«Расцветай под солнцем, Грузия моя!»
Нынешний год для Грузии — время знаковых юбилеев. 25 февраля — 105-летие советизации республики. Когда-то в 1981 году ГССР с помпой отмечала 60-летие «победы Советской власти и образования республиканской Компартии». По этому случаю визит генсека Леонида Брежнева (1906–1982) в Тбилиси перенесли на тёплый май.
Некоторые конспирологи усматривали в этом «фигу в кармане» грузинского руководства. Мол, де устроили торжества в канун провозглашения Первой республики. Республиканский официоз «Заря Востока» откликнулась на юбилей передовицей «Идти дальше, идти уверенней». Впрочем, до своего 70-летия ГССР не дожила. 9 апреля 1991 года (35-летие!) Верховный Совет Грузии принял Акт «О восстановлении государственной независимости», официально провозгласив выход из СССР.
В наши дни советизацию Грузии принято называть «оккупацией». Хотя стоило бы обратить внимание, что в этом проекте решающую роль сыграли грузинские (!) большевики Иосиф Сталин (Джугашвили) (1878–1953), Григорий (Серго) Орджоникидзе (1866–1937) и Филипп Махарадзе (1868–1941). Сама же «гуманитарная интервенция» 11-й Красной армии имела успех после восстания местных коммунистов в Борчалинском и Ахалкалакском уездах Грузии.
Добавим к этому, что лидеры Первой республики (1918–1921 гг.) были социал-демократами, то есть начинали когда-то вместе с т. Лениным (1870–1924) и К. Да, они прошли стадию «национализации», но карьеру делали в Российской империи, иногда оппонируя ей, а иногда и кооперируя с ней же (избираясь гласными городских дум или депутатами Госдумы). Таким образом, и левые настроения были разлиты в грузинской среде, и уровень интеграции с Россией под разными флагами и цветами имелся достаточный.
В конце 1980-х — начале 1990-х гг. Грузия была среди первопроходцев советского распада. Но интересный парадокс! В республике до сих пор антисоветизм причудливым образом сочетается с остаточным сталинским культом. Тот факт, что СССР в течение трёх десятилетий возглавлял этнический грузин, ставил Грузию на особое место в «братской семье народов». Именно в сталинский период в Абхазии с наибольшей интенсивностью проводилась политика языковой грузинизации, а в советском ареопаге этнические грузины вроде Лаврентия Берия (1899–1953) были ключевыми управленцами.
Авторитетные биографы Сталина, такие как Стивен Коткин и Рональд Суни, отмечали влияние грузинского национального контекста на этого политика. Оба призывали не абсолютизировать этнический фактор, подчеркивали сталинскую уникальность (грузин много, а «вождь» — единственный в своём роде). Но из песни слов не выкинешь! В книге «Писатель Сталин» израильского литературоведа Михаила Вайскопфа показан «синтез гор и подполья» как источник образов и вдохновения для самого известного уроженца города Гори.
Как бы то ни было, но «развод» с СССР для Грузии начался с расстрела сталинистской демонстрации в Тбилиси в марте 1956 года (ещё один юбилей!). ГССР в массе своей выступила против решений XX съезда КПСС. Именно тогда неформальный «контракт» Тбилиси и Москвы затрещал по всем швам. Социолог Георгий Нижарадзе говорил о том, что Грузия продемонстрировала блестящую способность «адаптироваться» под СССР.
Ведь и после смерти «вождя» в 1957–1989 годах должность секретаря Президиума Верховного Совета СССР поочередно занимали уроженцы Грузии Михаил Георгадзе (1912–1982) и Тенгиз Ментешашвили (1928–2016). В то самое время, когда в Тбилиси уже вовсю звучали требования выхода из состава Советского Союза, во главе Министерства иностранных дел СССР стоял Эдуард Шеварднадзе (1928–2014), занявший этот пост после 13 лет пребывания в должности руководителя республиканской парторганизации.
Но как только советский режим неожиданно зашатался и вблизи замерцал призрак независимой Грузии, это вызвало в нашем обществе большой энтузиазм… Хотя наблюдательный человек заметил бы, что идею свободы в Грузии понимали весьма специфически, а именно — как замену одного плохого хозяина другим, хорошим. Лучше Георгия Нижарадзе и не скажешь! (@DonskoyCossack)
