Вызов прилетает под утро: «Подозрение на криминал, мужчина в ванной в крови, не шевелится». Диспетчер передает голос соседки, которая увидела это через щель в приоткрытой двери (соседи в старых коммуналках — это лучшие видеокамеры в мире).
Едем с полицией. Поднимаемся, дверь в квартиру реально не заперта. Полицейский впереди с кобурой, мы с дефибриллятором и чемоданом — сзади. Заходим в ванную.
Картина маслом: в старой чугунной ванне лежит тело. Голова откинута, глаза закрыты, а вся вода вокруг — ярко-алого, ядовито-кровавого цвета. На кафеле брызги, на полу «кровавые» следы. Тишина гробовая.
Фельдшер мой, парень со стальными нервами, делает шаг вперед, чтобы нащупать пульс на сонной артерии. Только он касается шеи «трупа», как тот открывает один глаз и басом спрашивает:
— Опа... А вы че, тоже на выставку?
Мой фельдшер чуть сам в эту ванную не прилег от неожиданности. Полицейский икнул.
Выяснилось: в квартире живет непризнанный гений — художник-авангардист. Накануне он допоздна рисовал шедевр «Закат над Припятью», используя ведро ярко-красной гуаши. Когда краска закончилась (в том числе на нем самом), он, не отмываясь, залез в ванну отмокать. Заснул там, а гуашь эффектно окрасила воду в цвет триллера категории «Б».
— Слышь, Да Винчи, — говорит полицейский, вытирая пот со лба, — у соседки там уже три инфаркта, а мы чуть группу захвата не вызвали. Ты хоть дверь закрывай, когда «закаты» свои смываешь.
Художник искренне расстроился. Не из-за полиции, а из-за того, что мы «сломали ему композицию и спугнули музу».
Итог: Мы уехали пить валерьянку, художник пошел дорисовывать, а соседка получила законную дозу корвалола и звание «Почетный детектив подъезда».