена, это может казаться лишь при поверхностном взгляде, но не более. Их основы разные, Кара уже была не идеальной в комиксах (Гнев рожденный из горя, что создавал проблемы), и даже природа героизма разная.

Ганн, вместо того чтобы раскрыть эту уникальность той же Супергёрл, просто принизил ее, в том числе в том числе для того чтобы его Супермен был абсолютным маяком надежды, а Кару как и многих он использует как контрастный фон. Её подлинное комиксное величие приносится в жертву, чтобы на этом фоне Супермен казался «чистым альтруистом».

Но ирония в том что это та же логика, что и была в сериале Железное сердце, где главная героиня пыталась принизить Тони Старка: мол, без денег он никто, а она (Железное сердце) — настоящий гений. Это вызывало отторжение, потому что величие Тони было подлинным, а величие Рири — искусственным, построенным на руинах чужого образа.

Только здесь жертвой становится сразу два иконических для комиксов героя: Кара, как Тони Старк, а «новым» героем, чей свет искусственно подсвечен, оказывается сам Супермен. Но цена этого света — не только разрушенная Кара, но и искажённый образ Супермена, которому теперь плевать на сестру, которого беспокоят какие мемы про него делают в интернете и прочее.

Опять же, как тот факт что она стала - неидеальной, делает её интереснее? Серьёзно, с каких пор «неидеальность» стала синонимом глубины? Интерес в персонаже создаёт баланс - сочетание сильных и слабых сторон, которое рождает ощущение живого человека. Бэтмен — гениальный стратег, но плох в общении с людьми и часто отталкивает людей. Он искренне заботится о своих детях, но понятия не имеет, как быть отцом. Это работает, потому что мы видим в нём и свет, и тень, и борьбу.

А что мы видим здесь? Перед нами анти-Мэри Сью - персонажа словно намеренно делают отталкивающим, но эта «отрицательная идеальность» не даёт ни глубины, ни сопереживания. Она просто неприятна - и на этом всё, а это не глубина, это карикатура.

Она будет несовершенная, ленивая героиня с кучей багажа и косяков. Она такая же messy, как и парни, и это круто!

Ведь можно было поступить иначе. Хотели сделать Кару грубой, сломленной, алкоголичкой? Окей, это ваше авторское виденье, и если вы хотите развивать ее в таком ключе - может быть это и было хорошо, да, это "флагманская" вселенная, но мало ли... Но почему бы тогда хотя бы, не показать, что она хочет быть героиней - отчаянно, изо всех сил, но её собственная травма (именно жизни на руинах, а не память о мире который она не знает), её боль и, главное, тень кузена, который уже стал символом надежды, мешают ей этот выбор реализовать? Это создало бы и контраст, и драму, и человечность. Включая ту самую дистанцию между Кларком и Карой, почему они не подпускают друг друга.

Но мы имеем то, что имеем. Может, это просто неудачная рекламная кампания, и фильм окажется лучше трейлеров и интервью. Но лично я в это не верю.

И среди всех этих минусов что я подчеркнул, пожалуй стоит упомянуть одно:

Единственное решения с которым я реально могу согласится - Джеймс Ганн правильно сделал что начал создавать всё с нуля. Поскольку старая вселенная уже давно превратилась в кашу где лишь изредка пытались вернуть всё к порядку, но даже если и попытаться, это сделать почти невозможно. Да это означает отказ от старых полюбившихся актеров, персонажей и мира, но для грамотного возрождения это необходимо. Да кто-то скажет что это окончательное разрушение наследия Снайдера, но по факту, от Снайдера тут уже давно ничего нет.

Да и опять же, я выделил положительные стороны фильмов Снайдера, но это лишь моменты которые стоило бы упомянуть где он превзошел Ганна, но они не делают его лучше. Если бы я разбирал Снайдера также как сейчас разбирал Ганна, у него нашлось бы проблем не меньше. Опять же у него вышел хороший Кал-Эл...но как Кларк Кент (Как репортер, фермер, человек и т.д.), он вышел ужасным. Опять же - если Ганн ушел в человечность, то Снайдер ушел в Божественность, что да, являются частью его сущности - но в Балансе...

Короче...

В остальном я скорее вижу проблему в новой киновселенной DC. Может быть Ганн утрет мне нос своими будущими проектами и я окажусь неправ (опять же, я сейчас сужу его лишь по имеющимся проектам, интервью и роудмапу)

Может быть я действительно слишком категоричен, и будущий фильм про Супергёрл действительно покажет ее рост вопреки тому что было в оригинальном комиксе и слов режиссера и продюсеров. Может быть Фонари покажут себя как настоящие герои без серьезных тёмных пятен. Может быть Человек завтрашнего дня, в конце концов покажет Супермена как Супермена, а героев как героев...

...но я лично не верю в такое благое будущее...

Опять же, моя финальная мысль, основанная на том что мы имеем сейчас, такова: Ганн - не возвращается к духу комиксов, а уходит от них. Да он может говорить что угодно, про свое творческое виденье, что у него есть реальный и крепкий план, что он пишет по комиксам и следует их пути - но результат то иной.

Опять же, это касается на самом деле и Снайдера в том числе. Настоящая супергероика - это не про мрак и безысходность как самоцель. Супергероика это про выбор. Выбор отказаться от своих демонов, отказаться от: злобы, эгоизма, одиночества, саморазрушения и выбрать борьбу, даже когда сложно, даже когда нет благодарности, даже если это не изменит остальной мир. В этом суть Супергероики, которая всегда шла с ней рука об руку. Это нерушимая концепция как Одиссея - история героизма, выбора, жертвы и борьбы даже когда трудно. Но современные режиссеры это похоже забыли или испугались.