На фоне структурной перестройки лесопромышленного комплекса — переориентации рынков, логистики и производственных цепочек — смежные отрасли проходят похожий путь. Один из наиболее чувствительных сегментов — питомниководство и снабжение садовых центров. Но если отрасль декоративных растений уже вслух говорит о своих болевых точках, то лес стоит где-то за кадром. Хотя проблемы — зеркальные.
Питомники: где мы уже заместили импорт, а где — даже не начинали
Об этом на I Международном форуме зелёной отрасли рассказал Валерий Потеха, коммерческий директор ООО «СПР» (Садово-парковые растения).
Ключевая проблема — зависимость от первичного посадочного материала. Есть культуры, которые не являются аборигенными для России, и сеянцы приходится закупать в Европе.
По его оценке, по видовым хвойным уровень импортозамещения составляет порядка 70–80%. Значительная часть продукции уже доращивается внутри страны: питомники либо закупают сеянцы и доводят их до товарного размера, либо работают через партнёрские сети.
В сегменте вегетативного размножения (туи, можжевельники, кипарисовики) произошёл заметный прогресс:
Лет 10 назад приходилось покупать даже небольшие объёмы в Европе. Сейчас по трёшке, на мой взгляд, практически закрылись.
Южные регионы, по его словам, демонстрируют серьёзный рост по объёму и качеству производства. Для садовых центров, где требуются сотни одинаковых растений в стабильном товарном размере, это критически важно.
Однако картина — как лоскутное одеяло:
- 0% по летникам без импортных семян и черенков;
- высокая зависимость по сортовым хвойным — до 95% импортных прививок;
- при этом по плодово-ягодным — «идеальная картина»;
- лиственные кустарники — сегмент с доминированием отечественного производства.
И здесь эксперты единодушны:
С хорошими крупномерами в России дела обстоят неважно, особенно — в сегменте плодовых деревьев. Те, что есть, измеряются штуками, а не десятками» . А ещё — «когда мы считаем, сколько стоит закупить действительно хорошие большие растения у наших российских коллег, то выходит, что из Европы привезти дешевле.
Знакомый аргумент, правда? В лесной технике мы слышим то же самое.
Параллель с ЛПК — не натяжка. Она лежит на поверхности.
Текущую ситуацию в отрасли одни называют системным кризисом, другие — структурной перестройкой . Но цифры упрямы: заготовка круглых лесоматериалов в европейской части России снизилась на 15% к 2021 году, а в СЗФО — почти на 25% .
Почему? Причины те же, что и у питомниководов:
- Запредельная зависимость от импортной техники. До 2022 года доля John Deere, Ponsse и Komatsu на рынке лесозаготовительного оборудования достигала 80–90% .
- Отсутствие собственного серийного производства сложных узлов.
- Рост себестоимости, опережающий официальную инфляцию.
- Высокая стоимость финансирования и кредитов.
Как следствие — даже текущий уровень цен на круглый лес не покрывает себестоимости его заготовки.
Триумвират отечественной техники: что мы научились делать за четыре года
И всё же 2025 год стал переломным. Не потому, что импорт вернулся — он не вернётся. А потому, что у отрасли закончились варианты.
Харвестерные головки
В ноябре 2025 года в Архангельске запущено первое в России серийное производство. Компания «Арктик Индастри» построила цех мощностью до 200 единиц в год .
Головка Logger H405 — собственная разработка инженеров «Трактородетали». Она валит лес диаметром до 710 мм и прошла полноценные полевые испытания . Это не прототип, не выставочный образец. Это — конвейер.
Лесовозы для бездорожья
Сургутский завод «Тром» в конце 2025 года анонсировал «Тром 20 Лесовоз» . Машина на колёсах низкого давления, способная вывозить лес с промежуточных складов там, где «Уралы» вязнут в болоте.
«Сначала в дело вступает харвестер, затем форвардер везёт лес на склад. Дальше — Тром 20. Он забирает груз и доставляет его до шоссе», — поясняют в департаменте промышленности Югры .
Ранее завод уже показывал плавающий форвардер «Тром 20» грузоподъёмностью 15 тонн с 95% российских комплектующих.
Линии сортировки
АО «Промышленные технологии» из Северодвинска спроектировало и изготовило первый отечественный образец линии сортировки пиломатериалов. Систему управления разработала компания «Автоматика-Вектор» . Проект уже рассматривают как базу для серийного производства.
Дроны вместо авиации
Рослесхоз с 2026 года берёт курс на поэтапный отказ от традиционного авиапатрулирования в пользу отечественных БПЛА .
«Самолёт — дорогое удовольствие, бюджетные средства уходят авиакомпаниям. Наша задача — перенаправить ресурсы на развитие собственных технологических компетенций», — заявил глава ведомства Иван Советников .
По его оценке, в ряде регионов до трети маршрутов можно безболезненно заменить дронами.
Уход Ponsse: потеря или возможность?
28 июня 2022 года финская Ponsse Plc подписала договор о продаже 100% российской «дочки» хабаровскому дилеру «Бизон» .
Для компании, на Россию и Белоруссию в 2021 году приходилось около 20% совокупных продаж, это было болезненным решением . Но вопрос не в том, кому стало хуже — Ponsse или российскому рынку. Вопрос в том, кто быстрее адаптируется.
