В наше время имя этого человека практически забыто, а в XVIII и XIX столетиях он был культовой личностью для нескольких поколений белорусской и польской шляхты – его почитали, как национального героя, его поступок приводили в качестве примера патриотизма, его имя вдохновляло молодёжь на подвиги во имя свободы и придавало оптимизма в самых трудных обстоятельствах.
Этот человек – Тадеуш Рейтан (1740–1780).
Вальный сейм 1773 года
Варшава. 19 апреля 1773 года.
В этот солнечный весенний день в Посольской избе Королевского замка в присутствии короля Станислава Августа Понятовского, послов иностранных держав, представителей отечественной и зарубежной прессы для решения важного государственного вопроса собрались на вальный сейм 111 делегатов со всех воеводств и поветов Речи Посполитой.
Красиво убранная зала, задрапированная дорогими гобеленами, переполнена богато и ярко одетыми людьми, – здесь собрался весь цвет общества. Тут можно увидеть и сармата-шляхтича, одетого в национальные жупан и кунтуш, перепоясанного широким слуцким поясом с саблей на боку, и знатного вельможу в европейском платье французской моды: белоснежной рубашке с кружевным жабо, ярком камзоле и панталонах, – и военного в красивом мундире с эполетами и шпагой на перевязи. Бриллианты, муаровые ленты, ордена и парики с буклями ещё более украшали присутствовавших.
Но, не смотря на внешний блеск, прекрасную погоду и то обстоятельство, что это важное собрание проходило в виду короля и в его резиденции, в лицах, позах и движениях людей чувствовались напряжённость и скованность, которых не могло снять даже присутствие дам. Делегаты сейма настороженно поглядывали друг на друга или вообще отводили взгляд, иные, наоборот, вели себя нервно, и видно было, что чувствую себя они крайне неловко. Создавалось впечатление, что большинству из этих красиво одетых, знатных людей не по душе то дело, ради которого они собрались.
Среди них выделялся высокий, могучего телосложения, полный вельможа с надменным выражением лица. На вид ему около 40–42 лет, и держался он, в отличие от большинства, крайне самоуверенно. Это Адам Понинский, кухмистр великий коронный (то есть королевский шеф-повар).
Что же придаёт главному повару польского королевства такой важный вид?
Всё очень просто: его карманы битком набиты российским золотом, и он знает, что на предстоящем сейме будет маршалком и возглавит конфедерацию, предназначенную для предотвращения его срыва. Ведь существует liberum veto (liberum veto (лат.) – свободное «запрещаю»), которым может воспользоваться кто-либо из делегатов, и тогда не удастся выполнить то, за что ему щедро заплатили российский, прусский и австрийский послы, то есть, юридически узаконить первый раздел Речи Посполитой: отторгнуть от неё восточную Беларусь, Поморье и Галицию. Это и есть тот основной вопрос, который предстоит решить делегатам на вальном сейме 1773 года.
Конфедерация же все вопросы решает большинством голосов, liberum veto здесь не работает. Конфедерация – это хитрая уловка, с помощью которой можно обойти закон.
Адам Понинский уверен, что необходимое большинство голосов он наберёт, потому что твёрдо знает, что не одного его купили заинтересованные соседние державы.
Да, заварил кухню главный кухмистр! Он строил свою карьеру и личное состояние на трагедии родины!
А что же король? Он вынужденно склонил голову перед силой. Российские, австрийские и прусские войска ещё в прошлом году заняли все земли, на которые претендовали, и потребовали от правителя Речи Посполитой ратификации своих действий, – им была необходима видимость законности агрессии. Понятовский полгода тянул в надежде, что международная обстановка изменится, и возможно будет пересмотреть требования соседей-агрессоров. Но, когда в Варшаву ввели российские войска и пригрозили расширить зону оккупации, король согласился собрать сейм для утверждения претензий захватчиков.
Вот почему Станислав Август Понятовский 19 апреля 1773 года выглядел растерянным и нервно теребил в руке часы на золотой цепочке. Небезразличный к судьбам своего королевства, он не знал, что ему делать, чтобы избежать позорной ратификации. Не вмешиваясь в работу сейма, король по настойчивому требованию российского посла Отто фон Штакельберга предоставил полную свободу действий своему кухмистру. А тот, преисполненный собственной важности и уверенный в безусловной поддержке русских штыков, прохаживаясь по зале, свысока поглядывал на присутствующих.
Политический скандал
Открывая заседание вального сейма, король заявил, что несколько дней тому 76 панов-делегатов, то есть большинство, создали конфедерацию и избрали Адама Понинского её маршалком. Тот важно выступил вперёд и уже протянул руку к маршальскому жезлу – символу его полномочий, – как вдруг из толпы делегатов выступил некий человек в национальной одежде литвинской шляхты, заслонил собой депутата, державшего подушку с жезлом, и заявил, что то, что сейчас происходит, не имеет никакой юридической силы.
– Шановне паньство, – сказал он, – все мы знаем, что сеймы вальные в нашей республике Обеих Народов проходят поочерёдно в Короне и Литве. Прошлый был в Короне, значит нынешний должен быть в Литве. В Гродно, а не в Варшаве! И маршалком сеймовым должен быть не поляк, а литвин!
