Представьте следующую картину: за бортом палатки -45°C, до ближайшего поселения сотни километров ледяной пустыни, а последняя запасённая еда была съедена ещё вчера. Ветер режет лицо. Снег вокруг не белый и чистый, как на открытках, а грязный, перемешанный с золой костра и следами людей, которые уже давно перестали быть похожими на людей. У людей оказавшихся в подобной ситуации в активе только обмороженные пальцы, пустой котелок и пара старых кожаных сапог, которые они носят длительный период времени.
В мультфильмах в этот момент герой с аппетитом жует подошву, как стейк.
История освоения Арктики и высокогорных пиков написана не только героическими подвигами, но и рецептами, от которых вывернет любого фуд-блогера. Когда провизия заканчивалась, суровые мужчины прошлого превращали свою экипировку в ужин.
Но можно ли на самом деле выжить, пообедав собственной обувью? Содержит ли кожаный ботинок достаточно калорий, чтобы человек сделал еще один шаг к спасению, или этот «деликатес» просто добьет его и без того измученный организм?
Сегодня мы разберем анатомию самого жуткого блюда в истории экстремального выживания.
Краткий экскурс в историю
Сегодня фраза «съесть свои сапоги» кажется нам всего лишь яркой метафорой крайнего голода, но на самом деле начиная с эпохи Средневековья и вплоть до XIX века во время затяжных осад (например, при осаде Генуи в 1800 году или даже во время Блокады Ленинграда во время Великой Отечественной войны), оставшись без провизии, солдаты нередко доходили до этого края.
Когда были съедены все запасы, в том числе животные, то в кипящие котлы на воде летела военная амуниция: кожаные ранцы, ремни и чехлы для фляг. Чтобы сделать кожу съедобной, её сначала обжигали на огне, чтобы соскоблить волосы и краску, а затем варили в щелоке или вине (если оно оставалось), чтобы хоть немного размягчить волокна.
Однако самая известная история поедания обуви связана с первой северной экспедицией Джона Франклина в 1819 году.
Экспедиция отправилась исследовать неизвестную часть Северо-Западного прохода и составить карту неизвестных территорий.
Но Арктика редко следует человеческим планам.
Из-за плохой логистики и ошибок в снабжении люди заблудились и оказались отрезаны от запасов. Охота провалилась, местная дичь не попадалась полярникам, а суровая зима начала уничтожать экспедицию быстрее, чем холод. К концу пути люди были доведены до состояния крайнего истощения и принялись варить суп из кожаных ботинок и сапог.
Некоторые участники экспедиции описывали вареную кожу как густую липкую массу, напоминающую плохо сваренный клей. Она почти не имела вкуса, но давала ощущение, что в желудке «что-то есть».
В итоге экспедиция потеряла часть людей, но Франклин и несколько участников всё же выжили. История о «человеке, съевшем свои сапоги» навсегда приклеилась к его имени.
Откуда люди вообще взяли идею варить суп из кожаной одежды?
Чтобы понять, почему вообще возникла идея есть сапоги, нужно разобрать ботинок не как предмет одежды, а как биологический объект.
Натуральная кожа — это, по сути, переработанная кожа животного. Основу её структуры составляет коллаген, а это тот самый белок, который формирует сухожилия, связки и кожу у всех млекопитающих.
И вот здесь появляется важный нюанс.
Коллаген — это белок.
А белок — это калории.
Если пересчитать энергетическую ценность, пара массивных кожаных сапог XIX века могла содержать примерно 800–1000 килокалорий. Это примерно столько же энергии, сколько даёт пара средних гамбургеров. И не забывайте, что суточная норма калорий для мужчины ~ около 2000 (и около 3000 калорий, если мужчина занимается повышенной активной деятельностью).
Но если бы всё было так просто, в экстремальных условиях люди давно начали бы носить только кожаную одежду, чтобы в случае чего, её можно было бы употребить. Вот только вся проблема кроется в обработке кожи.
