Выставка «Все Бенуа — всё Бенуа», открывшаяся 13 декабря в ЦВЗ «Манеж», посвящена семье Бенуа в целом и Александру Бенуа в частности. И, конечно, Петербургу — с Петергофом, Эрмитажем, Петром и мультикультурностью
Стиль Александра Бенуа - это рафинированный ретроспективизм Серебряного века , сочетающий утонченную эстетику модерна с глубоким пониманием истории
Знаете, были времена, когда Эрмитаж был почти «закрытым клубом». Коллекцию могли видеть только редкие ценители, да гости по приглашениям. Производили впечатление? Несомненно. Но это напоминало «дом для посвящённых». Открыть дверь простому человеку — даже петербуржцу — слишком сложно
И вот появляется Бенуа - яркий, импульсивный, по юности почти революционер. Он часто спорил, ненавидел и презирал бюрократию - он буквально вывел музей в свет. С его легкой руки изменился не только Эрмитаж, но и вся система работы с искусством в России. К 1918 году его позвали от имени советской власти заведовать Западноевропейским отделом Эрмитажа с просьбой принять участие в составлении плана по организации ограждений художественных сокровищ от разграбления . А Ему в свою очередь видится другое будущее: “Музей - не сундук с сокровищами! Его двери и смысл - для всех, не только для избранных”.
Эта картина Русалки прям приковывает внимание.
На выставке «Все Бенуа — Всё Бенуа» можно увидеть одну из самых эффектных и спорных картин — «Русалки» Константина Маковского из собрания Русского музея.
В 1870-е годы к образу русалок почти одновременно обратились три художника — Маковский, Крамской и Репин. У Крамского это были бледные гоголевские утопленницы, навеянные «Майской ночью». У Репина — экзотические красавицы в парижском «Садко». Но именно версия Маковского оказалась самой чувственной и самой декоративной.
В 1904 году Александр Николаевич Бенуа создал «Азбуку» — художественный манифест семьи. Эта книга была не просто учебником для детей: каждую букву она превращала в мир образов, близких самому художнику и всей семье. В ней оживают Версальские аллеи, театральные подмостки, фантастические персонажи и мотивы, ставшие кодами семейной памяти.
Декорации, которые затмили актеров.
Именно такое монументальное оформление к спектаклю «Пир во время чумы» создал Александр Бенуа для Московского художественного театра. Декорации забрали на себя все внимание и постановка успеха не имела.
Вскоре художник покинул МХТ, а один из эскизов к «Пиру во время чумы» оказался в коллекции Надежды Добычиной.
Вокруг кабинета, находящегося за стеклом, размещены витрины с экспонатами, связанными с жизнью, и не только, Александра Бенуа. Вот, например, посмертная маска, созданная неизвестным мастером в 1960 году. Прожил Александр Николаевич, между прочим, почти 90 лет, а прах его упокоен на парижском кладбище Батиньоль.
Кабинет Бенуа — собирательный образ рабочего пространства Александра Николаевича. Атмосфера воссоздана по документальным фотографиям с использованием подлинных предметов мебели, в которых он создавал свои научные и художественные произведения.
В экспозиции представлены личные вещи, документы, графика, театральные костюмы, а также шедевры искусства, вошедшие в собрание Эрмитажа по инициативе Бенуа, что свидетельствует о его выдающемся вкусе и историческом чутье.
Это пространство рассказывает не только о быте художника, но и о его ключевой роли в сохранении культурного наследия и формировании художественной среды в переломную для страны эпоху.
В наши дни эскизы декораций и костюмов к спектаклям Александра Бенуа это классика. Бенуа долгое время близко работал со Станиславским и Немировичем-Данченко, работал первым художником-постановщиком Московского художественного театра. Именно Бенуа первый выступил с идеей о том, что художник при постановке спектакля должен иметь такую же власть как режиссёр. В последствии, при участии в подготовке спектаклей к Русским сезонам, новый подход Бенуа к разработке театральных декораций и костюмов помог труппе Дягилева с триумфом выступить на сценах европейских театров.
Александр Бенуа и Мария Бенуа-Павлова на пленаре в Камаре-сюр-Мер
А мы то уже имеем представление о шхерах после поездки в Карелию
Причина же появления здесь этой, выражаясь современным языком инсталляции, раскрывается просто. Дело в том, что в этом зале размещены скульптуры признанного мастера анималистики, любившего изображать всадников, Евгения Лансере-старшего, мужа Екатерины Николаевны Бенуа, родной сестры Александра, Леонтия и Альберта
Если честно, я не очень разбираюсь в искусстве, у меня нет искусствоведческого образования, я не заканчивала институт культуры, но даже моя душа дрогнула на этой выставке...