— Тебе зачем одной такая большая квартира? У тебя нет мужа, да и детей никогда не будет! — голос матери резал стеклом, разрывая тишину трёхкомнатной наследственной квартиры. Она стояла на пороге гостиной, не разувшись и не сняв пальто, осматривая просторные комнаты хозяйским взором.
Лида медленно повернулась от окна, за которым меркнул хмурый осенний вечер. Она не злилась. Она просто устала. Устала за тридцать лет настолько, что даже эта сцена казалась лишь эхом давно известной пьесы.
— Вот значит, как? — тихо спросила Лида. — Катя вышла замуж, беременна, и я должна им уступить свой дом? Ей нужна квартира, а мне нет?! А куда я должна деться по твоему мнению?
— Ко мне придешь жить! — мать выдохнула, словно делая одолжение. — В моей двушке тебе найдется место. А молодой семье тут будет хорошо, ребёнку пространство нужно. Ты же понимаешь.
— Не понимаю. Я думала, что ребёнку хватает раскладушки на кухне, — спокойно ответила Лида.
Мать отвела глаза.
-----
А начиналось всё на кухне в маминой хрущёвке, той самой кухне, где Лида провела детство и юность, чувствуя себя прислугой, а не дочерью своей матери, не членом семьи. На этой кухне она росла, здесь её детство сменялось отрочеством, а затем и юностью. Она спала на раскладушке, которую устанавливала сама себе по вечерам возле холодильника. За кухонным столом делала домашние задания, готовилась к школе. Лида рано научилась готовить, делать уборку в квартире.
Она и с младшей сестрой Катей, этим золотым ребёнком, занималась. Пока мама и отчим развлекались, пока Катюша, окутанная родительской любовью как ватой, играла, Лида драила полы.
Мать не любила её. Это был незыблемый факт, такой как течение времени.
Лидия была дитя «за.лёта», из-за которого её родители, ещё очень молодые, были вынуждены пожениться. Она оказалась не нужна ни матери, ни отцу, который ушёл из семьи, когда девочке исполнилось 3 года. Мать же стала устраивать истерики и жаловаться всем, кто соглашался её слушать, на свою жизнь и на то, что она теперь никому не нужна будет с «прицепом».
Ребёнок, требующий к себе внимания, дитя от нелюбимого мужчины, «ошибка молодости», которая навсегда осталась живым укором. Вот кем была для своей матери маленькая Лида. И мать не стеснялась в выражениях, когда кричала на дочь и обвиняла её в своей «погубленной жизни».
Когда Лиде исполнилось восемь, её мать встретила Михаила, которого не смутило наличие у любимой женщины ребёнка, он просто не замечал девочку. Мать, счастливая, что она опять выходит замуж, постаралась сделать всё, чтобы Лида стала занимать как можно меньше места в их семье. Потому, дочь была выдворена на кухню, подальше от глаз мужа.
А ещё через год родилась Катя, любимая дочка, свет в окошке. Её баловали, наряжали во всё лучшее, отдавали заниматься в кружки. Устраивали фотосессии, в надежде, что однажды Катенька будет замечена нужными людьми и станет известна.
Катя не была плохим ребёнком, просто привыкла, что все её капризы и хотелки незамедлительно исполнялись. Была она достаточно ленива и училась весьма посредственно. К старшей сестре относилась как к прислуге. Впрочем, в этом она была не одинока, вся семья так относилась к старшему ребёнку.
Лиде исполнилось восемнадцать и ей очень не хватало душевного тепла и любви. Она была миловидна и очень скромна. И, когда на неё обратил внимание Кирилл, старшекурсник в техникуме, где она училась, она приняла это за любовь и все свои нерастраченные чувства обратила на парня.
Через пару месяцев, Лида поняла, что её любовь дала свои плоды. Она очень обрадовалась и поспешила поделиться своим счастьем с любимым. Тут-то и выяснилось, что Кирилл не рассматривал Лидию в качестве долгосрочной подруги жизни. Он прямо сказал ей, что она может сделать с этим «плодом любви», а его пусть оставит в покое, так как он не намерен жениться ещё долго. И тем более не собирается связывать себя с такой скучной и привязчивой девицей. После чего забрал документы и перевёлся в техникум в другом городе.
Лида в панике призналась во всём матери.
Та лишь холодно бросила: «Какой ребёнок? Ты с ума сошла? У тебя нет ни образования, ни денег. Куда ты собираешься притащить своего нагулыша? В мою квартиру? На кухню? Не позволю! Избавляйся от него, даже не задумывайся. Потом когда-нибудь родишь, когда работа будет и жить будешь отдельно. Не хватало ещё, чтобы у Катеньки пример плохой перед глазами был. И так у неё успеваемость в школе упала, нам на репетиторов нужны деньги, а не тебя и твоего ребёнка».
И Лида пошла на аб.орт. Одна, без поддержки. На нервах, да от проживания на холодной кухне, у неё начались осложнения. А после того, как она вылечилась, врач, качая головой сказал, что теперь вероятность стать матерью для девушки равна нулю.
Лида, всегда понимала, что никогда не станет родным человеком для своих близких, как бы она не старалась, теперь же, когда узнала своё бесплодное будущее, решилась и ушла из дома. Она всеми правдами и неправдами выпросила комнату в общежитии своего техникума. А по вечерам стала подрабатывать официанткой в кафе.
