Тут Василису осенило: что коня, что медведицу ни одна машинка-апельсинка не скроет!
Насколько было бы проще иметь возможность покормить кудов на полях Нави!
Что же делать-то... Пойти к лесу, рискуя всерьёз рассориться с лесным хозяином?
Ну где в деревне может быть такое место, где сейчас людей нет?
И тут внезапно Василисе пришла в голову самая простая мысль: Шанс на то что поздним вечером в начале зимы кто-то из нормальных людей пойдёт на погост - был минимален. А те кто пойдут - это их проблемы, - решила для себя девушка.
Идти было недалеко, и по подмёрзшей земле юная ведьма дошагала быстро.
После городских кладбищ, -да и их она посещала не часто, не к кому было ходить, - сельское выглядело очень непривычно.
Забор вокруг него был чисто номинальным: на мощных деревянных столбах были прибиты обычные жерди, серые от времени и дождей.
Не было над входом таблички, - Василиса мысленных хмыкнула отмечая своё удивление. Какую она хотела табличку? "Добро пожаловать"?
Зато входная перекладина была изукрашена глубокими резными символами, и в темноте что-то белело на одном из столбов. Что-то отчетливо напоминающее то ли коровий, то ли лошадиный чepеп.
Василиса вздохнула и пошла вперёд, по практически невидимой под первым снегом дорожке, которая очень быстро кончилась и перестала угадываться в темноте.
В глубину девушка не пошла, забрала чуть к краю, выбрала визуально пустое место. Юная ведьма отдавала себе отчёт о том что кладбище очень старое, и вполне вероятно что стоит она сейчас на чьем-то последнем пристанище, однако других вариантов для себя не видела.
Конь появился моментально, словно сгустившиеся сумерки обрели внезапно плотность.
Он недовольно всхрапнул и аккуратно, словно танцуя, приблизился к своей хозяйке. Шумно втянул стылый воздух тонко очерченными ноздрями, нетерпеливо заскрёб снег вместе с кладбищенской землёй.
- Помню тебя, а ты помни мою доброту,- негромко произнесла девушка, и на открытой ладони поднесла Буревою шарик кутьи.
Аккуратно и бережно жеребец Нави принял угощение, и Василиса беззвучно выдохнула: она уже и забыла что у её тёмный лошадки были клыки, не уступающие волчьим.
Девушка отпустила коня, покормила радостно повизгивающую Быстру и взяла в руки кольцо. То кольцо, которое сулило защиту от медведя.
Показалось что земля невдалеке встала дыбом, и тёмная махина обманчиво медленно приблизилась к Василисе.
- Привет, тебе Рогана, медведица мудрая. - Уважительно приветствовала прародительницу юная ведьма.
- Что же занесло тебя на жальник, дитя неразумное? - Вместо добрых пожеланий пророкотала медведица. Или не знаешь ты что в навью седмицу зимнюю за ворота без нужды выходить не след?
- Знаю, - вздохнула Василиса. - Да только негде больше мне было вас кормить, некуда призывать.
Медведица засопела недовольно.
- Всё так, а всё ж одно - не след на жальник в Навьи дни ходить. До выхода тебя провожу, следы замету, да за тобой никого не выпущу. Но и ты не забудь откуп дать, отроковица.
- Откуп? - Василиса ничего об этом не знала.
Рагана презрительно фыркнула.
- А как ещё ты с жальника выйти хочешь? Монеты брось, или хотя бы зерна.
- Да нет у меня ничего, - растерянно сказала Василиса. - Я же только вас, кудов, покормить пришла.
Медведица плюхнулась на землю и почесалась совсем по-собачьи.
- Как ты дожила-то до своих лет? - Недоумение на звериной морде читалось совершенно отчётливо.
- Как-как.... по кладбищам по ночам не шарилась, - буркнула Василиса.
Медведица недовольно рыкнула.
- Ну что ж, на этот раз помогу тебе. Но только на этот раз. Мне тоже с хозяйкой местной ссорятся недосуг
- Спасибо, - от души сказала Василиса.
