— Дорогая, что за беспорядок в спальне? — Никита заглянул в комнату и замер. Повсюду валялись вещи, а на них гордо возлежал кот супругов, Иннокентий.
— Я перебираю одежду, смотрю, что надо постирать и отгладить, что докупить. Мы в пятницу уезжаем в загородный клуб, забыл? — Лида обеспокоенно взглянула на мужа. Никита был довольно рассеянным и вполне мог запамятовать или перепутать даты выходных дней.
— А пятница — это какое число?
— Пятница — это завтра, — хмыкнула Лида.
— О-о-о, — лицо мужа вытянулось.
— Что? 23 Февраля, выходные! Мы давно планировали уехать на выходные! Ладно, я подозревала, что ты можешь забыть, и начала разбирать и твои вещи. Подай-ка ту майку, по-моему, она тебе мала. Надо подумать, в чем ты будешь ходить на массаж.
— Лид, мы ведь еще не оплачивали, да?
— По месту расплатимся, я внесла аванс.
— А можно его вернуть как-нибудь?
— Нет! С чего бы вдруг мне отказываться от мини-отпуска?! — резко ответила Лида.
— Так вышло, я совсем забыл и перепутал даты. К нам отец приезжает. С новой женой и ребенком. Ну в честь Дня Защитника Отечества, хотят с нами повидаться и в Москве погостить! — Никита виновато посмотрел на жену.
— Звони отцу! Прямо сейчас! И говори, чтобы не ехали к нам! У нас уже все распланировано, вот! — она сунула мужу под нос скрин экрана с программой мероприятий. В 9 утра завтрак, в 11 часов массаж, в 14 — йога, в 16 — катание на лыжах, в 18 — развлекательная программа в баре, а в 22 часа — дискотека 90-х.
— Слушай, это все классно, но я не могу отказать отцу. Это же семья! Они на нас рассчитывали. К тому же мужской праздник, надо подарок подарить, поздравить!
— Я об этих выходных мечтала с лета! С лета я пашу как лошадь, Никита! И мне плевать, что 23 Февраля мужской день! У нас в семье я, похоже, мужик, если ты не можешь принимать решения!
Лида положила горнолыжные штаны в чемодан и захлопнула его,
— Лид…
— Я еду отдыхать, — сказала она. — Как и планировала.
— Что значит «еду»?! Одна, что ли? Как вообще у тебя язык повернулся такое сказать?! Семья превыше всего! Мы обязаны помочь отцу, поддержать его новую семью. Это наш долг! Он очень много сделал для меня! — Никита сменил тактику.
— Мой долг — не превращать свою жизнь в бесконечную череду «обязанностей», — спокойно ответила Лида. — Я копила на эту поездку, отказывала себе во многом. Почему я должна и теперь отказать себе в удовольствии?
— Потому что так надо! — повысил голос Никита. — Это же отец! И ребёнок маленький, ему нужна женская забота. Ты с детьми хорошо ладишь! Да и вообще… куда мы Иннокентия денем?
— Именно! Я с детьми в школе! Я с детьми на дополнительных занятиях! Я с детьми почти 24 на 7! С чужими! На выходных я поеду в загородный клуб только для взрослых! Там я отдохну наконец от детей! А кот поживет у мамы, я уже договорилась! — вспыхнула Лида.
— Ты просто эгоистка, если ставишь свои желания выше нужд семьи!
— Знаешь что? Я не обязана оправдываться. Я еду отдыхать. Ты можешь присоединиться ко мне после того, как устроишь гостей. Или оставайся с ними — твоё право! — выпалила жена.
— Да как ты можешь так говорить?! Ты разрушаешь нашу семью! Ставишь ультиматумы!
— Я хочу жить в свое удовольствие, а не прислуживать перед новой женой твоего отца! — заявила жена, пакуя чемодан. — И если для тебя это разрушение нашей семьи, которая к их семье отношения не имеет, значит, нам есть о чём поговорить после моего возвращения. Советую ехать со мной, иначе я могу вернуться с новым мужем!
