Все части детектива-триллера будут здесь
– Да, ты прав, начальник. Я умею быть обходительным с юными прелестницами. А им много и не надо – сводил в хороший ресторан, подарил цветы, и всё – она твоя, пока ещё душой. А телом... Это необязательно до момента ритуала. Она видела меня в театре, и конечно, глядя на мой представительный облик, сразу поняла, что я не последний человек там. По рассказам Беловой, Марьяна очень тяжело переживала провал... И когда я с ней познакомился, я пообещал ей призовое место в конкурсе, если она будет делать всё, что я говорю.
Часть 40. Танцовщица из непростой школы
Пока оперативники снимают девушку с доски, аккуратно разрезая скотч и складывая его в зип-пакеты – авось повезёт и на этих кусках скотча следы ДНК или отпечатки пальцев убийцы – я решаюсь поговорить с представителем школы. Эта высокая, мужеподобная, но в то же время дорого одетая в стильный костюм, женщина, представляется мне Идой Витальевной и, устало потирая глаза, отводит меня в сторону.
– Ида Витальевна, вход в школу – один, центральный, или есть ещё?
– Нет, конечно, есть ещё запасной выход, как и положено. Представьте, если пожар, например... Все понесутся в одну дверь... Нельзя допустить... Мы соблюдаем все требования и предписания минобра, и потом, тут же не простые дети учатся, сами понимаете...
– Да. А камеры есть у школы или запасного выхода?
– Над центральным входом камера, и внутри самой школы, над запасным выходом камер нет. У нас нет ночной охраны – школа просто ставится на «сигналку», а днём, конечно, работает один охранник. У них в их кабинете изображение с камер выведено на компьютеры.
– Хорошо, я поручу нашим сотрудникам изъять записи.
Тут же подзываю к себе оперативника и даю ему поручение изъять записи с камер, тот уходит, я тоже хочу уйти, но Ида Витальевна вдруг останавливает меня неуверенной фразой:
– Послушайте, я могу ошибаться... Но мне кажется, что эта девушка... наша бывшая ученица.
– Что? – удивляюсь я – но... я думала, что...
– Нет-нет, послушайте! У нас же не совсем дебилы учатся и не обязательно с физическими отклонениями. Есть те, кто просто с ЗПРР, например, и их чаще всего удаётся вывести в норму... Пойдёмте...
Мы идём с ней в кабинет с золотистой табличкой на двери, которая гласит о том, что здесь находится учительская. Дальше проходим в ещё один кабинет.
– Здесь работаю я – завуч – говорит Ида Витальевна. Потом она открывает ящик большого шкафа и начинает там шариться, успевая рассказывать мне – наша школа довольно молодая, но успехи уже имеются. Поверьте, у нас не учится абы кто, мы серьёзно относимся к обучению детей с отклонениями, и услуги наши стоят недёшево. Где же это...
Она перебирает папки с личными делами, и наконец, достаёт одну из них.
– Вот, посмотрите... Если я не ошибаюсь, это она.
Я смотрю на фото. Учитывая, что жертву я видела мельком, но лицо всё же разглядеть смогла, я вынуждена согласиться – скорее всего, это она. Диана Пономарёва, закончила школу в прошлом году, девушке восемнадцать, по дальнейшим данным, она поступила в училище искусства и культуры имени Чайковского в нашем городе – школа отслеживает будущую жизнь своих выпускников.
– Всё-таки у меня отличная память – говорит Ида Витальевна – Дианочка пришла в нашу школу на предпоследнем году обучения – перевелась из обычной «коррекционки» к нам – родители купили квартиру в этом районе и сюда девочку было близко водить.
– А какой у неё был диагноз?
– О, ничего сложного! ЛУО – лёгкая умственная отсталость. Но знаете, там такие родители... Она у них единственная дочь, они занимались ребёнком, и всё сделали для того, чтобы вывести её в норму...
– Подождите... я не понимаю... Насколько я знаю, ученики коррекционных школ не могут поступать в подобные учебные заведения.
– О, вы немного ошибаетесь – здесь всё индивидуально. Девочка очень хотела пойти именно туда, и родители опять же всё для этого сделали. Не знаю точно, какая там была процедура, но в училище собирали специально для Дианы какую-то комиссию, девочка успешно сдала ещё одни экзамены по обычным стандартам средней школы – и её приняли на первый курс.
– Она занималась танцами?
– Да, у неё и её партнёра был индивидуальный преподаватель – постарались родители с обоих сторон. Вроде как восемь лет она занималась танцами. Бедная девочка! Даже не знаю, что и думать, кому помешал этот невинный ребёнок!
Смущает во всём этом лишь одно – где эти так называемые заботливые родители? Девочки нет ночью дома, а они даже не бьют тревогу! Всем отделениям полиции после третьей жертвы поручено сразу докладывать нам, если поступят заявления о пропаже девушек, особенно четвёртого или пятого числа. И поскольку пока нам ничего никто об этом не докладывал, а время ночь, значит, родители своего ребёнка до сих пор не хватились.
Благодарю Иду Витальевну за беседу и информацию, и ухожу туда, в класс, где уже лежит на полу тело девушки. Без сомнения, это Диана Пономарёва.
– Шеф, я знаю, кто жертва – говорю Евгению Романовичу – она бывшая ученица этой школы.
Он и Вадим внимательно слушают меня. Я вижу, что даже крепкие нервы шефа уже не выносят этого – за что этот подонок убил больную, пусть «выведенную в норму», девочку, непонятно. Впрочем, ему всё равно, кого убивать...