Сейчас, оглядываясь назад, можно сказать: уход европейцев оголил проблему, которую десятилетиями замазывали импортными поставками. Мы оказались в ситуации, где нет выбора — и это парадоксальным образом сняло психологический барьер.
«Мы не ставим себе задачу достичь 100% замещения, потому что мы говорим о выборе. Но у отечественных производителей должна быть „золотая акция“ — возможность полностью обеспечить наш рынок, если это понадобится», — эту фразу директора департамента Минсельхоза Марии Новиковой, сказанную в 2025 году, можно считать идеологией всего технологического импортозамещения.
Вечно покупать у других — нельзя. На чужих надейся, а сам — не плошай.
Государство: от деклараций к точечной поддержке
К концу 2025 года стало очевидно: отрасль не вывезет перестройку в одиночку.
В декабре 2025 года Госдума приняла к рассмотрению резонансный законопроект архангельских депутатов об установлении для арендаторов фактического объёма заготовки не ниже 70% от допустимого за 4 года . Идея — стимулировать рациональное использование лесов. Но бизнес отреагировал мгновенно.
ЛПК Shelon направил письмо главе комитета Госдумы по экологии Дмитрию Кобылкину с предложением ввести понятие «сырьё преимущественной заготовки» — необходимый рынку объём, дифференцированный по регионам .
Segezha Group вернулась к идее моратория на изменение принципов расчёта арендной платы . В ГК «Илим» предложили определять эффективность освоения только по спелым и перестойным насаждениям: 50% для хвойных, 30% — для мягколиственных .
Вице-президент Segezha Group Николай Иванов резюмировал:
Нельзя формально подходить к оценке деятельности компаний по признаку неосвоения лесосек. Вместо дополнительных рисков нужны стабильные и предсказуемые условия лесопользования.
Параллельно Минпромторг, оценивая глубину падения, включил лесопромышленный комплекс в перечень приоритетных отраслей, получающих господдержку . Замминистра Михаил Юрин обозначил конкретные запросы: отмена вывозной пошлины на пиломатериалы естественной влажности, расширение пунктов пропуска на границах, доступ арендаторов к полезным ископаемым для строительства лесных дорог .
«Один из ключевых посылов, который есть у отрасли, и мы его разделяем, — необходимо понимание, какая в следующие 5-10 лет будет регуляторика, фискальная нагрузка, тарифная политика», — заявил Юрин на заседании совета по развитию лесного комплекса при Совете Федерации .
Лесные питомники: история про тишину
И вот здесь мы возвращаемся к тому, с чего начали.
Декоративное питомниководство — шумное, публичное, с форумами и пресс-релизами — вытащило свои проблемы на свет. Лесопитомники пока молчат. Хотя ситуация у них — не просто схожая, а более критичная.
У нас нет отечественных аллейных деревьев — это печально, но не смертельно. А вот отсутствие унифицированной системы прослеживаемости сеянцев для лесовосстановления — это прямая угроза нацпроекту «Экологическое благополучие» и планам по восстановлению миллионов гектаров леса.
В Архангельской области, например, действует 13 лесных питомников и лесосеменной центр, ежегодно выращивающие до 20 млн сеянцев . Архангельский ЦБК в 2026 году планирует переработать 10 тонн шишек и получить 150–200 кг семян для создания страхового запаса . 100% его сеянцев — с закрытой корневой системой, что повышает приживаемость и продлевает сроки посадки .
Это — передовой край. Но вопросов больше, чем ответов.
Откуда взялся каждый конкретный сеянец? Каково его генетическое качество? Соответствует ли он заявленной породе? Сегодня ответить на эти вопросы по всей цепочке — от семени до леса — практически невозможно. Пока эти инициативы, по словам участников рынка, наталкиваются на сопротивление регуляторов, считающих введение дополнительных мер избыточным.
Вместо заключения хочется сказать
Импортозамещение в ЛПК и питомниководстве развивается по одному сценарию:
- Простые сегменты (базовые кустарники, форвардеры, пиломатериалы) — мы уже закрываем или близки к этому.
- Сложные сегменты (сортовые хвойные, харвестерные головки, селекция, крупномеры) — отставание сохраняется, но горизонт 3–5 лет, о котором говорят эксперты, — уже не надежда, а план.
Архангельский цех харвестерных головок и сургутский «Тром 20 Лесовоз» — ровесники. Они запущены почти одновременно, в конце 2025 года. Их разделяют тысячи километров, разная специализация и разный масштаб инвестиций. Но их объединяет главное: они есть. Они работают. И через три года мы уже не вспомним, каково это — ждать запчасти из Европы.
А что лесные питомники? Они всё ещё ждут своего «Трома» — понятной системы сертификации и прослеживаемости, которая отсечёт недобросовестных и даст дорогу качеству.
Форум зелёной отрасли поднял важную тему, вытащив на свет боль декоративного сектора. Но получится ли перевести этот разговор с клумб на лесопосадки — вопрос, который пока остаётся без ответа.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал «ЛЕСОWEEK», где мы ежедневно анализируем, как решения чиновников и тренды рынка меняют правила игры в лесном бизнесе