(По мотивам сказки Братьев Гримм "Бременские музыканты")
Оптимизация
В одном небольшом городке жили-были четверо животных. Не в смысле в зоопарке, а по-соседски: кто в сарае, кто в будке, кто на чердаке, а кто в курятнике. И была у них одна общая беда — хозяева решили, что они старые и никому не нужные.
Осёл всю жизнь проработал на мельнице. Тридцать лет возил зерно, крутил жернова, был уважаемым сотрудником. Но тут грянул кризис, мельницу купил крупный холдинг, и нового хозяина не устроила профпригодность старого работника.
— Ты, — говорит, — Осёл, на пенсию иди. Мы тут решили оптимизировать штат. Молодые лошади быстрее бегают, да и роботы уже есть.
Осёл попытался возмущаться:
— А как же мой опыт? А как же тридцать лет стажа? Я каждую трещинку на жернове знаю!
— Опыт — это хорошо, — кивнул хозяин. — Но роботы не болеют, не просят отпуск и не едят овёс. Ты извини, но бизнес есть бизнес.
Выплатили ему выходное пособие в три мешка овса и отправили на все четыре стороны.
Собака работала сторожем на овощебазе. Пятнадцать лет она охраняла капусту, морковку и ящики с консервами, и ни одной кражи не случилось. Но потом базу купили новые хозяева и поставили сигнализацию.
— Собака, — сказали ей. — Вы, конечно, замечательная, но электроника надёжнее. Она не спит, не лает на прохожих и не просит косточку. Извините, оптимизация.
— Какая оптимизация? — возмутилась Собака. — Я эту базу как свой хвост знаю! Я любую мышь за версту чую!
— Мыши теперь не проблема, — отмахнулись хозяева. — У нас отрава есть.
И выгнали Собаку на улицу с одной мозолистой косточкой в зубах.
Кот работал в местной столовой. Он был лучшим мышеловом города — за пять лет ни одной мыши в зале не видели. Но столовую закрыли на ремонт, а после ремонта решили, что мыши теперь не проблема, потому что поставили ультразвуковые отпугиватели.
— Кот, — сказали ему. — Вы уж извините, но вы староваты для такой работы. Вон, новые приборчики мыши боятся пуще кошки. И кормить их не надо.
— Так они же ненастоящие! — возмутился Кот. — А я настоящий! У меня усы, когти и многолетний опыт!
— Опыт — это хорошо, — согласились в столовой. — Но приборы надёжнее.
И выставили Кота за дверь.
Петух работал будильщиком в деревне. Каждое утро ровно в пять он кукарекал так, что просыпались все от мала до велика. Староста платил ему зерном и даже выделил отдельный насест. Но потом у всех появились мобильные телефоны с будильниками, и надобность в Петухе отпала.
— Петух, — сказал староста. — Ты уж не обижайся, но прогресс не стоит на месте. Телефон никогда не проспит, не охрипнет и не заболеет. А ты, извини, в последнее время фальшивишь.
— Я не фальшивлю! — возмутился Петух. — Это у меня от возраста голос сел! Но душой я всё так же молод!
— Душа душой, а кукарекать надо чисто, — вздохнул староста. — Иди, Петушок, на все четыре стороны. Может, в другом месте пригодишься.
И Петух пошёл, куда глаза глядят.
Встреча на обочине
Осёл брёл по обочине трассы, пережёвывая горькие мысли и овёс из мешка. Идёт, плетётся, вдруг видит — лежит под кустом Собака. Язык высунула, дышит тяжело.
— Собака, — удивился Осёл. — Ты чего разлеглась? Жара, что ли?
— Какая жара, — вздохнула Собака. — Уволили меня, Ослик. Сигнализацией заменили. Говорят, я устаревшая модель.
— Бывает, — кивнул Осёл. — Меня тоже оптимизировали. Тридцать лет, понимаешь, как проклятый, а теперь роботы нужнее.
— И что делать будем?
— А пойдём вместе, — предложил Осёл. — Вдвоём веселее. Я слышал, в Бремене какой-то конкурс для пенсионеров проводят. «Голос 60+» называется. Приз хороший, говорят.