– Марго, всё то же самое... Череп на туфельке, отсутствует бедренная кость... Но есть одно отличие – он насиловал её более жестоко, это видно по следам на её бёдрах и теле. Непонятно... Она тоже сопротивлялась, что ли...
Смотреть не могу на эту картину – глаза девушки широко открыты и смотрят с ужасом куда-то туда, где до самой её последней минуты сохранился образ убийцы. На уголке правого глаза застыла слеза, рот приоткрыт, будто она что-то ему говорила... Нет, смотреть на это невозможно, как невозможно и думать о предстоящей встречи с её родителями. Я уже заранее знаю, что меня ждёт кошмар.
Похоже, «железная леди», Маргарет Тэтчер, теряет свою «железность»... Чтобы скрыть от коллег подступающие к глазам слёзы, я отхожу в сторону. Когда я поймаю эту тварь, я сама вырежу ему бедренную кость! На живую! А потом сделаю из неё ганлин, – обращусь за этим к Ашрам Ину, он знает, как, не просто же так жил в Тибете – и оставлю у себя, как память о погибших девчонках и об этом ужасном деле!
Тело девушки увозят к нам в морг, оперативники продолжают осмотр помещения, я прошу завуча отменить занятия на сегодняшний день, и спокойно дать оперативникам собрать следы и улики. После этого она сможет вызвать клининг для уборки. Ида Витальевна обещает всех оповестить, и мы прощаемся.
– Марго! – шеф кладёт мне руку на плечо – поезжай домой, поспи хоть немного, завтра очень трудный день.
Киваю и ухожу, добираюсь до дома сама не помню, как. После всего, что случилось сейчас, и что я узнала о новой жертве, мне кажется, что я стала похожа на камень. Внутри всё бушует от гнева и бессилия, а снаружи... Я иду в ванную, включаю душ, встаю под тёплые струи, потом бессильно опускаюсь вниз, сжимаясь в голый беззащитный комок, и чувствую, как глухие рыдания раздирают моё горло и тело. Рыдания бессильные, полные горечи и жалости, разочарования в самой себе... Я думала – справлюсь, смогу... Но я всего лишь слабый беззащитный винтик в следственном механизме. И завтра, вернее, уже сегодня, я снова встану и пойду на службу. Всё продолжится дальше... Дальше! Но я пока не знаю, как остановить убийцу, не знаю!
Утром, как всегда, собранная и готовая к работе, приезжаю в СК. Тут же, прямо в коридоре, меня перехватывает Даня.
– Марго, ты должна это видеть! Он снова запечатлел себя на камере видеонаблюдения! Я постараюсь максимум выжать из этой записи, но сначала посмотри! Этот ублюдок становится всё более дерзким и чувствует свою безнаказанность! И да – родители девушки и её партнёр по танцам уже здесь. Вадим сообщил им, что Дианы больше нет, Робу пришлось откачивать мать прямо в допросной. Они ждут тебя. Вадим взял на себя партнёра, тебе остались родители.
– Хорошо, тогда камеры потом, Даня! Неприлично заставлять их ждать. Пойду поговорю с ними.
Из архива. Протокол допроса.
– Давай поговорим о первой жертве. Нам известно, что Марьяна была девушкой упорной, целеустремлённой, и карьера была для неё очень важна. Ты сыграл на этом, когда познакомился с ней?
– Да, ты прав, начальник. Я умею быть обходительным с юными прелестницами. А им много и не надо – сводил в хороший ресторан, подарил цветы, и всё – она твоя, пока ещё душой. А телом... Это необязательно до момента ритуала. Она видела меня в театре, и конечно, глядя на мой представительный облик, сразу поняла, что я не последний человек там. По рассказам Беловой, Марьяна очень тяжело переживала провал... И когда я с ней познакомился, я пообещал ей призовое место в конкурсе, если она будет делать всё, что я говорю.
– Ты убил её на берегу реки, так? А потом на лодке доставил до заброшенного завода?
– Вы проницательны, как никогда!
– Оставь свой издевательский тон!
– Это было наше свидание... Я позвал её на него для того, чтобы якобы посмотреть, насколько она готова к тому, чтобы снова пройти в отборочные. Она поверила россказням про то, что я смогу повторно провести её туда, с уже другим партнёром, более опытным, якобы этот ей совсем не подходил. Мы пили вино, и она совсем захмелела, ничего не соображала... Ты бы видел, начальник, как лихорадочно горели её глаза, когда я взял её там... Она ведь ничего не понимала, и сопротивляться не могла... Потом я сделал всё, что положено, и отнёс тело в лодку...
– Бедренную кость выпилил там же, на берегу реки?
– Да. Вы бы не обнаружили следов – я умею делать всё так, чтобы не оставлять их. Но даже не сомневаюсь, что пакетик-то вы нашли... Тот самый, которым я душил красавицу...
– Ты действительно болен... Но уверен – тебя таким не признают, и ты пойдёшь в тюрьму, где проживёшь недолго!
– Пусть так... Моя миссия, по сути, выполнена...
– Билет на самолёт Марьяна сдала из-за тебя?
– Ну, конечно! Мне было необходимо, чтобы она осталась, ей ведь выпала честь стать моей первой жертвой!
– Ты был в её съёмной квартире?
– Да. И это я дарил ей цветы.
– Ты что-то искал там?
– Наше совместное фото.
– С этого места поподробнее. Это ты привёл в школу тантрических знаний Марьяну?
– Всё верно.
– Но зачем?
– Мне было необходимо, чтобы она станцевала своё последнее танго!
Продолжение следует
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.