Гуляя по Поварской нельзя пройти мимо знаковой фигуры Михаила Лермонотова.
Так получилось, что по рождению поэт – москвич. То есть, не понаехавший, а значит полностью достоин нашего внимания. Давайте взглянем на его историю.
И начинать рассказ надо с семейства его бабушки и деда.
Елизавета Алексеевна Столыпина, дочь богатого губернского предводителя Пензенского дворянства вышла замуж за простого елецкого помещика, капитана лейб-гвардии Преображенского полка Михаила Арсеньева. Причем это был совершеннейший мезальянс. Елизавета была перестарком, на момент свадьбы ей было уже 21 год. Из неоспоримых достоинств только богатое приданное. Отставной капитан мелкого дворянского рода, без перспектив, жениться на нелюбимой и не очень красивой девушке ради безбедной жизни. Нормальный ход.
На приданное покупают имение Тарханы и поселяются в нем. Через год у них родилась дочь Мария. И собственно, брак на этом распался. Супружеское общение прекратилось.
Михаил увлекся красивой соседкой княгиней Ниной Мансыревой, женой уездного предводителя дворянства. На Рождественнский сочельник 1810 года в доме Арсеньевых случилась трагедия. Было решено устроить новогодний маскарад с постановкой шекспировского Гамлета.
На празднике дед Лермонтова постоянно выбегал на крыльцо, кого-то ждал. Возможно, княгиню Ниночку Мансыреву, свою пассию. Но она не приехала. По слухам муж, грубиян и домашний тиран, запретил ветреной красавице позорить его имя.
Расстроенный влюбленный, Михаил Васильевич оказался довольно чувствительным, после «Гамлета» он вышел из залы в соседнюю комнату. Именно там через какое-то время его и обнаружили без чувств.
По рассказу лакея, он «достал из шкафа пузырек с каким-то зелием и выпил его залпом, после чего тот же час упал на пол », но возможно, его хватил удар от волнения на сцене и после неё. Михаилу Васильевичу было всего 42 года. А его вдове, будущей бабушке поэта, всего 37 лет.
Елизавета Алексеевна была среднего роста, стройна, со строгими, решительными, но весьма симпатичными чертами лица. Важная осанка, спокойная, умная, неторопливая речь подчиняли ей общество… Прямой, решительный характер её в более молодые годы носил на себе печать повелительности и, может быть, отчасти деспотизма.
Знакомые сравнивали её с Марфой Борецкой, Посадницой Марфой, вдохновителем бунта, во временна Ивана Третьего, с целью отделения Великого Новгорода от Московии. Сами понимаете какой должен быть характер у такой Посадницы.
Вернемся к семейным делам Арсеньевых. Вдова сосредоточилась на воспитании дочери, и так сосредоточилась, что дочь, тихая болезненная домашняя девочка, в 15 лет влюбляется в красавца лейб-гвардейца капитана Юрия Лермонтова.
Потомок шотландских наемников, по слухам, в его роду был скальд-менестрель 13 века, но возможно это уже придумали для его сына - поэта. Юрий старше влюбленной девочки, герой Великой войны с французами, раненный, но, как водиться не богатый. Три года, пока наш Юрий воюет, они переписываются, а как только герой выходит из госпиталя, женятся. Мать против брака, но молодость победила!
Но не до конца! Молодые поселяются в Тарханах, под крылышком у самовластной Тещи. По свидетельстваи очевидцев мама Елизавета ела мозг своему зятю чайной ложкой. А уж когда доченька-кровиночка забеременела …
Вот тут мы и возвращаемся к нашей теме. Лермонтов – москвич.
На дворе 1814 год. Только что отгремела Великая Война, страна понесла огромные потери. Москва сожжена. Но властная теща тащит свою беременную дочь в Москву!
Вот так выглядело место рождения будущего поэта. Маленький домик слева, доходный дом генерал-майора Толя, на тот момент чуть ли не единственное целое здание в том районе.
