Японские народные сказки. Подборка и перевод-мой.
В стародавние времена жили-были три брата. Старшего звали Итиродзи, среднего — Дзиродзи, а младшего — Сабуродзи. Старший брат был добрым сердцем, но нрава непостоянного — сегодня горит, завтра стынет.
Когда Итиродзи исполнилось двадцать лет, Дзиродзи — восемнадцать, а Сабуродзи — шестнадцать, позвал их отец и молвил:
— Сыновья мои, пришла вам пора самим о себе заботиться. Но коли будете всё время дома сидеть, добра не наживёте. Даю вам три года сроку — ступайте по белу свету, ищите свою удачу. А после трёх лет возвращайтесь домой с честью.
Каждому сыну дал он по пять рё золотыми монетками. Дзиродзи и Сабуродзи пообещали отцу воротиться домой удачливыми. Один лишь старший брат Итиродзи промолчал.
Вскоре настала ночь пятнадцатого дня, и отправились три брата в дальнюю дорогу. Шли они горною тропой мимо полей с созревающей нивой, что колыхалась на ветру, пока не добрались до распутья трёх дорог. Там они и заночевали. Утром Дзиродзи и говорит:
— Негоже нам, троим, всё время вместе идти. Давайте разойдёмся отсюда по разным дорогам и, кто удачу сыщет, домой воротится. Здесь и встретимся через три года.
Услышал это Сабуродзи, согласился:
— Верно Дзиродзи говорит. Так и сделаем.
Итиродзи тоже кивнул:
— Дело говорите.
И порешили они встретиться на этом же месте ровно через три года. На прощание Итиродзи свернул на правую дорогу, Дзиродзи пошёл по средней, а Сабуродзи — по левой.
***
Итиродзи, что пошёл направо, никакого особого плана не имел и брёл без цели, куда глаза глядят. Забрался он в горы и вышел к большому пруду, похожему на сказочное искристое горное озеро. А на пруду том видимо-невидимо диких гусей плавало. Захотелось Итиродзи одного поймать. Стал искать камешек, чтобы кинуть, да не нашёл. Полез тогда за пазуху и достал свои золотые монеты. Принялся он кидать их в гусей одну за другой, да меткости у него не было. Ни в одного гуся не попал, только все деньги свои и растратил.
До самой ночи брёл Итиродзи. Есть хотелось нестерпимо, но он думал: «Пойду дальше, авось что и найдётся». Тревожно ему было без денег. Наконец добрался он до маленькой придорожной часовенки, зашёл внутрь и уснул. Среди ночи слышит, кто-то зовёт: «Эй, Итиродзи, Итиродзи!» Вскочил он, огляделся по сторонам — никого. Думает: «Лиса или барсук, поди, надо мной насмехаются». Лёг обратно и снова уснул. А голос ещё громче кличет: «Итиродзи! Итиродзи!»
— Да что же это такое! — воскликнул Итиродзи, внимательно осмотрелся и видит: в углу часовенки лежит разбитая пиала и это она его зовёт. Он и говорит ей:
— Так это ты меня звала? А я уж думал — лиса или барсук.
Пиала отвечает:
— Да, это я. Ты вроде человек, а погляди на себя — идёшь по миру без гроша в кармане, в чём мать родила, только одежда на плечах.
***
А в это время Дзиродзи, что пошёл по средней дороге, нашёл в лесу, под кустом, брошенный ковшик. Поднял, покрутил и слышит — ковшик человечьим голосом говорит.
— Это ты меня звал? Напугал-то как! Я сейчас как стукну твой правый бок за это! — говорит ковшику Дзиродзи.
— Не прав ты, парень. Ежели правый бок погладишь — девушке пуще прежнего худо станет, — отвечает ковшик. — Потому и прошу тебя: снеси меня к одной девицу хворой и попробуй погладить её моим левым боком. Нелегко это будет сделать, но она помирать собралась, день-два и дух вон, так что мешкать нельзя.
