Отца Иоанна (Крестьянкина) называли «всероссийским старцем» -ему открывалась воля Божия о людях, чему имеются многие десятки свидетельств

Отца Иоанна (Крестьянкина) называли «всероссийским старцем» -ему открывалась воля Божия о людях, чему имеются многие десятки свидетельств, он был исповедником, претерпевшим при советской власти тюрьму, пытки, лагерь, несколько раз был при смерти. Оставил после себя вдохновенные проповеди, записанные на видео и аудио пленку, несколько замечательных книг, в том числе «Опыт построения исповеди», с которой многие люди поколения 1970-х гг. начали путь к вере.

«До 14 лет я не встречал ни одного неверующего человека», - признавался отец Иоанн. Родился он 29 марта (11 апреля по новому стилю) 1910 г. в семье орловских мещан Михаила Дмитриевича и Елизаветы Иларионовны Крестьянкиных и был восьмым ребенком.

Отец Вани умер, когда мальчику было два года, и воспитывала его в основном мама, которой чем могли помогали родственники, в том числе Ванин дядя, купец Иван Александрович Москвитин. До 1917 г. Ваня безвыездно жил в Орле, с 6 лет прислуживал в церкви. Закончил курсы, работал бухгалтером. В 1932 г. уехал в Москву. Служил псаломщиком в храме Рождества Христова в Измайлове.

1950 г. отец Иоанн заканчивал Московскую духовную академию в Троице-Сергиевой лавре и писал кандидатскую диссертацию о преподобном Серафиме Саровском. Защитить ее не пришлось. В ночь с 29 на 30 апреля в его квартиру нагрянули следователи, а самого отца Иоанна увезли на Лубянку.

Отца Иоанна арестовали по доносу, написанному настоятелем, регентом и протодиаконом храма, где он служил. С частью обвинений, предъявленных ему, батюшка даже согласился. Например, он не отрицал, что вокруг него собираются молодые люди, прогонять которых он как пастырь не считал себя вправе, и что он не благословляет их вступать в комсомол, ведь это организация атеистическая. Отрицал он лишь свое предполагаемое участие в антисоветской агитации: «деятельность подобного рода» его как священника совсем не интересовала.

Следующие пять лет отец Иоанн провел в тюрьмах и лагерях, а вернулся с перебитыми пальцами на левой руке и в предынфарктном состоянии. «Господь перевел меня на другое послушание», - говорил он о своем заключении. Но именно это время, проведенное сначала в одиночной камере на Лубянке, потом в Лефортовской тюрьме (и там, и там его много допрашивали и пытали), затем в холодных бараках лагеря строгого режима на разъезде Черная речка (Архангельский край) и, наконец, в инвалидном лагерном поселении под Самарой он называл едва ли не самым счастливым в своей жизни. «Там Бог близко», – объяснял отец Иоанн. И еще – «там была настоящая молитва, теперь такой молитвы у меня нет».

Освободили отца Иоанна на Сретение Господне, 15 февраля 1955 г., но глаз так и не спускали, так что риск вернуться в тюрьму никогда по-настоящему не исчезал. Однажды это почти случилось. Весной 1956 г., когда батюшка уже почти год как служил в Троицком кафедральном соборе Пскова, его невзлюбили местные власти и уполномоченный – за долгие проповеди и за то, что он благоустроил собор, рассказывает протоиерей Олег Тэор. Однажды отца Иоанна предупредили: «В одну ночь собирайтесь и уезжайте, иначе попадете туда, где уже были». Батюшка послушался, и, как выяснилось вскоре, не зря: его уже готовились арестовать, приписав расхищение государственного имущества.

Спустя много десятков лет к насельнику Псково-Печерского монастыря иеромонаху Рафаилу приехал племянник, скрываясь от милиции, которая разыскивала его по ложному подозрению. Подростка привели к отцу Иоанну, и тот подтвердил: в преступлении, которое приписывают пареньку, он невиновен, но в тюрьме посидеть все-таки придется. После получасовой исповеди паренек и сам смирился с этой мыслью, но все же спросил батюшку: «а как вести себя в тюрьме?». И услышал: «Все просто – не верь, не бойся, не проси. А главное – молись». (См. « Несвятые святые» Тихон Шевкунов).