Ожидания предпринимателей за первый квартал 2026 года стали худшими. Около 31% предпринимателей в России рассматривают возможность закрытия или продажи своего бизнеса, следует из исследования Фонда «Общественное мнение» и НИУ ВШЭ «Лонгитюд малого бизнеса», с которым ознакомились «Ведомости». По сравнению с первым кварталом прошлого года показатель вырос на 8 процентных пунктов.
Опрос проводится с 2021 года среди одной и той же группы респондентов — более 700 индивидуальных предпринимателей и владельцев компаний малого бизнеса. Последняя волна интервью прошла с 20 января по 19 февраля 2026 года.
Согласно результатам исследования, ожидания предпринимателей на первый квартал 2026 года стали худшими за все время наблюдений. Более половины опрошенных (52%) считают, что положение их бизнеса ухудшится, тогда как улучшений ожидают лишь 12%.
Для сравнения, в первом квартале 2022 года на фоне массового введения антироссийских санкций доля пессимистичных оценок составляла 38%, а оптимистичных — не менее 20%.
Одновременно растет доля компаний, работающих в режиме выживания. По итогам четвертого квартала прошлого года она достигла 39%, что стало максимальным значением за последние 5 лет. При этом рост показателей ожидают лишь 8% предпринимателей.
Финансовые показатели малого бизнеса также ухудшаются. О снижении доходов по сравнению с предыдущим кварталом сообщили 39% опрошенных, а 29% заявили о нехватке выручки для покрытия прямых расходов.
Ни для кого не секрет, что поводом для таких «оптимистичных» настроений стала налоговая реформа конца 2025 года, когда предприятиям и предпринимателям, работающим на УСН прибавили НДС 5% или 7%, а порог выручки снизили с 60 млн руб до 20 млн, и далее понизят до 15 млн и 10 млн.
Бизнес массово закрывается или уходит в тень, хотя сделать это при обязательной маркировке большинства ходовых товаров, непросто, говорят в общественных объединениях.
- По отзывам в соцсетях пустеет даже «Садовод» — оптовый рынок в Москве, где отоваривался малый бизнес со всей страны. Причина — налаживание технологических процессов для товаров при пересечении границы и их дальнейшей продажи. Теперь требуется не только маркировка, но и сертификация и декларации на товар.
В чате предпринимателей Ассоциации розничной торговли, который, в основном, посвящен трудностям маркировки, есть подраздел, посвященный закрытию магазинов. В нем сотни историй и фотографий пустых витрин и освободившихся торговых площадей — здесь десятки городов: Красноярск, Уфа, Новороссийск, Самара, Тольятти, и многих другие. Наблюдатели пишут, что у закрывшихся магазинов в январе-феврале пока нет новых арендаторов.
Малый бизнес пишет, что работал по 10-12-15 лет, активно развивался, но трудности маркировки, которые все-таки не все, но некоторые как-то преодолели, были усугублены налоговой реформой. Поэтому решения о закрытии принимаются быстро, и помещения освобождаются — налоги как снежный ком, и потянуть их могут далеко не все, пишут предприниматели.
Вместе с тем, отмечают в Ассоциации, многие регистрируют новые предприятия и ИП, чтобы не превысить порог выручки на год, и значит, в конце года власти, конечно, «зафиксируют рост малого бизнеса».
Но не только налоговая реформа косит офлайн-бизнес, но рост активности маркетплейсов. Число ПВЗ маркетплейсов в Петербурге уже превысило количество продовольственных магазинов, 11,5 тысяч ПВЗ против 7,4 тыс продовольственных магазинов .
«Такого еще не было, чтобы у нас в «Норде» (ТК «Норд» -Ред.) на одной линии закрылось сразу 6 магазинов, — говорит владелица магазина одежды Ирина Димитрюха, арендатор ТК «Норд». — Магазины «1000 и одна сумка», «София», магазин мужской одежды, бижутерии — два корнера. Людей испугала новая система налогов и маркировка. Но те, кто закрывается сейчас, чаще всего причиной падения своего бизнеса считают маркетплейсы. Потому что у нас высокая аренда, ее не снижают, а проходимости нет вообще. Я бы тоже закрылась, но у меня еще много товара, который надо распродать. Товар мы обычно заказываем в сентябре — на следующий год, зиму 2026-27 года, чтобы были скидки, и можно было что-то заработать», — говорит она.