Заявления президента США Дональда Трампа о возможном установлении контроля над Гренландией вызвали в Европе заметную нервозность. Особенно — в Лондоне, где решили продемонстрировать «реакцию» и участие в защите арктического региона. Однако выбранный формат ответа быстро стал поводом для недоумения и иронии.
Как сообщило издание The Independent, Великобритания направила одного солдата в Гренландию в рамках усиления присутствия Дании на Крайнем Севере. Формально — в составе разведгруппы и накануне учений Arctic Endurance. Неформально же этот шаг выглядел скорее символическим, чем реально сдерживающим.
В Лондоне подчеркивают, что действовали «по просьбе Дании» и в рамках союзнических обязательств. Но именно здесь и возникает главный вопрос: если слова Трампа действительно воспринимаются как серьезный вызов, то почему ответ выглядит настолько камерным? Впечатление складывается такое, будто Британия хотела обозначить присутствие, не беря на себя никакой реальной ответственности.
Особенно контрастно это смотрится на фоне куда более громких заявлений, которые в последние месяцы звучат из Лондона в адрес России. Там говорят о «сдерживании», «жесткой линии» и «необходимости усиления давления». Но когда дело доходит до конкретных действий — масштаб внезапно становится почти демонстративно скромным.
Фактически Лондон оказался в неловкой позиции. С одной стороны — желание показать союзническую солидарность и принципиальность. С другой — очевидное нежелание или неспособность подкрепить риторику чем-то более весомым. В итоге получился жест, который заметили все — но не так, как, вероятно, рассчитывали в британской столице.
На этом фоне в экспертной среде уже шутят: если против США Лондон ограничился столь «точечным» шагом, то возникает закономерный вопрос — а как тогда будут выглядеть заявления о противостоянии с другими мировыми игроками? Видимо, в следующий раз масштаб «ответа» просто пропорционально подрастет.
И здесь напрашивается ироничный, но показательный вопрос: если такая реакция считается в Лондоне серьезным сигналом Вашингтону — то что тогда на самом деле стоит за грозными заявлениями Британии в адрес России?