Среди чемпионов UFC, особенно той его поры, когда каждая «битва» была
событием и не обозначалась трёхзначным номером, когда не надо было
долго объяснять, кто на площадке, персона Дэниела Ди Уйна Северна
всё-таки является одной из самых ярких. Конечно, известностью он
уступает нашему легендарному Фёдору Емельяненко, но быть одним из первых
это тяжкий труд. Причём, когда публике тебя представили как чемпиона не
в конкретном единоборстве, а в универсальном, где предполагается, что
ты умеешь всё. Или почти всё.
Дэн Северн сам про себя говорит, что он не американец. Американцы, по его мнению, это индейцы. Он же родом из Мичигана, как и его родители. Мичиган довольно-таки крупный и значимый штат (достаточно сказать, что в нём находится Детройт). Название происходит от индейского словосочетания «mishigama», означающего «большое озеро». Но родители имеют европейские корни — мать шотландские, а отец целый коктейль, где присутствуют и немецкие, и французские, и даже канадские. Про русские не известно ничего. Если честно, то жаль.
Своей карьерой в мире смешанных единоборств Дэн обязан, наверное, двум
ключевым моментам. Первое — серьёзным достижениям в борьбе, и второе —
друзьям. Именно они «затащили» его в мир UFC.
Северн был первым серьёзным борцом, спортсменом мирового класса, выступившим в UFC. Можно сказать, что именно он открыл борцам двери в бывшую безраздельную вотчину «ударников». Ему мы обязаны громким появлением таких спортсменов, как Дон Фрай (UFC 8) и Марк Коулман (UFC 10 и 11). Сам Дэн появился в UFC в 1994 году (UFC 4) и практически сразу запомнился
публике своими ошеломляющими бросками. Так борьба вновь завоевала
серьёзное уважение у любителей единоборств.
В 1995 году в рамках турнира Ultimate Ultimate, где встретились чемпионы UFC с чемпионами смешанных единоборств, Дэн Северн за один день победил таких знаковых бойцов, как Дэвида «Тэнк» Эббота, Пола Вареланса и Олега Тактарова.
Давайте ещё раз коротко вспомним достижения этого уникального спортсмена.
Борьба:
- Член зала славы борьбы университета штата Аризона;
- Финалист летних Олимпийских игр 1980 года;
- 13-кратный чемпион национальных чемпионатов AAU по борьбе с 1982 по 1994 годы;
- Финалист летних Олимпийских игр 1984 года;
- Победитель Кубка Канады 1985 года;
- Финалист летних Олимпийских игр 1988 года.
Смешанные единоборства:
- Чемпион Elite-1 MMA в супертяжелом весе;
- Чемпион Continental Freefighting Alliance в супертяжёлом весе;
- Чемпион Gladiator Challenge в супертяжёлом весе;
- Undefeated in Danger Zone single bout competition;
- Победитель турнира UFC 5;
- Победитель турнира Ultimate Ultimate 1995 года;
- Победитель супербоя UFC;
- Второе место на турнире UFC 4;
- Член Зала славы UFC;
- Приз зрительских симпатий UFC.
Рестлинг:
- Чемпион GAME в супертяжелом весе (1 раз);
- Чемпион GWA в супертяжелом весе (3 раза);
- Чемпион NCW в супертяжелом весе (1 раз);
- Чемпион Великобритании в супертяжелом весе NWA (1 раз);
- Чемпион мира в тяжёлом весе NWA (2 раза);
- Чемпион PoG в супертяжелом весе (1 раз).
В общем, говорить о таком серьёзном явлении в мире единоборств как
грандмастер Северн нужно с громадным уважением и искренне радоваться
тому, что он согласился войти в редакционную коллегию «Будо Глобал».