А ещё через несколько месяцев её разыскала бабушка Тамара, мать её отца. Оказалось, что отец у.мер год назад. Он был женат ещё раз, но развёлся, а вот других детей, кроме Лиды у него так больше и не появилось.
Бабушка повинилась перед Лидой за то, что не давала о себе знать и не интересовалась ею ранее. Она упросила Лидию переселиться к ней. Квартира была просторная, трёхкомнатная. У Лидии появилась своя комната. И родной человек, бабушка, которая искренне полюбила её и с радостью стала заботиться о ней.
После того, как бабушки не стало, выяснилось, что она завещала Лидии эту квартиру.
Как прознала про то мать, это осталось не известно. Она примчалась к Лиде домой и закричала: «Почему тебе квартира досталась? Это я была его женой!». Лида тогда впервые нашла в себе силы ответить, глядя матери прямо в глаза: «Мама, вы давно развелись с отцом. Ты замужем за Михаилом. Какое отношение к тебе имеет квартира отца, если он у.мер после твоего второго замужества? Да и бабушку ты не навещала, не звонила ей, не писала. Причём здесь ты?».
Мать с ненавистью глядя на Лиду прошипела сквозь зубы: «Если бы не я, тебя бы вообще не было на этом свете!», хлопнула дверью и ушла.
После смерти бабушки и разговора с матерью, жизнь будто бы наладилась. Тишина. Своя квартира, свой уют. Никаких упрёков, требований, приказаний. Она стала выращивать фиалки, завела кота и стала жить по своим правилам. У неё была работа, появились друзья, интерес к жизни.
Но спокойствие длилось недолго. Мать снова вошла в её жизнь, как только у Кати возникли проблемы с жильём.
-----
И вот они стояли друг напротив друга. Мать в дорогом пальто, с маникюром и прической, требовала отдать то, что Лида считала своим домом.
— Ты вообще слышишь, что я говорю? — голос матери снова зазвенел. — Катя беременна! У неё муж, будущее! А у тебя что? Кот и фиалки! Это не жизнь! Ты должна понять и уступить!
Лида молча подошла к комоду, где стояла старая рамка с фото. На снимке она, лет двадцати, и её бабушка. Та самая, что подарила ей любовь, уважение и квартиру.
— Ты как-то сказала: «Если бы не я, тебя бы вообще не было на этом свете», — вдруг тихо, но чётко произнесла Лида, цитируя материну любимую фразу.
Мать на мгновение опешила.
— Ну? И что? Это правда.
— Правда, — согласилась Лида, поворачиваясь. В её глазах не было ни злобы, ни усмешки. Была только спокойная уверенность в своём праве. — Но, ведь если бы не я, то отец бы и не женился на тебе, правда мама? Ты бы в любом случае не могла претендовать на эту квартиру. Да, если бы не ты, меня бы не было. Но это был твой выбор, мама. Ты могла не рожать, как ты сказала не делать этого мне. Или ты могла остаться с моим отцом и стать ему настоящей женой. Ты всё делала так, как хотелось тебе. А теперь слушай моё решение.
Она сделала шаг навстречу матери.
— Я не отдам квартиру. Ни Кате, ни тебе, никому. Это мой дом! Место, где меня не считали ошибкой. Где я могу жить в комнате, как любой нормальный человек, а не на кухне, как какая-то Золушка. Ты права, у меня нет мужа и, скорее всего, не будет детей. Знаешь почему? Потому что ты когда-то решила, что моя жизнь не имеет прав, а только обязанности. Я убиралась в вашем доме, готовила вам, стирала, мыла посуду, занималась Катей. Я обслуживала её, убирала за ней, помогала её делать уроки. Я даже своего ребёнка лишилась, потому что ты не захотел помочь мне, а вот «Кате на репетиторы нужны деньги». Хватит!
— Как ты смеешь! Я твоя мать! — выдохнула та, бледнея.
— Да. Ты моя мать. И это всё, что у нас есть общего. Больше ничего. И особенно — права требовать что-либо после всего, что ты сделала.
Мать смотрела на неё с таким изумлением, будто у неё почву выбили из-под ног. Она ждала покорности, привычного согласия. А увидела другого человека. Чужого. Сильного.
— Значит, вот как ты заговорила? — прошипела она. — Значит, так и будешь одна, в трёх комнатах, как старая дева с котом и цветочками? Ну и живи! — Она резко развернулась, схватилась за ручку двери. — И не звони мне! Никогда! Ты мне не дочь!
Дверь захлопнулась. В квартире снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов.
Лида подошла к окну. На улице зажглись фонари, озаряя мокрый асфальт. Она не плакала. Наоборот, странное, давно забытое чувство тепла разлилось по груди. Это было чувство свободы. Она посмотрела на своё отражение в тёмном стекле — уставшее, но спокойное и уверенное.
Она обняла себя за плечи и тихо улыбнулась. Впервые за долгие годы она была дома. Одна. Но это не было одиночеством. Это был покой.
Понравилась история? Нажми 👍 и подпишись на канал. Здесь будет ещё много историй, которые заставят задуматься и почувствовать.