На этой же картинке еще одно памятное место. Почти в центре стоит Церковь Трех Святителей, в ней крестили маленького Мишу, назвали в честь деда. Её, конечно, снесли в период безбожия.
Теперь почти на этом месте стоит Высотка, в которой до недавнего времени был центральный офис РЖД.
На стене есть мемориальная табличка.
А в сквере напротив стоит памятник поэту.
На этом первый визит Миши Лермонтова в Москву заканчивается, он покидает город на долгих 13 лет.
Семейство возвращается в Тарханы. Мария Михайловна была слаба здоровьем, и в 1817 году умирает от чахотки. Властная теща откупается от нелюбимого зятя, дав ему 25 тысяч рублей, годой доход всего имения, на минуточку. И выставляет постылого зятя из дома.
Начинается период счастливого детства. Десять лет никто не мешал бабушке любить внука и воспитывать его по своему разумению.
Миша счастлив. Он живет в РАЮ. Его все любят, он учится с удовольствием, музицирует, кстати, он играл на четырех музыкальных интсрументах. Начинает слогать рифмы, вызывая неподдельный восторг и умиление бабушки. У него много друзей, жаль правда, что это дети близлежащих помещиков или крепостных его бабушки.
Если говорить серьезно, то бабушка залюбила внука, она закутала его в шерстяное одеяло своей опеки, оградила от всех житейских трудностей, и вырастила совершеннейшего интроверта с огромным самомнением.
1827 году бабушка с внуком приезжают в Москву второй раз. Мальчику надо учиться. Говоря современным языком – надо получать диплом. Любвеобильная бабушка привозит с собой дворню, мамок нянек и друзей Мишеньки. Селятся они на Поварской. Место козырное, дорогое, аристократическое, но что не сделаешь для любимого внука.
Поселяются они в доме капитанской дочери В. М. Лаухиной и в доме вдовы майора Е. Я. Костомаровой. Сейчас на этом месте стоит особняк Саарбекова и доходный дом Баскакова.
Особняк Саарбекова, 1900 год, Кекушев и Шуцман. Именно на этом участке стоял дом капитанской дочки Лаухиной, куда и приехали бабушка с внуком в 1827 году.
А это доходный дом Баскакова, построил в 1914 году Пиотрович. Здесь стоял дом побольше и участок пошире, принадлежал вдове майора Костомаровой. Миша скучал и ему надо было общаться, а в люди его вывозить было страшно, он сильно смущался и стоял букой. Вот к ним и приехали привычные друзья из Пензенской губернии. А что для внука не сделает любящая бабушка!
Здесь они прожили уще год. А потом Миша поступил в Благородный пансион при Московском Университете и дома стал бывать реже. Много учился и частенько оставался жить в пансионе.
Бабушка одна в большом доме заскучала и съехала с Поварской на Большую Молчановку в дом Чернова.
Да, еще одна маленькая тайна. В разных исследованиях за право называть себя приходом, в который ходил на службу будущий гений, борятся две церкви.
Напротив их первого места жительства стояла церковь Ржевской иконы Божьей Матери. Вот в неё то они и ходили на службу два года. А когда переехали на Молчановку стали ходить в церковь Симеона Столпника.
Так что нет здесь никакой тайны. Куда ближе, туда и ходили.
Вот так выглядел домик Лермонтова в те годы.
Наверное! Возможно!
Так его увидел китайский Искусственный интеллект!
Теперь этот дом называют домиком Лермонтова. Судьба этого домика светла и радостна. Он переходил из рук в руки, старел - ветшал, приусадебный участок становился все меньше и меньше. К революции он подошел уже стареньким столетним обычным домом. Разделили на комуналки, заселили пролетариатом. Тут бы дому и конец, в 1938 уже совсем хотели снести!
Но спасибо Ираклию Луарсабовичу Андронникову.
Кроме того, что Ираклий был гениальным чтецом-декламатором, он был еще Лермонтоведом, написавшим все самые правильные книжки про поэта. Так вот, он в 38 признал в доме Чернова – домик Лермонтова, уже хотел сделать музей, но помешала война.
Второй раз Ираклий Луарсабович спас домик в 1977 году. Его опять хотели снести. Но знатный Лермонтолюб не дал. Было письмо в Горком, потом выступление на радио и телевиденье и в 1981 году отремонтированный музей Лермонтова открыл свои двери для любопытных.
Что было дальше? С домом ничего, стоит хорошеет под новой властью. Подснежники во дворе цветут.
С Мишей Лермонтовым? Хорошо, расскажу, но коротко.
Миша учился, кстати, очень хорошо, влюблялся, правда очень робко и все время не в тех. Много писал. Очень много стихов. 17 поэм, четыре драмы и 250 стихотворений, трагедии «Люди и страсти» и «Испанцы», драму «Странный человек», третью редакцию поэмы «Демон» и «Измаил-Бей», стихотворение «Портрет», «Новогодние мадригалы и эпиграммы». В это же время он пишет «сушковский цикл», посвящённый влюблённости в жившую поблизости Катеньку Сушкову.
В Москве я свела знакомство, а вскоре и дружбу с Сашенькой Верещагиной. Мы жили рядом на Молчановке и почти с первой встречи сделались неразлучны. У Сашеньки встречала я в это время ее двоюродного брата, неуклюжего, косолапого мальчика лет шестнадцати или семнадцати, с красными, но умными, выразительными глазами, со вздернутым носом и язвительно-насмешливой улыбкой. Он учился в Университетском пансионе, но ученые его занятия не мешали ему быть почти каждый вечер нашим кавалером на гулянье и на вечерах; все его называли просто Мишель.
Это про Мишу Лермонтова пишет в дневнике его влюбленность.
Вот у меня в голове не укладывается, как такой молодой человек за столь малое время смог написать столько стихов и столь глубоких и сложных. Без сомнения это был ГЕНИЙ.
Но с очень сложным характером. В Московский Университет его не приняли с формулировкой – «Нам нечему его учить!». Серьезно!
Бабушка с внуком едут в Питер, может там что получиться. Так его и в Императорский Университет не взяли, примерно с такой же формулировкой. А если по простому – Слишком много о себе возомнил! Это значит, что знает много, но все не по программе, нет систематических знаний. Не взяли короче!
А тут такая оказия! Елизавете Алексеевне надо срочно в Тарханы, дела поместья сами себя не сделают, итак уже пять лет дома не была, крепостные разбаловались без барыни.
И вот тут конфуз! Мальчик первый раз остается один! Ну не совсем один и без денег, как современные абитуриенты, а без любимой бабушки.
Паника по всем фронтам!
Бабушка в состоянии близком к инфаркту, как там кровиночка без нее будет?
Миша в панике, вырвался на волю в первый раз, душное одеяло опеки свалилось с плеч. Перед ним открылся Дивный Новый Мир со всеми его соблазнами и тайнами. А надо помнить, что все его предки были военными, а тут еще и отец блудный нарисовался. Узнал, что теща укатила и рванул на встречу к сыну. Уж что он ему говорил не известно, но в результате случилась беда.
Совершенно домашний мальчик, бука и молчун, с огромным самомнением, поступает на учебу в Школу гвардейских прапорщиков и кавалерийских юнкеров. Тонкая душа поэта с размаху вляпывается в прозу армейских будней.
Рассказ про Лермонтова – Москвича на этом закончен, больше в нашем городе он не жил, наверняка бывал, хоть проездом, но не жил. До смерти осталось всего десять лет
В заключении скажу словами князя Васильчикова: «в Лермонтове было два человека: один — добродушный, для небольшого кружка ближайших друзей и для тех немногих лиц, к которым он имел особенное уважение; другой — заносчивый и задиристый, для всех прочих знакомых.»
И еще одно - это так ужасно пережить любимого внука! Елизавета Алексеевна пережила свою кровиночку на четыре года. Да всех она пережила! Мужа, дочь, зятя, внука. А было её 72 года.
Ужасный век, ужасные сердца!