Затянувшееся противостояние между Netflix и Paramount за право обладать культовой киностудией — это не просто скучная финансовая дуэль. Это столкновение двух идеологий, которое определит, каким будет наше будущее в кинотеатрах и на диванах. Вопрос только в том, чья идеология нанесет меньший урон.
Корпоративные слияния редко происходят быстро, но нынешняя сага вокруг Warner Bros Discovery (WBD) побила все рекорды по драматизму. В конце прошлого года Netflix, казалось бы, заключил сделку о покупке студии и стримингового бизнеса WBD, но Paramount Skydance, возглавляемая наследником Oracle Дэвиддом Эллисоном, отказалась сдаваться. На этой неделе Paramount сделала новое, улучшенное предложение, повысив ставку до 31 доллара за акцию за всю компанию целиком (включая CNN и Discovery), тогда как Netflix предлагает около 83 миллиардов долларов только за студию и стриминг. Совет директоров WBD теперь рассматривает, не является ли это предложение более выгодным, чем уже согласованная сделка с Netflix, что дает стриминговому гиганту четыре дня на ответный ход.
Киноманы уже окрестили эту ситуацию «Чужим против Хищника» — отсылка к тому времени, когда Disney поглотил 20th Century Fox. Суть та же: кто бы ни победил, зритель, скорее всего, проиграет.
Несбыточная мечта об «идеальном» владельце
Для тех, кто действительно любит кино, идеальным вариантом было бы сохранение Warner Bros как независимой студии, продолжающей выпускать разнообразные фильмы. Но этого уже не случится. В прошлом году ходили разговоры, что спасителем могла бы стать Apple — корпорация, которая доказала готовность вкладываться в большие кинопремьеры вроде «Убийц цветочной луны» Мартина Скорсезе. У Apple хватило бы ресурсов и мудрости не трогать «священную корову» кинопроката. Но этой мечте, увы, не суждено сбыться. Реальность такова, что выбирать придется из двух зол. Вопрос только в том, какое из них меньше.
Джеймс Кэмерон против Netflix: Битва за большой экран
Недавно в эту битву вмешался сам «король мира» Джеймс Кэмерон. В письме сенатору Майку Ли он назвал потенциальную сделку с Netflix «катастрофой» для киноиндустрии. Кэмерон, заработавший миллиарды на фильмах, которые нужно смотреть именно в кино, бьет тревогу: бизнес-модель Netflix не просто игнорирует кинотеатры — она враждебна по отношению к ним.
Действительно, Netflix упорно сопротивляется расширенному прокату. Они выпускают фильмы в ограниченном количестве кинотеатров на недельку-другую, в основном чтобы угодить режиссерам или получить статуэтки «Оскар». Их стратегия — рассматривать кинотеатры как досадную помеху на пути к подписчику. Генеральный директор Netflix Тед Сарандос однажды и вовсе назвал походы в кино «устаревшими».
Сейчас, пытаясь успокоить индустрию, Netflix обещает 45-дневное окно для проката фильмов Warner. Но критики, включая главу лоббистской группы Cinema United, называют это пустыми словами, не подкрепленными реальными обязательствами. Кэмерон предупреждает: если сделка состоится, сократится производство крупных фильмов, закроются кинотеатры, и тысячи людей потеряют работу.
Paramount: «Старая школа» с новым, опасным лицом
Paramount Skydance, напротив, — студия старой формации. Их собственный стриминг Paramount+ так и не взлетел по-настоящему (хотя и показал рост до 78.9 млн подписчиков ), поэтому они по-прежнему делают ставку на кинотеатры. В прошлом году они выпустили девять фильмов, включая как дорогие блокбастеры, так и авторские драмы. На этот год у них запланировано почти дюжина релизов.
Однако здесь кроется другой подвох. Какими будут эти фильмы? Дэвид Эллисон, известный своими консервативными взглядами и тесными связями с Дональдом Трампом (его отец Ларри Эллисон — союзник президента), уже продемонстрировал свои приоритеты. Скептики опасаются, что объединенная студия Warner-Paramount будет делать ставку на «патриотические» боевики вроде экранизации Call of Duty, многочисленные сиквелы («Час пик 4») и бесконечную эксплуатацию франшиз DC и «Гарри Поттера». Под вопросом оказывается судьба авторских проектов вроде фильмов Пола Томаса Андерсона или Райана Куглера.
Кроме того, покупка всей WBD означает, что под крыло Эллисона попадет и новостной канал CNN, что вызывает серьезные опасения по поводу его редакционной независимости, особенно на фоне недавних изменений в CBS после прихода новых владельцев.
Что в итоге?
Итак, у нас есть два варианта:
- Netflix: Рискует похоронить кинопрокат, превратив легендарную студию в фабрику контента для «цифры», пусть даже с участием именитых режиссеров вроде Дэвида Финчера. Фильмы будут, но для большинства из них путь в кинотеатр может оказаться закрыт.
- Paramount: Оставит кинотеатры, но наполнит их, скорее всего, бесконечными перезапусками, сиквелами и политизированным кино. Warner Bros рискует превратиться в лейбл для фильмов о Бэтмене, потеряв свою уникальную ДНК, которая позволяла снимать и «Барби», и «Оппенгеймера», и мрачные драмы.
Обе сделки — это шаг к монополизации рынка. И Netflix, и Paramount уже привлекли внимание антимонопольных органов. Выбирать приходится между стримингом, убивающим магию кинотеатров, и «старой школой», которая готова штамповать блокбастеры по указке политиков.
В этой битве «Чужого» и «Хищника» инопланетный хищник хотя бы оставляет тела жертв. В случае с Paramount есть риск, что от легендарной Warner Bros останется лишь бренд на афишах однотипных фильмов.