Почему мы так любим командовать и терпеть не можем подчиняться
Власть – штука странная. Она есть везде, где есть люди. В семье, на работе, в компании друзей, в отношениях между странами. Но если спросить любого, что это такое, он запутается в словах. Потому что власть бывает разной: иногда она защищает, иногда душит, иногда дает свободу, а иногда запирает в клетку. Давайте спокойно, без пафоса разберемся, что это за зверь и с чем его едят.
Что держит власть?
Любая власть на чем-то держится. Это как стул на четырех ножках – если одна шатается, приходится опираться на другие. Вот главные опоры:
Самый простой способ заставить подчиняться – сила. Боятся наказания, боли, потери работы или свободы – это работает безотказно. Но чисто на страхе долго не протянешь, слишком много энергии уходит.
Есть власть традиции. Мы слушаемся старших не потому, что они умнее, а потому что так принято. «Так всегда было» – звучит смешно, но работает тысячелетиями. Монархи, старейшины, даже некоторые начальники держатся именно на этом.
Бывает власть харизмы. Это когда человек зажигает, и за ним хочется идти просто потому, что он крутой. Политики-популисты, лидеры сект, звезды – они не всегда правы, но им верят.
Еще есть власть знаний. Мы слушаем врача, даже если он нам не нравится, потому что он понимает, как работает наше тело. Экспертность – штука надежная, но ее надо постоянно доказывать.
Современный мир держится на власти закона. Мы подчиняемся не человеку, а правилам, которые сами же выбрали (ну или не сами, но это уже детали). Пока законы работают, система живет.
И наконец, власть ресурсов. У кого деньги, еда, информация или связи – тот и рулит. Работник зависит от работодателя, бедный от богатого, слабый от сильного.
Проблема в том, что в жизни все эти «ножки» перемешаны. Редко встретишь начальника, который держится только на знаниях, – обычно он еще и деньги контролирует, и уволить может. Чистой власти не бывает.
Почему люди так хотят власти?
Казалось бы, власть – это сплошная головная боль. Надо принимать решения, нести ответственность, разбирать конфликты. Но люди за нее грызут глотки. Почему?
Психолог Альфред Адлер заметил интересную вещь: часто за жаждой власти стоит чувство неполноценности. В детстве все мы маленькие и слабые, зависим от взрослых. Для большинства это просто этап. Но если ребенка унижали, не любили, ломали – вырастая, он будет доказывать себе и миру: я не слабак, я крутой, я чего-то стою. Власть становится пластырем на старую рану. Но пластырь не лечит, он только прикрывает.
Другие рвутся к власти, потому что боятся смерти. Звучит дико, но если вдуматься: остаться в истории, построить империю, написать книгу, которую будут читать после смерти – это способ сказать смерти «нет». Герои, правители, великие творцы – все они пытаются продлить себя во времени.
Третьи просто хотят свободы. Власть дает возможность делать что хочешь, не оглядываясь на других. Не ждать зарплаты, не просить разрешения, не бояться начальника. Для многих это главный кайф.
И только немногие искренне верят, что власть нужна им, чтобы сделать мир лучше. Такие люди – редкость. И печально то, что, получив власть, они часто превращаются в тех, с кем боролись.
Когда власть болеет: компенсаторный синдром
Особый случай – это власть как лекарство. Когда человеку нужно не управлять, а залечивать свои душевные раны. Тогда начинаются проблемы.
Представьте человека, которого в детстве не замечали. Он приходит во власть и требует не просто уважения, а обожания. Критику он не переносит – она бьет по больному месту. Вокруг такого лидера быстро вырастает культ личности, все пляшут под его дудку, а страной начинают править его комплексы.
Или другой тип: человек, выросший в хаосе, попытается контролировать всё вокруг. Каждый шаг, каждое слово, каждую мысль. Он создает системы слежки, ищет врагов, подозревает всех. Мир должен стать предсказуемым, иначе тревога сожрет его изнутри.
Бывает и так, что человек рвется к власти из зависти. Ему не построить свое, но можно разрушить чужое. Идеология «отнять и поделить» рождается не из справедливости, а из желания всех сравнять – опустить до своего уровня.
Самое печальное – это страх уйти. Если власть – единственное, что дает человеку ощущение ценности, то без нее он снова становится тем никчемным ребенком, которым был когда-то. Отсюда эти судорожные попытки удержаться любой ценой: смена конституций, устранение конкурентов, борьба до последнего. Страна превращается в психотерапевтический кабинет одного человека.