Никита надулся как индюк, но промолчал. Он надеялся, что жена передумает, но…
На следующее утро Лида, как и обещала, уехала в загородный клуб. Просто взяла чемодан и вышла из квартиры с городо поднятой головой.
А Никита остался. Он был зол как черт. На жену, на отца, но только не на себя.
***
— Сынок! Встречай гостей! Мы приехали! — сказал папа, позвонив в дверь квартиры номер 13. Никита натянул улыбку и пошел открывать дверь.
— А Лидушка где? — когда объятья и обмены любезностями подошли к концу, спохватился отец.
— Она… К маме уехала, с котом, — приврал Никита. Он не хотел говорить отцу, что жена бросила его на выходные, укатив отдыхать.
— А… Я думала, она с Максимом поможет. У нас с Пашей столько планов! — мечтательно закатила глаза Лара, молодая жена отца Никиты.
— Ну ничего, я справлюсь. Он же уже не грудной… — пробормотал Никита, глядя, как Максим носится по дому, сшибая все, что плохо лежит.
Первые часы превратились в испытание. Поначалу он храбрился:
— Да что тут сложного? — говорил он отцу. — Дети — это весело! Мы с Максимом отлично поладим.
— Хорошо. У нас сегодня в 6 часов спектакль в Большом. Мы пошли собираться, а ты с Максом сходи на прогулку. У вас же тут рядом парк… — сказал отец.
— Да без проблем! Вы его только оденьте… — Никита решительно взял малыша за руку и повёл на прогулку. Максим, трёхлетний ураган энергии, сначала послушно шагал рядом, а потом вдруг рванул к луже от растаявшего сугроба:
— Хочу прыгать! — завопил он и с разбегу плюхнулся в воду, обрызгав Никиту с головы до ног.
— Ну… э-э… молодец, — промокший Никита пытался сохранить лицо. — Активный отдых — это хорошо!
— А давай ангелов делать на снегу! — ребенок плюхнулся в снег и ударился о мусорную корзину, которую не было видно из-под снега. К счастью, обошлось испугом. Но как он ревел! Никита едва не умер от страха, думая, что ребенок повредил себе что-то.
— Так, чем тебя успокоить?
— Мороженое хочу! Хочу!!!
— Зимой?
— Да-а-а!
Прогулка в парке превратилась в испытание для Никиты и тех, кто по несчастливой случайности гулял в тот день в том же парке, потому что все слышали вопли Максима. Даже вороны улетали от греха подальше.© Стелла Кьярри
Дома ситуация не улучшилась. Никита решил приготовить ужин и оставил Максима на минутку одного в гостиной. Вернувшись, он обнаружил, что малыш изрисовал фломастерами не только обои, но и новенький диван.
— Это… абстрактное искусство, — пробормотал Никита, разглядывая яркие каракули. — Очень современно.
Вечером пытаясь уложить Максима спать, Никита читал сказку, пока ребёнок скакал по кровати.
— Тише, тише, — уговаривал он. — Пора спать.
— Не хочу! — заявил Максим и запустил в Никиту подушкой.
— Ладно, — вздохнул тот. — Может, нам просто нужно больше двигаться? Давай поиграем в догонялки!
Через пять минут уставший Никита сидел на полу, а Максим радостно скакал вокруг него, вопя: «Никита, ещё!»
Пока родители малыша наслаждались спектаклем, Никита боролся с соседями, которые стучали по батарее, призывая к тишине, догонял и убаюкивал Максима, успокаивал после капризов, пытался хоть как‑то организовать его сон.
В итоге ребенок так и не успокоился до прихода родителей.
— Почему не спите? — недовольно спросила Лара.
— Так он не хочет…
— Ты глянь, какой он зеленый! Ничего доверить нельзя! — рассердилась жена отца и демонстративно хлопнула дверью в спальне, которая была выделена ребенку.