Дзиродзи был от природы почтительным и смекнул, что нет дела лучше, чем спасти человека от тяжкой болезни. Поспешно спрятал он ковшик за пазуху и, хоть была уже ночь, отправился к дому хворой девицы. И точно: уже у входа в дом услышал он ее стоны.
Дзиродзи попросил всех выйти из комнаты ненадолго, а вокруг девушки поставил ширму. Достал он из-за пазухи ковшик и давай гладить её по левому боку, как тот и велел. Тут же боль и прошла. Обрадовались родители, что Дзиродзи спас их дочь, и приняли его с великими почестями. А потом и поженили его на девушке.
***
А Сабуродзи, что пошёл по левой дороге, шёл-шёл и не заметил, как ночь наступила.
Вдруг видит он перед собой огромную сосну, а под ней — кучу змеиных костей. Подивился он, но пошёл дальше. Тут сзади послышался страшный шум. Обернулся Сабуродзи и обомлел: огромная змея, сверкая раздвоенным алым языком, катилась прямо на него, извиваясь кольцами.
В страхе вскарабкался Сабуродзи на сосну. Змея подползла к дереву, подняла голову, высунула длинный язык, увидела Сабуродзи и поползла вверх. Сабуродзи не знал, что и делать, а змея поднималась всё выше и выше. Дело шло к смерти, и он начал молиться, дрожа от страха: «Намманда, намманда...» Дрожал он так сильно, что пояс у него развязался, и монеты, что были за пазухой, посыпались вниз и упали прямо в разинутую пасть змеи. Застряли монеты в глотке, змея задохнулась и рухнула вниз.
Только Сабуродзи перевёл дух, как появился знатный вельможа со свитой. Увидел он издыхающую змею и воскликнул:
— Вот это подвиг! Сколько людей эта змея загубила — и счёту нет! А ты нас избавил от неё, убил её. Пойдём со мной!
И взял его к себе в замок. Стал Сабуродзи самураем и получил задание карать лихих людей.
***
Быстро время летит. Вот и третий год подошёл. Ветер колышет листья дикого винограда, гнёт к земле созревший рис, и светит осенняя луна.
А Итиродзи, который стал вором, затосковал по дому. «Эх, — думает, — зря я время провёл. Интересно, что теперь мой отец поделывает?»
Он хоть и был вором, но не жадным. Все деньги, что добывал, раздавал бедным. Сидел он однажды на развалившейся веранде, в лохмотьях, и вздыхал. «Так, — думает, — надо идти домой, братьям обещал. Но не могу же я в таком виде к отцу явиться. Пойду-ка я напоследок ещё раз на дело, украду что-нибудь ему в подарок».
А разбитая пиала, что была у него за пазухой, тут как тут:
— Конечно, сегодня мы что-нибудь хитрое устроим.
***
Дзиродзи же, ставший зятем богача, ни в чём нужды не знал, но с помощью своего ковшика исцелял больных там и сям. Все были благодарны зятю богача. В тот день он тоже кого-то вылечил и теперь, искупавшись, сидел на веранде и любовался полной луной, что поднималась из-за гор. «Вот она, пятнадцатая ночь восьмого месяца. А я обещал вернуться домой на пятнадцатый день девятого месяца. Интересно, как там мои старший и младший братья. Надо сдержать слово и идти домой».
Собрал он ларец с пятьюстами рё в подарок и стал ждать назначенного дня.
***
А Сабуродзи в другом месте всё думал о доме, и даже по ночам братья ему снились. Дни шли за днями, и вот наступило первое число девятого месяца. Назавтра ему уже надо было отправляться в путь. И тут пришла жалоба, что минувшей ночью у местного богача украли пятьсот рё.
***
Вот так они в итоге опять все и встретились и так сказка про трёх братьев, что были так близки, да судьбы у них разные вышли, заканчивается.
Сказывал это один слепой сказитель, да складно сказывал.
(Из уезда Момоо, провинция Мияги)