Сегодня обсудим тему, которая буквально расколола театральный мир. Николай Цискаридзе выступил с резким предложением: запретить вход в театры в шортах и шлепках (ну и вообще неуместных образах). Пока некоторые руководители театров лояльно заявляют, что «времена изменились», Николай Максимович настаивает: уважение к искусству начинается с внешнего вида. Давайте разберемся, почему мы перестали наряжаться на спектакли и правы ли те, кто требует вернуть в партер строгий этикет.
Сегодня хочется обсудить тему, которая наболела у каждого, кто хоть раз за последние годы выбирался в театр. Только вообразите себе, друзья: вы заходите в величественный зал Большого или Мариинки. Хрусталь, бархат, история в каждой детали — кажется, воздух пропитан торжеством. Вы настроились на прекрасное, ждете выхода артистов. И вдруг в соседнее кресло приземляется персонаж (допустим) в растянутой спортивке и кроссовках, в которых только что гулял по парку. А рядом — барышня, перепутавшая партер с вечеринкой у бассейна: слишком откровенный наряд и смартфон наготове, чтобы весь вечер снимать контент на фоне декораций.
Ощутили ту самую «театральную магию»? Николай Максимович Цискаридзе — человек, которого я искренне уважаю за честность, — наконец-то высказал то, о чем многие молчали. Он прямо заявил: пора заканчивать с этим парадом равнодушия и вводить четкие правила внешнего вида для зрителей.
«Невозможно прийти в храм в неподобающей одежде. Посещение театра требует уважения к месту и окружающим. Видимо, мы живем в такое время, когда надо заранее описывать правила. Видимо, министерство культуры должно этим тоже заняться для того, чтобы издать эти правила и все им следовали».
Подпишусь под каждым словом. То, что мы порой наблюдаем в залах сегодня, — это не «свобода самовыражения», а обычное отсутствие такта по отношению к культуре и другим людям.
Театр — не место для перекуса
Многие сейчас возразят: «Ну сейчас же другое время! Комфорт — это главное!».
Друзья, комфорт хорош дома на диване. А театр — это пространство с особым статусом. Согласитесь, собираясь на важную встречу или официальное мероприятие, мы выбираем соответствующий образ.
Почему же в театр можно зайти так, будто вы только что закончили генеральную уборку, собрались в ночной клуб или вернулись с пробежки?
Есть у меня знакомая, которая не так давно жаловалась на нечто подобное. Уточню: она дама она деликатная, любит атмосферные выходы. Купила билет в ложу, долго выбирала платье, надела фамильные украшения. Приходит, а по соседству располагается молодая пара. Он — в шортах и мятой футболке, она — в джинсах, которые видели лучшие времена. И весь спектакль эти ребята не на сцену смотрели, а увлеченно шуршали снеками из пакета. Хруст, шепот, запах еды. На вежливую просьбу вести себя потише ответили просто: «Мы заплатили за билеты, имеем право отдыхать как хотим».
Налицо странный подход: «Раз я купил билет, значит, правила на меня не распространяются».
Ошибаетесь. Вы приобрели право насладиться творчеством, а не разрешение мешать сотням других людей своим видом и поведением.
Почему стоит прислушаться к Цискаридзе?
Николай Максимович понимает: без внутренней дисциплины искусство превращается в развлечение на бегу. Он сам прошел суровую школу балета, где каждая деталь костюма и каждое движение оттачиваются годами.
Видя зрителей, которые относятся к театру как к фону для удачного кадра, он, как истинный профессионал, не может оставаться равнодушным.
«В театр нельзя приходить в пляжной обуви. Нельзя вести себя развязно. Это неуважение к месту и людям».
Осознайте глубину его позиции: человек даже получил юридическое образование, чтобы профессионально защищать интересы культуры и поддерживать талантливую молодежь. Он мыслит категориями сохранения традиций, а ему в ответ: «Ой, а мне в кедах привычнее! А я просто пробегала мимо, вдруг не выпадет больше акая возможность?».