Мужчины, женщины и вечная битва
Теперь давайте посмотрим шире. Власть бывает не только у отдельных людей, но и у целых групп. Самый известный пример – отношения мужчин и женщин.
Патриархат – система, где главные – мужчины, – существует так давно, что многие считают его естественным. Но если присмотреться, видно, что он ломает всех.
Мужчинам с детства внушают: ты не имеешь права на слабость. Не плачь, не бойся, не сомневайся. Ты должен быть добытчиком, защитником, опорой. Твоя ценность – в деньгах и статусе. Потерял работу – потерял себя. Это клетка, из которой не вырваться. И многие мужчины в этой клетке задыхаются, но молчат – нельзя же показать слабость.
Женщинам тоже несладко. Им часто затыкают рот: сиди тихо, будь красивой, заботься о других. Карьеру строить сложнее, зарплаты меньше, а если что случится – сама виновата. Тело и жизнь женщины часто воспринимаются как объект контроля. Это другая клетка, но клетка.
Иногда кажется, что выход – просто поменять местами, построить матриархат, где главные – женщины. Но если присмотреться, это не выход. Это будет та же система, только наоборот. Теперь мужчины станут «вторым сортом», а женщины будут обязаны быть мудрыми правительницами и сильными лидерами. И тех, кто не впишется, тоже начнут давить.
Проблема не в том, кто наверху. Проблема в том, что вообще есть верх и низ.
Треугольник, в котором мы все живем
В психологии есть классная модель, которая объясняет, как работает любое доминирование. Называется треугольник Карпмана. В нем три роли: Преследователь, Жертва и Спасатель.
Преследователь – тот, кто нападает, обвиняет, требует. Его власть – власть силы. Но внутри он часто боится сам оказаться жертвой.
Жертва – тот, на кого нападают. Казалось бы, слабая позиция. Но у жертвы есть своя власть – власть слабости. Она снимает с себя ответственность, перекладывает проблемы на других и манипулирует жалостью.
Спасатель – тот, кто бросается помогать. Выглядит героем, но на самом деле ему нужно чувствовать себя важным. Ему нужна слабая жертва, чтобы кормить свое эго.
Эти роли постоянно меняются. Спасатель устает и становится Преследователем для Жертвы: «Я на тебя жизнь положил, а ты!..» Жертва может взбунтоваться и стать Преследователем. Карусель крутится бесконечно.
Теперь посмотрите на это глазами нашей темы. Патриархат долго закреплял за мужчинами роли Преследователей и Спасателей, а за женщинами – Жертв и домашних Спасательниц. А любая борьба за власть часто сводится к тому, чтобы поменяться ролями внутри этого треугольника. «Раньше вы были сверху, теперь мы». Но это не выход. Это просто смена вывесок.
Выход есть
Истинная, взрослая власть лежит вне этого треугольника. Психологи называют это позицией Автора или Здорового Взрослого.
Автор не ищет врагов, чтобы их наказывать. Он не ищет несчастных, чтобы их спасать. Он не становится жертвой, чтобы снять с себя ответственность. Автор берет ответственность, договаривается, решает проблемы по факту, а не по драме. Его власть – это власть компетенции и зрелости.
В жизни это выглядит скучно. Не надо никого спасать, не надо никого давить, не надо страдать. Надо просто делать свое дело честно и договариваться с другими. Но почему-то именно это дается труднее всего.
В отношениях между мужчинами и женщинами выход – не в том, чтобы сделать женщин главными. А в том, чтобы вообще убрать идею «главных». Позволить каждому быть собой. Мужчина может быть домохозяином, и это нормально. Женщина может быть президентом, и это не подвиг. Люди договариваются, а не командуют.
В политике выход – не в поиске нового диктатора, который всех спасет. А в создании системы, где власть рассредоточена, где никто не может стать слишком сильным, где есть механизмы защиты от дурака и от тирана.
Звучит утопично. Но если не пытаться – точно ничего не выйдет.
Власть не исчезнет никогда. Она нужна, чтобы принимать решения, организовывать жизнь, защищать слабых. Но власть может быть разной: давящей и освобождающей, слепой и зрячей, больной и здоровой.
Выбор за нами. Вернее, за каждым из нас. Потому что власть начинается в голове. В том, как мы разговариваем с близкими, как воспитываем детей, как реагируем на несправедливость.
Треугольник Карпмана крутится только тогда, когда в него играют. Можно не играть. Сложно, но можно.