Вот-вот должна была прозвучать команда к ротному построению. Хотя время ещё было, чтобы метнуться из кубаря к умывальникам в уборною и побриться.
— Опять бриться, — сетовал Андрей перед трельяжем, рассматривая свой подбородок, взошедший редкой щетиной.
— Опять раздражения на коже, — тянул волынку он.
— Что эти лезвия “Нева”, что электрическая бритва… И то, и другое — полный отстой! — бросил он в сердцах.
По центральному проходу как раз прогуливался Вова из соседнего кубаря, непреминувший тут же и зайти, поделиться собственными воззрениями по затронутому вопросу. Благо, дверей нет, а широкие проёмы располагали к гостеприимству…
Вова, похваляясь, предъявил собственный подбородок, лишённый растительности, и сообщил, что имеет средство получше. Из пластмассового чёрного дипломата извлёк картонную коробочку с кремом.
— Да у тебя тут целая косметичка! — заметил кто-то со смехом.
— Это сеструхина! — отмазался Вова.
— А-га “сеструхина”, а почему у тебя в дипломате?
Вова на риторику не купился, сразу перешёл к делу:
— Вот гля, что батяня с морей привёз…
“L'As des Épilations du Maillot!” — инструкция по применению была на басурманском языке производителя и никаких намёков для обступивших Вову аборигенов второй группы не содержала. Теперь, много лет спустя, пользуясь правом всезнающего рассказчика, сообщу, что данный слоган можно перевести, к примеру, так:
“Идеальная депиляция зоны бикини!”
Но тогда, в те отдалённые времена, на самой заре Перестройки, когда нам казалось, что богиня юности Ювента будет править миром всегда, даже данный перевод вряд ли пролил бы свет на назначение мази в тюбике. Я хочу сказать, что не только термин “депиляция” был незнаком, но и сама технология удаления волос в нашем понимании ограничивалась лишь стрижкой да бритьём.
Таким образом дальше речь пойдёт о несуразных последствиях срыва ментального шаблона у незадачливых курсантов, причиной которому послужил крем. Действо последовало тут же.
— Что за хрень, Вова, объясни толком?
Картонная коробочка с инструкцией и изящным скребочком, входящим в комплект, пошла по рукам. Тюбик Вова благоразумно прижал к себе. Ибо знал: в роте общая вещь — уже не вещь.
— Можно позырить?
— Ага, щаз! Вам хоть бы два лома дай, один сломаете, второй потеряете!
И уже обращаясь к Андрею, не без хвастовства сообщил:
— Помазал щетину. Подождал пару минут. Умылся. Растительности, как не бывало! А если брить, то и у меня раздражения…
Андрей поначалу загорелся, услышав такое, но не поверил.
— Да не может быть! Куда же щетина делась?
Вова расстегнул пуговицы на рукаве фланки и засучил тельник. Стал демонстрировать свои девственно лысые руки выше запястья.
— Видел, как действует?!
— Не-а, это результат. Как действует, не видел.
Тогда Вова сел на баночку, закинул ногу на ногу. Его хромовый ботинок лёг рядом с коленом. Отогнул штанину флотских брюк.
— О, нормально! Валенки на зиму можно не выдавать, — прокомментировал подоспевший ближе всех Саня. А Вова торжественно втирал чудесное снадобье в нетронутые заросли на собственной голени. И так получилось само собой, что просунувшийся ближе всех Саня получил мазок заморского бальзама на бровь.
— Теперь ждём, — пояснил Вова.
А народ уже вовсю пустился в рассуждения.
— Если эта самая депиляция на всю жизнь, то я не согласен, — кумекал один.
— А ты думал? Как напалмом выжигает! — прикидывал другой.
— Ты как, Вова, горишь?
— Терпимо, — успокаивал Вова.
Потом потребовал скребочек, который с трудом нашёлся в чьём-то кармане. И этим самым скребочком стал снимать волосы, отделять их от кожи ноги. Саня таращил глаза на невиданной эффект от купленного за франки линимента и, вспомнив про свою бровь, подбежал к зеркалу глянуть, на месте ли она. Бровь была на месте, и он даже пощупал её пальцем.
— У меня не действует! — уверенно произнёс Саня.
— Да ладно! — двумя словами согласия выразил своё презрительное несогласие Вова, и аккуратным, быстрым мановением скребка смахнул начисто бровь с Саниного лица.
Саня уставился в зеркало. Бесконечная ругательная тирада осквернила слух ассамблеи. Но всеобщая ржака заглушила словоизвержение — настолько комично выглядело “удивлённое” лицо Сани без брови. Андрей, виновник всей заварухи, оказался оттёртым на периферию и совершенно забыл, что не брит. А час построения близился, ну или наступал. Саня с кулаками наступал на Вову. И тот моментально нашёлся, словно заранее был уверен в счастливом исходе. Он выхватил из “сеструхиной” косметички чёрный карандаш, из тех которыми женщины подводят глаза, и предложил:
— Сейчас нарисуем бровь, будет совсем незаметно!
Сане ничего не оставалось, как стерпеть и рассмеяться самому. Тем более, было с чего. Волосы-то у Сани русые, и вот появилась смоляная иссиня-чёрная бровь. Карандаш-то был под смуглого Вову, жгчего брюнета.
— Как мне теперь идти на построение? — вопрошал Саня.
— Хочешь, я себе тоже что-нибудь нарисую? Да хоть усы? Будем вместе за компанию, — великодушно предложил Вова. Тут же изобразил над губой нечто на манер Чарли Чаплина. Весьма протокольно у него получилось…
Дневальный с тумбочки прокричал строиться, и народ потянулся в центральный проход.
Кэп торопливыми шагами промчался по коридору, примечая разные недостатки. Осмотр он начал с третьей группы и сразу же огласил фамилию Вовы.
— Это что за грим? Мы что в театральном институте?
Возможно, данным вопросом командир как раз угадал мечту и призвание Вовы. Уж больно горазд был наш Вова на разного рода скетчи, инсценировки и тому подобные эскапады. А ребята из других групп, не сведущие в том, что там произошло в нашем кубаре второй группы, тянули шеи со своих мест строя. Силились вникнуть в суть забавы. Ну чем не увлечённые зрители?
— Ступай, сейчас же умойся! — скомандовал командир.
Срывая овации, радостный Вова припустил в уборную фирменной походкой Бродяги Чарли. Контрапунктом изящного регтайма гулко отозвалась палуба на каждый его шаг с вывернутыми в стороны носками ботинок и качающимися в такт бёдрами.
А кэп двинулся дальше вдоль строя. Перед порядком второй группы он остановился прямо напротив Сани. Неуловимое изменение физиономии курсанта не ускользнуло от его внимания. “Всё так, — вероятно думал кэп, — но что-то не так... хотя и по Уставу…"
— Почему бровь? — командир наконец в точности сформулировал свой ёмкий вопрос.
— Что бровь? — не поведя оной, парировал Саня. И снова (также как с Вовой) те, кто не видел ещё Санину репу, тянулись со своих мест, стараясь узреть нового клоуна.
Ну, а наряд… вне очереди (за то, что не брит) получил один Андрей. Сбил его с панталыку Вова этим французским кремом.
09.01.2026 г.