Дэн Северн, точнее Дэниел Ди Уэйн Северн, Дэн «Зверь» Северн, а ещё точнее
Dan «The Beast Severn» — первый, и пока единственный спортсмен,
одновременно участвовавший в UFC (Ultimate Fighting Championship) и в
WWF (World Wrestling Federation), являвшийся чемпионом в NWA (National
Wrestling Alliance) и в UFC. Мне повезло с ним познакомиться приличное
время назад, ещё в начале девяностых, но получше удалось его узнать в
последние лет десять. Выдающийся спортсмен (при росте в 188 см имеет вес 115 кг), обаятельный и добродушный человек, без всяких признаков
зазнайства. Сколько мы с ним ни общались, сколько с ним ни общались мои
друзья, он всегда оставался ровным, благожелательным и очень отзывчивым
человеком. Таких людей, к сожалению, не так много. Будем считать его
примером. Давно хотел взять у него интервью, но как-то не получалось. И
наконец, свершилось!
Николай Смирнов: Дэн, наконец-то нам удалось выйти на связь. Давай воспользуемся возможностями техники и я всё-таки возьму у тебя интервью.
Дэн Северн: Хочу повторить — современные технологии нельзя назвать моими друзьями (смеётся).
НС: Понял, но коли есть возможность, давай перейдём к интервью, как я и грозился.
ДС: Давай, время идёт неумолимо. Видишь, цвет моих волос меняется, увы.
НС: Тебе можно сказать везёт. У меня они просто как-то начали исчезать.
Жалко, конечно. А ты говоришь — цвет. Цвет не важен — главное, что они
есть. Кстати, может это свидетельство приходящей мудрости? Знак того,
что мы просто становимся умнее.
ДС: Слушай, похоже на то. Теперь я так всем буду отвечать. Ну, ладно, я рад, что нам, наконец, удалось поговорить. Мы уже давно с тобой только переписываемся, и то по праздникам.
НС: Итак, первый вопрос: в какой семье и когда ты родился?
ДС: Я родом из Мичигана. Отец и мать также родом из Мичигана. Но, как и
большинство американцев, я эдакая смесь. Мама по крови шотландка, а у
отца корни и немецкие, и французские, и канадские, да и много чего там
ещё.
НС: То есть, ты не американец?!
ДС: Да (смеётся), так американцы это только американские индейцы, остальные
пристроились. Да, и вот этот не американец, родился в июне 1959 года.
Мне уже плотно за шестьдесят. Вроде немало, но сейчас многое в жизни
поменялось. Порой я чувствую себя совсем молодым человеком, и вынужден
сам себе напоминать, что это не совсем так: «Стоп Дэн, ты всё-таки не
такой уже молодой!»
НС: С этим выяснили. А вот скажи, кто-нибудь в твоей семье был как-то связан со спортом?
ДС: Знаешь, все мои братья и сёстры были связаны со спортом.
НС: А сколько их у тебя?
ДС: У меня четыре брата и три сестры. Я второй по старшинству. Братья все
занимались борьбой, и весьма неплохо. Все они поступили в университет по
спортивному набору, со спортивной стипендией и успешно его закончили.
Так что скажу про себя и про них так — да, я спортсмен, но с мозгами.
НС: Подожди, подожди — а сёстры тоже занимались борьбой?
ДС: Знаешь, это было более двадцати лет назад, тогда женщины ещё не
заходили так активно в «мужские» виды спорта. Но вот мою младшую сестру
это уже коснулось — она занималась борьбой.
НС: Кто всё-таки тебя привёл в спорт, и в какой?
ДС: Я бы сказал, что это был мой старший брат Дейв. Он как раз и начал
заниматься борьбой. Я же в то время занимался баскетболом, это было в
седьмом классе, в 1969 году. В баскетболе у меня не очень получалось, и
на матчах в основном приходилось сидеть на скамейке. Так случилось, что
брат с приятелями подошли ко мне с предложением выступить в соревнованиях по борьбе. Была эпидемия гриппа и у них в команде была нехватка спортсменов как раз в моей весовой категории. Я был сильным парнем, правда, до этого боролся всего два раза со своими приятелями. Но поборол их! (смеётся). Короче, меня уговорили, я выступил и неожиданно победил. Мне вообще понравилось выступать, а не сидеть на скамейке.
НС: Понятно. А вот скажи, ты играл в американский футбол?
ДС: Да! И скажу тебе честно, и только между нами — мне американский футбол
нравится больше, чем борьба! Но надо учесть, что это командная игра, где
результат матча зависит от каждого члена команды, от сыгранности,
взаимопонимания и доверия друг другу. В борьбе ты один. Даже если твоя
команда проиграла, лично ты можешь выиграть.Мы часто играли на
тренировках по борьбе и в европейский футбол, соккер. Но как по мне, это
было больше как кардио, такая специфическая нагрузка. Американский
футбол очень контактный вид спорта, и гораздо жёстче, чем европейский. В
чём-то он схож с борьбой.
НС: Когда ты начал выступать в ММА?
ДС: Понимаешь, термин ММА не был известен до 2005 или 2006 года. Ещё в
школе я начал заниматься греко-римской борьбой, дзюдо, самбо, а чуть
позже и джиу-джитцу. Это сильно помогало мне на соревнованиях.
Действительно сильно. Судите сами:
Дэн Северн провёл более 127 боёв мирового уровня, одержав 101 победу и
зафиксировав 7 ничьих. В любительской борьбе дважды становился
национальным чемпионом Америки по среди университетов по борьбе,
двукратный чемпион мира по рестлингу, двукратный чемпион мира в тяжёлом весе в NWA (National Wrestling Alliance), единственный трёхкратный чемпион UFC в истории. Многократно отмечен наградами Залов славы борьбы и боевых искусств. До появления ММА бои проводились с требованием не кусаться и без всяких весовых категорий. Они предшествовали спорту ММА и на них смотрели больше не как на спорт, а как на развлечение для публики.
НС: Когда ты получил своё первое предложение на UFC?
ДС: Это был UFC номер четыре. Честно говоря, до этого предложения я даже не
был в курсе, что такое существует. Интернет тогда был не развит,
рекламы было не так много. Сотовые телефоны в то время были совсем не
такими, без экранов с видео, и люди наблюдали яркие события благодаря
платным каналам телевидения. Мы жили, можно сказать, в захолустье, и не
наблюдали этих каналов. Я вообще об этих соревнованиях ничего не слышал,
но мой друг смотрел первые серии UFC и исхитрился записать их на
видеокассеты. Он притащил их ко мне, мы стали смотреть и видели эти
вылетающие зубы, летающие ноги. Смотрю, ну не моё, а друг твердит —
смотри, вот этот из джиу-джитцу, этот тоже вроде борец, твоя же тема! Я
посмотрел и думаю — так, ударить себя не дам, буду сбивать ладонями их
атаки, начну клинчевать, а там уже заломаю. Даже когда я приходил в
ярость во время схватки, старался не бить кулаками, не моё, не умею
делать это хорошо и сильно, но сблизившись после клинча мы переходили в
борьбу! Здравствуйте, здесь вы уже в моём мире!
НС: Всё-таки, как они тебя позвали?
ДС: Была такая женщина Фила Слей, которая много кого пригласила из
профессиональных атлетов участвовать в этих поединках. Я серьёзно
занимался борьбой, провёл немало поединков и в США, и в других странах,
стал чемпионом на многих соревнованиях. Фила мне звонила много раз, и в
конце концов я согласился. Ещё там присутствовал хороший борец Даг Фрай,
мой бывший ученик, который приоткрыл эту дверь для многих, и в том
числе для меня. Вот, можно сказать, они вдвоём меня и втравили в UFC.
Тогда это только начинало развиваться, и народ потихоньку принялся
входить в это дело.
НС: Ты тогда встретился с Тактаровым?
ДС: Подожди… Нет, мы с ним бились на пятом UFC, а в четвёртом я в финале
проиграл Грейси. Это было очень тяжело, но ожидаемо. Дело в том,
Николай, что к этому турниру я готовился всего пять дней. Представляешь?! Так получилось. Несколько серьёзных поединков за один вечер! Очень тяжело! Посмотри на сегодняшних спортсменов. Между боями у них иногда проходит по 4-6 месяцев, которые идут на подготовку. Я же был так занят в то время, что мог уделять только по полтора часа в день на подготовку к этому турниру, и удалось выкроить всего пять дней. В партнёры я взял себе двух профессиональных борцов, которые атаковали меня ударами в боксёрских перчатках, пытались бить ногами, и, конечно, исполнять всякие удушения и болевые. Тренируясь с ними я старался делать как можно больше приёмов, запрещённых в любительской борьбе. Короче, если честно, это была комедия, а не подготовка. Ребятам, с которыми я тренировался, не очень нравилось находиться со мной в ринге, и иногда они бросались друг в друга боксёрскими перчатками, выясняя, чья очередь выходить со мной биться. В результате, выходя на первый турнир, я не умел бить руками и ногами, соответственно, плохо понимал, как от таких ударов защищаться, и имел очень туманное представление о техниках, запрещённых в любительской борьбе. Такое у меня было начало в ММА. Было непросто.
НС: Кто дал тебе прозвище «Зверь»?
ДС: Это был легенда американского футбола по имени Джим Браун, он освещал
поединки как ведущий. История забавная. Дело в том, что когда я появился
на предварительной пресс-конференции, на мне был классический чёрный
костюм, белая рубашка с галстуком и чёрные очки. Все решили, что я
чей-то менеджер, вежливый и аккуратный. Когда же настала пора заходить в
клетку, всё изменилось — я вёл себя очень агрессивно. Произошло
превращение как в истории доктора Джекила и мистера Хайда. В клетку
заходил зверь. Контраст был разительным. Поэтому Джим так и назвал меня,
и это прозвище прижилось.
НС: Даже я помню этот контраст. Когда мы первый раз встретились с тобой в Пенсильвании, не помню, у Кэнслера или Пласко, по-моему, в 1992 году, ты вначале был в костюме и выглядел очень приличным человеком.
ДС: А ты думал?! (смеётся).
НС: Ты помнишь свой первый бой в октагоне?
ДС: Да, конечно. Моим противником был Энтони Масиас. Все ждали ударных
техник, руки там, ноги, локти. Я же решил по-другому. До этого у них там, в октагоне, никто не делал суплекс.
Суплес (фр. souplesse — гибкость, мягкость), также суплекс (англ. suplex) — бросок в спортивной борьбе. В современном русском языке чаще употребляется термин «бросок прогибом». Бросок выполняется в падении, с помощью прогиба атакующим своего туловища назад.
Такой амплитудный бросок изобразил. Когда я его кинул, все замерли. Он же исхитрился встать после броска и ещё постарался ударить меня в голову локтем. Не очень сильно, но кожу рассёк. Тут я озверел и опять кинул его суплексом, в этот раз очень сильно. Смотрю — он весь в крови. Чувствую, у меня тоже идёт
кровь. Думаю, на нём моя или его? Толпа беснуется — он так сильно влетел
в пол, с таким грохотом, что они решили — я его убил. Оказалось — нет.
Живой, но в падении он сам себя ударил коленом в голову, отсюда и кровь у
него на лице. Кажется, тут публика ко мне стала относиться хорошо.
Кстати, почти все мои бывшие противники со временем тоже стали моими хорошими приятелями.
НС: Кто был самым трудным противником в твоей карьере?
ДС: Самыми трудными противниками для меня были хорошие борцы. Если
конкретно, это Марк Коулмэн и Олег Тактаров. С ними было тяжелее всего.
НС: Что существует в твоей жизни кроме спорта? Например, Тактаров снимается в фильмах и пишет стихи, а ты?
ДС: Николай, если, как говорят, разнообразие добавляет перца в жизнь, то я,
наверное, один из самых проперчённых людей. Я не итальянец, но специи
это моё. Я тренирую совсем маленьких и пожилых, учу тех, кто в
возрастном промежутке между ними. Учу бороться по разным правилам, в
разной одежде, в разных положениях…
НС: Погоди, это всё относится к спорту. Что-то есть вне спорта? Пишешь ли ты книги, танцуешь, поёшь?
ДС: Понял. Отвечу так — я очень люблю работать в саду. Мне нравится сажать
деревья и кусты, ухаживать за моим участком, делать его красивым,
приятным для глаз. У меня растёт масса фруктовых деревьев, сад просто
хорош.
НС: Не знаю, я у тебя в гостях ни разу не был. Ты не зовёшь.
ДС: Неправда, жду тебя в любое время, и ты сразу поймёшь, что я не зря
горжусь своим садом. Я вырос на ферме, поэтому мне нравится выращивать
разные фрукты, овощи. Это дело для меня. Вообще, мне нравится природа.
Сейчас, ты знаешь, я перебрался в Аризону, здесь очень красивые места,
растения, горы…. Ещё мне нравится, что здесь постоянно тепло. Я круглый
год хожу в шортах и футболках, вспоминая холодный Мичиган, где
приходилось очень тепло одеваться и даже очки носить во время метелей.
НС: Хорошо, уговорил, обязательно приеду. Вернёмся к спорту. Скажи, как к твоим выступлениям в ММА отнеслись родители, жена? Они пытались тебя уговорить не заниматься этим или, наоборот, вдохновляли на участие?
ДС: Ничего никто не пытался. Дело в том, что никто про турниры не знал, я
никому не говорил. Турнир смотрел мой дядя, он и позвонил отцу и
спросил: «Ты знаешь, где твой сын сейчас?!» Отец спросил: «Который?»,
потому что нас у него пятеро. Он ответил: «Твой сын Дэн». Потом он стал
пересказывать ему как всё проходит, выиграл я, проиграл, всё ли у меня
нормально со здоровьем. Когда я вернулся домой, отец просто кричал на
меня, взрослого, здорового, тридцатисемилетнего мужчину. Кричал, как на
мальчишку! Но я услышал в этом крике любовь. Неважно сколько нам лет, мы
всегда остаёмся для родителей маленькими детьми.
НС: Ты был в России… Что тебе понравилось, что — нет, чего хотелось бы изменить?
ДС: Я был в России несколько раз. Первый раз ещё в восьмидесятых. Конечно,
страна очень сильно изменилась. Я много говорил с простыми людьми. Они
везде одинаковы. Все хотят лучшей жизни своей семье, хотят иметь хорошую
работу, видеть счастливых детей. Нормальные люди не думают о том, как
бы где повоевать. Далеко не все довольны своими правительствами. Мы с
ними живём в разных измерениях. Они не знают и не представляют
реальности, в которой мы все живём, насколько тяжело нам приходится
трудиться, чтобы добиться того, что многие из них имеют с детства. Увы,
они и не хотят этого знать.
Знаешь, я расскажу тебе историю. Иногда я брал с собой детей, и мы ездили на экскурсию в Вашингтон. Во время одной из таких экскурсий гид спросил, есть ли у кого-нибудь вопросы. Все промолчали, а я, ты меня знаешь, поднял руку и спросил: «Как я могу уволить своё правительство?» Гид спросил, кто дал мне такое право. Я ответил — они, правительство, получают зарплату из моих налогов и налогов таких же людей, как я. Это же нормально? Я — босс, я их нанял, а они чего-то перепутали. Если они плохо работают, я должен иметь
возможность их уволить.
Все в автобусе меня поддержали. Отчасти отвечая на твой вопрос, скажу тебе так — то, что мы с тобой делаем, то, что делают остальные спортсмены, это самая настоящая народная дипломатия, которая во многом ценнее официальной — послать ядерную ракету туда, где живут твои знакомые и друзья, просто невозможно.
НС: Ты собираешься ещё как-то реализовываться?
ДС: В спорте — нет. Слишком много медицинских тестов. После сорока здоровье нужно очень тщательно проверять. Хотя основные травмы получаешь не на турнирах, а на тренировках.
НС: Хорошо, не буду тебя больше мучить. В заключение, последний вопрос — чтобы ты хотел пожелать нашим странам?
ДС: Нам нужно больше и честно общаться. Всё можно решить, если есть желание решать. Для этого нужно общаться, а не выставлять друг другу какие-то
требования. Нас, тех кто хочет нормальных отношений, гораздо больше, чем многим кажется. Политики должны больше работать на государства, а не на
свои амбиции.