— Что, сын, пойдем за встречу, так сказать… — отец вытащил из пакета стратегический запас, но Никита едва волочил ноги.
— Я пойду спать. Что-то я устал, пап… — виновато проговорил он и ушел. Теперь обиделся и папа.
Утром они с Ларой по очереди дулись на Никиту. Одна за то, что ему нельзя доверить ребенка, другой за то, что на «взрослые» дела у сына не осталось сил.
— Сегодня, я надеюсь, вы справитесь без нас! — сказала Лара, укладывая в сумку косметичку.
— А вы куда?
— У нас экскурсия. А потом романтический ужин.
— А мне можно с вами? — с надеждой спросил Никита.
— На романтический ужин?! Мы с Павликом давно не отдыхали вдвоем, куда нам там дети? — цокнула языком Лара.
— Так я вроде уже не дети… Сам жену упрашиваю, своих детей хочу! — почесал затылок тридцатилетний Никита.
— Вот и докажи, что готов стать папашей! — рассмеялся отец.
Они уехали, оставив Никиту на растерзание трехлетнему Максиму. Тот, несмотря на нежный возраст, был не по годам смекалист и сразу понял, что из Никиты можно вить веревки и оторвался на полную. В квартире дым стоял коромыслом, соседи снизу, не привыкшие к такому гаму, вызывали участкового…
— Пап, я извиняюсь, конечно, но вы могли бы приехать пораньше? Я боюсь, что на нас заявление напишут.
— А вы не дебоширьте, — рассмеялся отец и отключил вызов.
В тот вечер Никита уснул на диване, пока Максим скакал вокруг него с водным ружьем. Все было мокрое, несколько цветочных горшков выпотрошены, а книги Лиды «прочитаны» и отправлены в полет в виде бумажных самолетиков из страниц.
Усталость накопилась так сильно, что Никита уже не мог притворяться, будто всё в порядке. Он проснулся от какого-то звука, сел на диване и посмотрел на свою квартиру, где словно Мамай прошел. В груди что‑то щёлкнуло: он вдруг ясно осознал, что больше не хочет и не может так жить.
Когда с полки полетела подаренная на свадьбу статуэтка лебедей, Никита решился. Он дождался, пока отец вернётся, и твёрдо сказал:
— Пап, давай наймём няню. Я больше не справляюсь. И не хочу справляться.
Отец поднял брови:
— Но Лида же должна была завтра приехать…
— Лиды нет, — перебил Никита. — Она в мини-отпуске. И знаешь что? Она была права. Нельзя вечно ставить чужие планы выше своих. Завтра праздник мужчин, так вот… я хочу отдохнуть. Ключи вам оставлю, а утром уеду к жене.
Отец был в шоке, но Лара на удивление, приняла решение Никиты. И уже утром Никита приехал к Лиде. Он выглядел уставшим и виноватым.
Он сел рядом с ней на шезлонг у крытого бассейна.
— Прости, — сказал он. — Дети — это большая ответственность. Макс меня измотал.
Лида отложила книгу:
— Ну что, хочешь детей? Будешь продолжать ныть на эту тему?
Никита рассмеялся и покачал головой:
— Думаю, что отложим на годик. Пока для себя поживём. И гостей без предупреждения больше не будем принимать — по крайней мере, пока не научимся договариваться.
— Тогда пошли за мной, там массажист как раз освободился. Будем тебя реанимировать.
Когда супруги вернулись домой, дома было чисто. Даже диван удалось отмыть от абстрактного искусства!
«Все же не зря отец на Ларе женился, нормальная она, хоть и вспыльчивая», — подумал Никита. Лида же приметила, что статуэтка с Лебедями пропала, но решила промолчать. В конце концов, она тоже была неглупой и понимала, что ребенок в доме без присмотра — это маленький ураган. А обижаться на стихию — дело неблагодарное. Главное ведь что? Конечно, погода в доме.
Спасибо за поддержку!