— А что, — оживилась Собака. — Я в молодости в хоре пела. Вторым голосом. Может, и сейчас смогу?
— Попробовать стоит, — решил Осёл. — Вставай, пойдём.
Собака поднялась, отряхнулась, и они побрели дальше. Через час они увидели сидящего на заборе Кота. Тоскливый такой, усатый, с медалью на шее «Лучший мышелов года 2015».
— Котик, — окликнул его Осёл. — Ты чего там киснешь?
— А что мне делать? — вздохнул Кот. — Уволили меня из столовой. Ультразвуковыми отпугивателями заменили. Говорят, я морально устарел.
— А мы в Бремен идём, — сказала Собака. — На конкурс «Голос 60+». Хочешь с нами?
— А что, — задумался Кот. — Я в молодости в театре играл. Правда, в массовке, но голос у меня поставлен. Пойду!
И присоединился к компании. Пошли они втроём. На подходе к следующей деревне слышат как кто-то орёт дурниной. Подходят ближе, а это Петух. Стоит на заборе и горланит так, что уши закладывает.
— Петушара, ты чего разорался? — спрашивает Осёл, когда Петух сделал паузу, чтобы перевести дух.
— А что мне делать? — возмущённо закудахтал Петух. — Староста сказал, что я стар и голос уже не тот. Телефоном меня заменили! Будильником, понимаешь! А меня, между прочим, на суп хотели!
— На суп?! — ужаснулись все хором.
— Да! Хозяйка старая сказала, что к приезду внуков меня ощиплет и в духовку. Я еле ноги унёс!
— Ну, с нами точно не пропадёшь, — сказал Осёл. — Мы в Бремен идём, на конкурс. У тебя голос громкий, пригодишься. Будешь солистом.
Петух обрадовался, расправил перья, и компания двинулась дальше.
Лесные разбойники
Шли они долго. Денег не было, еды тоже. Питались чем придётся: Осёл щипал траву, Собака выпрашивала косточки у придорожных кафе (опытный сторож умела и жалобно смотреть), Кот ловил мышей (старая привычка), а Петух клевал зёрна у фермеров.
К вечеру добрались до леса. Темно, холодно, страшно. И вдруг вдалеке огонёк.
— Жильё! — обрадовалась Собака. — Может, пустят переночевать?
— Ага, пустят они, — скептически хмыкнул Кот. — Сейчас везде сигнализации, камеры, злые хозяева. Не пустят.
— А мы не проситься, — загадочно сказал Осёл. — Мы сами зайдём. Тихо. Как разведчики.
Подкрались поближе. Смотрят — избушка стоит, не бедная такая, два этажа, машина во дворе. В окнах свет, слышна музыка, голоса пьяные, мат-перемат.
— Разбойники, — определил Петух. — Я таких в деревне видел. Приезжали на чёрном джипе, кур воровали.
— И что делать? — испугалась Собака.
— А мы их напугаем, — предложил Осёл. — Давайте устроим концерт прямо сейчас. Встанем друг на друга, я внизу, на мне Собака, на ней Кот, а на Коте Петух. И как заорём!
— А что орать? — поинтересовался Кот.
— Что получится, — ответил Осёл. — Главное — громко и неожиданно.
Встали они пирамидкой. Осёл кряхтит (копыта скользят), но держится. Собака на нём стоит, Кот на Собаке, Петух на Коте. И как заорут!
Осёл заревел басом, Собака залаяла, Кот замяукал, а Петух закукарекал. Да все одновременно, да громко, да страшно!
В доме переполох. Разбойники подумали, что это полиция приехала с собаками, или зомби-апокалипсис начался, или вообще конец света. Выскочили в чём были, запрыгнули в машину и уехали в неизвестном направлении.
Ночные страхи
Наши музыканты зашли в дом. Там тепло, уютно, на столе еда стоит. Наелись, напились, спать завалились. Осёл во дворе лёг (ему в доме тесно), Собака под столом, Кот на печке, а Петух на шкафу — повыше, чтоб всех видеть.
Среди ночи вернулся один разбойник. Самый мелкий, по кличке Хорёк. Решил проверить, что за чертовщина там творится. Заходит в дом, темно. Глаза привыкли, вроде никого. Тут видит: на печке два огонька горят (это у Кота глаза светятся). Хорёк подумал, что это угли тлеют, протянул руку погреться. А Кот как цапнет его когтями!
