Этот текст не о потерях. Он о людях. Родных и не очень. О тех, с кем, помимо врачей, сводила меня жизнь в те 13 лет ожидания.
«Виноваты сами»
В 2015 году мы рассказали родственникам о беременности уже после потери. И... получили ноль сочувствия. Конечно, у каждого своя жизнь. Не обязаны. Но я навсегда запомнила письмо от наших «обеспеченных» родных: «Виноваты сами. Нужно было обращаться к нам. Мы бы помогли». Это прозвучало как пощёчина. Как пнуть умирающего и вместо помощи сказать: «Чего разлёгся? Надо было лучше за здоровьем следить».
Помощь, которой не было
Но всё же я запомнила эти слова и обратилась, когда мне понадобился для лечения заграничный препарат. У авторов письма как раз была запланирована поездка в Европу по делам бизнеса. Мать уверяла: «Они помогут, это не просто слова».
Наступив на горло собственному достоинству, я попросила. Получила согласие «конечно, без проблем», а потом — отказ через третье лицо.
Помогать или нет — личный выбор. Но честнее было бы не давать надежду. И не писать «мы бы помогли», когда помощь уже не требовалась. Осуждаю ли я? Нет. Обижаюсь? Нет. Но эти люди стали для меня чужими.
А кто помог? Совершенно посторонний человек. Он купил препарат за свои деньги и привёз в Россию. Вот так оказалось, что «чужие» бывают милосерднее и человечнее «своих».
Дело о продажном адвокате
Вы уже знаете, что я прошла через суды с больницей. Это требовало огромных расходов. Первого адвоката «по медицинским делам» я нашла в интернете. Заплатила большие деньги за консультацию, привезла оригиналы историй болезни для ознакомления...
А потом узнала, что он позвонил в ту самую больницу и договорился о сотрудничестве. Взял деньги с обеих сторон, а мои оригиналы документов — присвоил. Вот так люди наживаются на чужом горе.
«Не благодарите...»
Мы сменили адвоката, но финансовое положение стало грустным. Услуги защитника в таких делах стоят дорого: 50 000 за одно заседание + 70 000 за экспертизу. Да, суд вернул деньги. Но это было потом. А тогда мы попросили одолжить «богатых» родственников.
Мне дали 1 000 рублей со словами: «Это последнее. Не благодарите. Отдавать не надо». Лучше бы не давали ничего. Если уважаешь человека, то смотришь на него как на равного, а не с позиции сытого. Это тысяча была не помощью, а способом подчеркнуть наше унижение.
Между самоуважением и безразличием
Мне говорят: нужно прощать. Но вычеркнуть из жизни тех, кто добивал тебя в моменты слабости — вопрос самоуважения. Моё прощение — это безразличие. Теперь у каждого из нас своя дорога.
Кто я после этого? Злопамятный родственник или человек, пытающийся сохранить достоинство? Пусть каждый решает сам. Но я вынесла главный урок: тихая помощь незнакомца весит больше, чем громкие обещания родных.
Начало истории: «Зачем было так тянуть?» Первая потеря на пути к чуду.
Предыдущая глава: Памятник Врачу, памятник Матери. Жизни, которых могло не быть.
Статья носит личный характер и отражает субъективный опыт автора.