Она отдала медведице всю оставшуюся кутью, и та аккуратно собрала угощение длинным горячим языком.
Василиса протянула руку и потрогала загривок медведицы.
Пахнуло резко и терпко, лесом, мокрой землёй, прелыми листьями, характерным запахом дикого зверя, непривычным для обоняния жителя города.
Рагана лукаво посмотрела на хозяйку и чуть подтолкнула её носом, словно говоря:
-Иди уже.
И Василиса послушно пошла прочь не оборачиваясь.
За её спиной неожиданно взвыл ветер, заиграла по земле лёгкая позёмка, - и откуда только взялась, ведь снег начался, его практически не было на земле!
Обернулась юная ведьма только зайдя в собственные ворота, и увидела что её следы и правда замело, словно и не выходил никто со двора.
Мысленно поблагодарив медведицу, девушка отложила в тарелки и миски угощения для заложенных, чужих да забытых покойников, отнесла за ворота, поставила прямо на снег. Постояла, вспоминая слова нужные, да и вернулась в тёплую избу.
Домовые духи уже ждали её.
Рушник с родовыми знаками - на окно, так чтобы часть его свисала наружу; мисочки и тарелки в которые было отложено по ложке из каждого блюда -тоже.
Василиса собралась резать рыбник, но Окунёк её остановил:
- Хозяйка, этот пирог целиком подают, не режут.
Крышку хлебную срежь - пар от начинки и пойдёт.
Василиса сделана как сказано.
пирог и правда получился. Под духмяной ржаной корочкой рыба идеально пропеклась, и Василиса, достаточно равнодушная к ней, не могла не оценить аромат.
- Мне угощение под печь поставь - прошелестел Окунёк, - а Ванятке - в сарае.
- А что, за стол сегодня вам со мной нельзя?
- Не знаю, хозяйка, - пожал плечами домовой. - Но так всегда делают.
Василиса решила не устраивать революцию и воздержаться от нововведений, отнесла миски туда куда ей указали.
Наверное она всё сделала правильно, потому что сразу после этого домовые духи исчезли.
Моментально, словно и не было их.
Юную ведьму это несколько огорчило: есть в одиночестве она давно отвыкла, да и этот поздний ужин воспринимался не как приём пищи, а как нечто другое, скорее ритуальное.
Василиса оглядела стол - всё ли сделано правильно?
Не найдя изъянов, села, не забыв пригласить чуров разделить трапезу.
Была у Василисы некая надежда на то что бабушка Маланья придёт, видимой или ощутимой, да не сбылась та надежда.
Как не прислушивалась Василиса, как не напрягала все свои чувства, а всё одно не ощущала ничего лишнего присутствия.
Рыбный пирог показался безвкусным без соли, однако после того как Василиса посолила свою долю - раскрылся.
Запечённая без специй и добавок в собственном соку рыба с луком оказалась неожиданно вкусной, хотя сравнить его с ухой Акулины было невозможно.
Блины тоже удались, кутью она не любила никогда, и лишь из уважения съела маленькую ложку. Взвар показался ей практически безвкусным, однако добавление ложки мёда откровенно его улучшило.
Есть не хотелось, Василиса буквально попробовала по кусочку. Как и полагалось оставила стол накрытым, ещё раз пригласила своих предков на трапезу, проверила печь и ушла в спальный кут, плотно закрыв за собой дверь.
Кто-то, скорее всего - заботливый Ванятка, зажёг ей светец который слабо освещал маленькую комнату.
Забираясь под тяжёлую перину Василиса задумалась: интересно, Ванятка же говорил что дворовому хода в дом нет, только по зову хозяйки явиться может.
А сегодня как?
Получается, в поминальные дни любая нечисть может в дом войти?
- надо будет этот вопрос завтра уточнить.- Это была последняя мысль Василисы перед тем как она погрузилась в сон.
Снилось ей странное.
Ваша сказочница, Нос-к-Носу
Продолжение следует