Чтобы она не гнилa и не paзлaгaлась, её пропитывали дубильными веществами. В XIX веке для этого использовали: кору дуба и ивы, деготь, растительные экстракты, а иногда даже химические соли.
Эти вещества связывали коллаген и делали кожу прочной. Но одновременно они превращали её в продукт, который человеческий организм переварил с огромным трудом, а усваивал лишь небольшую часть содержащейся в нём энергии. Проще говоря: съесть сапог было можно. А вот переварить — это уже совсем другая история.
Кулинария отчаяния: рецепт полярного супа
Если уж человек дошёл до того, что готов варить собственную обувь, значит ситуация близка к катастрофе. Но даже в таких условиях у полярников существовала своеобразная «кулинарная инструкция».
Она звучала примерно так.
Шаг первый: разборка обуви.
Сапог нужно разобрать почти полностью. Обязательно вынуть все гвозди — в XIX веке они часто были железными или медными. Если этого не сделать, можно легко повредить зубы или желудок.
Деревянные детали подошвы тоже обычно срезали.
Шаг второй: длительное вымачивание.
Кожу старались несколько часов держать в воде или снеговой каше. Это позволяло частично вымыть дубильные вещества.
Шаг третий: варка.
И вот здесь начинается самое интересное.
Кожу нужно варить очень долго. Иногда по 12–24 часа. В процессе коллаген начинает разрушаться и превращается в вязкую желеобразную массу, по сути, в примитивный бульон из желатина.
Шаг четвертый: «приправы».
Полярники добавляли в котел всё, что удавалось найти: лишайник, мох, измельченные кости живoтных. Это не столько улучшало вкус, сколько помогало создать иллюзию настоящей еды.
Хотя, если верить дневникам, вкус такого блюда описывали примерно одинаково: «как старая резина, которую забыли вымочить».
Что скажет ваш организм, если вы съедите такое "блюдо"?
Коллаген — это крайне тяжелый для переваривания белок. Когда человек находится в состоянии сильного голода, его организм уже ослаблен. А попытка переварить плотную кожу требует огромных затрат энергии.
Чтобы желудок смог расщепить эти жесткие волокна на аминокислоты и впитать их, кожу нужно варить до состояния жидкого клея. Организм тратит колоссальное количество энергии на выработку ферментов и сам процесс переваривания такой тяжелой пищи. Если человек съест плохо проваренный кусок кожи, то он потратит на его переваривание почти столько же энергии, сколько и получит из него.
Кроме того, дубильные вещества и остатки химической обработки раздражали кишечник. Это могло вызвать отравление, сильные расстройства пищеварения, включая диapeю, которые только ускоряли обезвоживание и ослабляли организм.
Так что для людей, которые были вынуждены прибегать к подобному питанию, это было не столько прием пищи, сколько психологический и физиологический костыль. Кипяченая кожа позволяла обмануть голод, удерживая человека на ногах еще один световой день, когда каждый шаг отделял его от братской мoгилы в снегах Арктики или в осажденной крепости.
Стоит ли оно того?
Так можно ли выжить, питаясь варёными сапогами? Это не полноценная пища и не долгосрочное решение. Скорее это последний резерв, который позволяет человеку получить немного энергии, дабы продержаться ещё один или два дня.
Плотная, вязкая масса заполняла желудок и эффективно подавляла чувство голода, посылая в мозг ложный сигнал: «Еда поступила, работаем дальше». Но реальной питательной ценности в этом «бульоне» было критически мало.
По сути, суп из кожаной обуви (только если его правильно доварить и употребить) — это не еда. Это топливо для последнего рывка.
Истории арктических экспедиций показывают одну простую вещь: люди способны есть почти всё, когда речь идет о выживании.
Но если уж жизнь довела до того, что приходится варить собственные ботинки, значит ситуация уже вышла за пределы обычной логики.
И в следующий раз, выбирая обувь из синтетики или натуральной кожи, можно вспомнить старую шутку полярников: в Арктике мембранная ткань Gore-Tex отлично держит воду, но, в отличие от кожи, она точно не спасет вас от голода.