— А-а-а! — заорал Хорёк.
Бросился к двери, а там Собака под столом как цапнет его за ногу!
— А-а-а! — заорал Хорёк ещё громче.
Он на улицу выскочил, а там Осёл копытом как бахнет!
— А-а-а! — заорал Хорёк в третий раз.
Петух со шкафа как заорёт:
— Ку-ка-ре-ку! — что в переводе означало: «Вали отсюда нахрен!»
Хорёк бежал без оглядки до самой трассы. Прибежал к своим, говорит:
— Пацаны, в доме монстры! Чудовища! Там такое... у одного глаза горят, другой кусается, третий бьёт копытами, а четвёртый орёт как резаный! Я еле ноги унёс!
Разбойники решили, что в доме теперь нечистая сила, и больше туда не совались.
Утром наши герои проснулись, осмотрели дом. В подвале нашли ящики с консервами, на чердаке мешки с крупой, в шкафу пачку денег (видимо, награбленное).
— Ничего себе, — присвистнул Осёл. — Тут на всю жизнь хватит.
— Ага, — кивнула Собака. — И на конкурс, и на квартиру, и на внуков останется.
— Но это же чужое, — засомневался Кот. — Нехорошо брать.
— А мы не берём, — сказал Петух. — Мы конфискуем. Как законные представители искусства.
— Точно, — поддержал Осёл. — Мы теперь музыканты. У нас миссия — нести культуру в массы.
Позавтракали они разбойничьими припасами и двинулись дальше.
Бременский конкурс
В Бремен пришли через два дня. Город большой, красивый, народу много. Наши музыканты нашли Дом культуры, где проводился конкурс «Голос 60+», и записались в участники.
В фойе толпились пенсионеры. Кто с гармошкой, кто с баяном, кто с частушками. Одна бабушка репетировала романс, другая отплясывала цыганочку.
— Волнуетесь? — спросил у них пожилой медведь в кепке.
— Есть немного, — признался Осёл.
— А вы не бойтесь, — успокоил медведь. — Главное душу вложить. А жюри, оно, конечно, строгое, но справедливое.
Когда подошла их очередь, наши герои вышли на сцену. Осёл с балалайкой, которую нашли в доме разбойников, Собака с бубном, Кот с гармошкой, Петух солист.
— Представьтесь, — попросила ведущая.
— Мы «Бременские пенсионеры», — гордо сказал Петух. — А это наш ансамбль.
— Что споёте?
— «Катюшу», — ответил Петух. — Потому что во времена нашей молодости это была очень популярная песня здесь, в Германии.
Грянули они «Катюшу». Осёл балалайкой бренчит, Собака в бубен бьёт, Кот на гармошке играет, Петух поёт так, что стекла дрожат.
Зал замер. А потом как грянули аплодисменты!
— Браво! — кричали из зала.
— Это победа, — сказал председатель жюри, старый волк в очках. — Это абсолютная победа.
Им дали главный приз — сто тысяч дойчмарок и путёвку в санаторий на троих (для четвёртого пришлось доплатить, но разбойничьих денег хватило)
Эпилог. Звёздная жизнь
Так они и стали жить в Бремене. Сняли квартиру, давали концерты, записали альбом «Пенсионеры наступают». Осёл купил себе новый домик в деревне (на старость), Собака открыла приют для бездомных животных, Кот завёл YouTube-канал «Кот у микрофона», а Петух стал ведущим утреннего шоу на местном радио.
Разбойники, кстати, тоже перевоспитались. Узнав, что в их бывшем доме живут знаменитости, они пришли с повинной, попросились в фанаты и теперь работают у музыкантов грузчиками аппаратуры.
— Ничего себе поворот, — говорил Хорёк. — Из разбойников в технический персонал. Но работа хорошая, и кормят.
Так бывшие пенсионеры и безработные нашли своё счастье в музыке. Потому что возраст — это не приговор, а талант и дружба творят чудеса.
Даже если ты Осёл. Или Кот. Или Собака. Или Петух.