Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Четвёртая Среда

Оказывается, вчера была 189-я годовщина гибели Пушкина

Благодаря другу узнал такие стихи: Марк Тарловский Для чего ты дрался, барин? Для чего стрелял, курчавый? Посмотри, как снег распарен Под твоею кровью ржавой… Он томится белой пробкой В жаркой дырке пистолета, И дымится талой тропкой Из-под черного жилета. И скользят мои полозья, И, серьезный и тверёзый, Барин ждет, склонясь к березе, Санок ждет у той березы… Барин, ляг на мех соболий — Даром врут, что африкан ты, — В русском поле, в русской боли Русские же секунданты… Господи, да что же это! Нешто, раненому в пузо, Уходить тебе со света Через подлого француза?.. Мы возьмем тебя под мышки, Мы уложим, мы покроем, Мы споем, как пел ты в книжке: «Мчатся бесы рой за роем…» Бей, копыто, по настилу, Мчись, обида, через Мойку — И накидывайся с тылу На беспомощную тройку! А пока — за чаркой бойкой, Подперев дворец хрустальный, В тесной будке с судомойкой Забавляется квартальный, И не чуют — эх, мещане! — Что драчун на Коломяге Пишет кровью завещанье По сугробистой бумаге! 1927 Всем

Оказывается, вчера была 189-я годовщина гибели Пушкина. Благодаря другу узнал такие стихи:

Марк Тарловский

Для чего ты дрался, барин?

Для чего стрелял, курчавый?

Посмотри, как снег распарен

Под твоею кровью ржавой…

Он томится белой пробкой

В жаркой дырке пистолета,

И дымится талой тропкой

Из-под черного жилета.

И скользят мои полозья,

И, серьезный и тверёзый,

Барин ждет, склонясь к березе,

Санок ждет у той березы…

Барин, ляг на мех соболий —

Даром врут, что африкан ты, —

В русском поле, в русской боли

Русские же секунданты…

Господи, да что же это!

Нешто, раненому в пузо,

Уходить тебе со света

Через подлого француза?..

Мы возьмем тебя под мышки,

Мы уложим, мы покроем,

Мы споем, как пел ты в книжке:

«Мчатся бесы рой за роем…»

Бей, копыто, по настилу,

Мчись, обида, через Мойку —

И накидывайся с тылу

На беспомощную тройку!

А пока — за чаркой бойкой,

Подперев дворец хрустальный,

В тесной будке с судомойкой

Забавляется квартальный,

И не чуют — эх, мещане! —

Что драчун на Коломяге

Пишет кровью завещанье

По сугробистой бумаге!

1927

Всем благополучного дня, друзья-средовцы!