Свобода одного заканчивается там, где начинаются интересы другого. Если чей-то неопрятный вид или яркий экран смартфона мешает соседу погрузиться в музыку Чайковского, значит, границы приличия нарушены.
Дресс-код — это не про ценники на одежде. Это про опрятность и такт. Необязательно покупать смокинг, но надеть чистую рубашку и брюки — это знак уважения, который под силу каждому.
Мировой опыт: почему там это работает?
Пока некоторые руководители наших театров рассуждают о смене поколений и либерализме, мировая культурная элита возвращает строгие рамки. На крупных фестивалях уже вводят запреты на кроссовки и слишком вызывающие наряды. Организаторы поняли: если позволить зрителям приходить как угодно, само событие теряет свою исключительность.
В знаменитом театре Ла Скала вас просто не пропустят в зал в шортах, и цена билета значения иметь не будет.
Это логично. Если сегодня мы разрешим шлепки, завтра кто-то придет в купальнике, а послезавтра в партере начнут устраивать пикники. Границы должны существовать.
Даже те эксперты, что выступают против жестких запретов, признают: опера требует торжественности. Но тут же начинают оправдываться, мол, у молодежи нет возможности наряжаться.
Друзья, давайте не будем лукавить. Аккуратная рубашка сегодня доступна любому. Вопрос не в деньгах, а в желании проявить чуткость к обстановке.
Куда ушла традиция подготовки к празднику?
Раньше поход в театр был Ритуалом. Наши мамы брали с собой туфли в пакете, переобувались в гардеробе, поправляли прическу. Это создавало атмосферу праздника еще до первого звонка. Люди готовились к встрече с прекрасным, и эта подготовка настраивала на нужный лад.
Сегодня всё больше напоминает фастфуд.
Заскочил в зал между шопингом и ужином, сел, выложил фото с геопозицией — и готово. А что происходит на сцене — дело десятое.
Мне искренне жаль артистов. Балерина на сцене проживает целую жизнь, отдавая все силы искусству. Она поднимает взгляд в зал и видит человека в капюшоне, который в этот момент занят перепиской в мессенджере. Это обидно. Как можно ждать от актеров искренности, если зритель не потрудился даже привести себя в порядок?
Воспитание или правила?
Часто говорят, что главное — это «рамки приличия». Но проблема в том, что у каждого они свои. Для одного это отсутствие пятен на одежде, для другого — привычка не разговаривать во время арии. Именно поэтому Цискаридзе настаивает на четких рекомендациях. Нужен понятный ориентир. Театр — это территория искусства, а искусство требует дистанции и почтения.
Одежда всегда диктует поведение. В красивом платье или костюме человек подсознательно ведет себя более сдержанно и вежливо. Внешняя форма помогает сохранить внутреннее содержание.
Что мы можем потерять?
Мы рискуем потерять свою культурную идентичность. Николай Максимович напомнил:
«В России балету учат дольше, чем существуют некоторые государства. У нас 300 лет традиций!»
Мы — великая страна с богатейшим наследием. Почему же мы порой ведем себя в собственных театрах как случайные прохожие? Почему стесняемся требовать уважения к нашему достоянию?
Печально, что многие боятся поддержать эту инициативу, опасаясь показаться «несовременными». Но быть современным — не значит быть небрежным. Это значит уметь ценить свое достоинство и труд других людей.
Друзья, давайте будем честными. Театр без особой атмосферы и правил — это просто здание с креслами. Магию создаем мы с вами. И если мы приходим туда как в привокзальный буфет, то и впечатление получим соответствующее.
Я полностью поддерживаю позицию Цискаридзе. Пора возвращать театру его величие и напоминать, что культура начинается с нас самих — с нашего внешнего вида и отношения к окружающим.
А вы как считаете? Нужны ли официальные правила или пусть каждый ходит в чем хочет?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: