Наша стратегическая задача — служить собственным интересам

Наша стратегическая задача — служить собственным интересам. Пока они обсуждают Гренландию, нам нужно решать проблему Украины, укреплять военную мощь и одновременно повышать уровень жизни населения. В первую очередь действия на международной арене должны работать на нас. Как говорит Трамп, его задача — чтобы вечером денег было больше, чем утром. Я бы хотел, чтобы и бабушка Маша вечером была богаче, чем утром.

Украина: о чём и с кем договариваться

— Как, на ваш взгляд, будет решаться украинский вопрос? На Западе говорят о переговорах и даже о почти достигнутых договорённостях.

— Позиция Украины проста: она обещает всё и не выполняет ничего. Я не помню ни одного договора, который она реально исполнила. Поэтому вопрос не в том, о чём мы договоримся с Киевом, а в том, о чём договоримся с американцами и смогут ли они заставить Украину выполнять договорённости.

Сегодня это возможно больше, чем раньше. Европа, которая была тормозом, тормозить перестала. Сейчас там всё чаще звучит идея "давайте делить Украину". Договариваться с Зеленским бессмысленно: он сегодня обещает одно, завтра — другое. Здесь нужно не переговоры вести, а совместными усилиями Запада и России закрывать украинскую проблему.

Юридически это крайне сложно: мы не можем отказаться от новых регионов, они не могут с этим согласиться из-за своей Конституции. Но по праву здесь тупик — ни мы, ни они уступать не будут. Нужно исходить из реальности.

— То есть конфликт нельзя просто заморозить?

— Оставить Украину в нынешнем виде — это всё равно что заключить мир с Гитлером на подступах к Берлину. Я не сторонник войны, у меня треть родственников живёт на Украине. Но такую Украину оставлять нельзя: это означает лишь одно — война будет позже и будет страшнее.

Обратима ли политика Трампа

— Многие ждут, что Трамп уйдёт и всё вернётся на круги своя. Насколько этот процесс обратим?

— В традиционном политическом смысле — обратим. Большинство американской элиты — не трамписты, а демократы в широком смысле слова, включая часть республиканцев. Система управления никуда не делась, и Трамп не может её сломать.

Но если Трамп добьётся конкретных результатов, массы, которые скорее поддерживают его, чем демократов, могут заставить и его преемников продолжать эту линию. Рядовому американцу не нужны сложные рассуждения о ценностях — ему важно, чтобы страна была сильной, а он жил лучше. Объяснить потом, почему при Трампе США росли, а без него перестали, будет непросто.

— Нам тоже было приятно, когда Крым вернули.

— Вот именно.

Совет мира и роль Европы

— Российское руководство, судя по всему, это понимает и поэтому действует осторожно. Возможно, поэтому и рассматривается участие в Совете мира?

— В Европе денег жалко, но в Совет мира они войдут. Они боятся, что их просто забудут. Европа не хочет остаться в стороне.

— России, возможно, достаточно начать с участия по палестинскому вопросу.

— Пока Совет мира, по сути, и создаётся вокруг Палестины.

Конец глобализма и новый расклад сил

— Можно ли сказать, что глобализм уходит?

— Глобализм надоел даже финансовой аристократии. Финансисты любят деньги и эффективность, а не бесконечную болтовню. Именно поэтому они в какой-то момент поддержали Трампа. Он им не нравится, они не разделяют его взглядов, но он им сейчас нужен — как тот, кто способен навести хоть какой-то порядок. А это самые влиятельные люди в США.

— Переобулись они быстро.

— Они просто надели одни ботинки на другие. Внутри — всё те же кеды.

Россия в новом мире

— Россия в этом новом мире тоже чувствует себя не так уж плохо?

— Мы — великая военная держава. С помощью ракетно-ядерных сил мы способны защитить себя. В военном плане нам бояться особенно некого.

— Есть ощущение, что руководство страны удерживает стратегический курс и поддерживает уверенность общества.

— И обоснованно. Противостоять нам всерьёз могут только американцы. Китай — великая экономическая держава, но в военно-политическом плане им ещё предстоит большая работа.