Читаю Роя Медведева "К суду истории." О Сталине и сталинизме.
Интересного и неизвестного лично мне в книге много. Очень.
Но запал в душу один эпизод.
Помнишь, в «12 стульях» диалог Остапа и Кисы Вробьянинова?
- Что это за дом?
- Это общежитие студентов-химиков имени монаха Бертольда Шварца.
- Неужели монаха?
- Ну, пошутил, пошутил. Имени Семашко.
Из книги Медведева узнал, что Николай Семашко с 1918 по 1930 год был наркомом здравоохранения СССР. Именно под его руководством была организована всемирно известная система здравоохранения Советского Союза.
В ноябре 1925 года Николай Семашко был приглашён на заседание правления Общества старых большевиков. Нарком медицины СССР объяснял товарищам по партии, из-за чего умер практически здоровый Михаил Фрунзе – председатель Революционного Военного Совета, народный комиссар по военным и морским делам, начальник штаба Красной Армии и начальник Военной академии РККА.
У Михаила Фрунзе была язва. Лечили её консервативно – медикаментами и отдыхом на водах. Лечение шло успешно, но партия настояла на операции: Ваше здоровье Вам не принадлежит, - убеждали наркома Сталин и Ворошилов. И бесстрашный Фрунзе, который несколько лет отказывался от хирургического вмешательства, с тяжёлым сердцем согласился на операцию.
В качестве наркоза использовали устаревший хлороформ, хотя в 1925 году врачам было известно более эффективное средство – эфир.
Наркоз слабо подействовал на Фрунзе и профессор Розанов, который руководил операцией, принял решение увеличить дозу хлороформа почти вдвое. Это было крайне опасно для сердца наркома.
В ходе операции сразу стало ясно – язва зарубцевалась и оперативное вмешательство пациенту не требовалось.
Через тридцать часов после операции сердце Михаила Фрунзе остановилось.
Когда читал про общагу имени монаха и Семашко, смешно было.
А так-то страшно.