Подойдя вплотную к растерявшемуся предателю Понинскому, этот человек бросил ему в лицо:
– Я такой же маршалок, как и ты! С тем же правом узурпирую власть!
Он схватил жезл, поднял его, чтобы видели все окружающие, и громко провозгласил:
– Шановне спадарство, я – маршалок!
Тадеуш Рейтан
Кто же был этот смелый человек, посмевший бросить вызов времени, королю, мощным соседним державам и обстоятельствам? Приглядимся к нему повнимательней, так как он – главный герой нашего рассказа.
Тадеушу Рейтану, делегату на вальный сейм от Новогрудского воеводства Великого княжества Литовского, 33 года – возраст Христа. Он невысокого роста, одет в серебристый жупан и поверх него чёрный кунтуш с разрезными рукавами, вокруг талии – очень широкий золотой слуцкий пояс – символ богатства и достатка, на ногах – сапоги с загнутыми носками из жёлтой мягкой кожи. Голова коротко острижена по сарматской моде, волосы на висках и затылке приподняты, губы обрамляют густые, пышные усы. На круглом лице примечательны живые карие глаза, и кажется, что этот шляхтич смотрит на окружающий мир с каким-то детским удивлением. Но широкая литвинская сабля в богато инкрустированных ножнах сразу даёт понятие об истинном характере этого честного человека.
Тадеуш Рейтан – знатного литвинского шляхетского рода с прусскими корнями. Он – потомок крестоносцев в пятом колене, – отсюда и его небелорусская фамилия. Родовое имение Рейтанов – деревня Грушевка в пяти километрах к юго-востоку от Ляхович (теперь она относится к Ляховичскому району Брестской области), там он и родился. Это – сердце белорусских земель, совсем неподалёку расположены Несвиж, Клецк и Барановичи, ниже которых начинается Полесье; не так уж и далеко до Слуцка, Слонима и Новогрудка – административного центра воеводства, делегатом которого на вальный сейм 1773 года Тадеуша Рейтана направили. Выбор земляков не был случайным: шляхтич из Грушевки служил в магнатском войске Кароля Станислава Радзивилла по прозвищу Пане Коханку, был его боевым товарищем в многочисленных похождениях и успел снискать славу человека честного и храброго.
Его выступление на апрельском сейме против предателя Понинского поддержали почти все делегаты Великого княжества Литовского, а также некоторые из поляков. Удивительное дело: большинство ляхов было за передачу земель своей Отчизны жадным до чужого соседям, а белорусы единодушно стояли против раздела Речи Посполитой!
Заседание сейма зашло в тупик, и король объявил перерыв до завтрашнего дня.
Но, когда на следующий день Адам Понинский в сопровождении своих сторонников прибыл к дверям Посольской избы, то увидел, что его опередили. У входа уже стоял Тадеуш Рейтан со своими товарищами, заявивший, что, поскольку сейм не имеет юридической силы, он никого не впустит в зал заседаний. В этот день работа вновь была сорвана, также, как и все попытки изменников узаконить раздел родных земель между Пруссией, Австрией и Россией.
Так продолжалось и в последующем. Четыре дня и три ночи Тадеуш Рейтан и его товарищи-литвины: Самуэль Корсак (он тоже был делегатом Новогрудского воеводства), Станислав Богушевич из Минска, Игнат Кураневский из Пинска и другие, – блокировали двери Посольской избы, чтобы не дать Понинскому провести легального собрания.
В итоге маршалок был вынужден собрать свою конфедерацию в других покоях дворца, а сейм потерял всякую легитимность: послы иностранных держав, представители знати во главе с королём, пресса – все убедились в том, что он проходит не в соответствии с законодательством, и среди его делегатов не просто нет единства по ключевому вопросу, а существует мощная партия противников разделов.
Взбешённый Понинский, уже в качестве маршалка конфедерации, первым своим декретом объявил Тадеуша Рейтана «врагом народа», лишал его чести и имущества и поставил вне закона. Это давало право любому убить этого человека и не понести за это никакой ответственности. Однако король, симпатизировавший новогрудскому делегату и его товарищам, хотя и не решился открыто их поддержать, своим приказом отменил это решение кухмистра.
Патриот
Мужество и непреклонность патриотов получили широкую огласку и невольно вызывали симпатии не только Станислава Августа Понятовского и его вельмож, но и российского и других послов. О патриотизме Рейтана с восхищением в своих письмах сообщали прусский генерал Роберт Лентулус и российский Александр Бибиков.
Сейм 1773 года вошёл в историю Польши под названием «разделённый», то есть он должен был узаконить первый раздел Речи Посполитой. Его делегаты и впрямь разделились. Понинский сумел, подкупив и запугав большую часть его участников, создать-таки пресловутую конфедерацию, акт которой 24 апреля подписал перепуганный король, признав тем самым право её маршалка вести переговоры с заинтересованными в разделе Речи Посполитой державами.
Тогда, услышав решение монарха, Тадеуш Рейтан лёг крестом у двери, разорвал на груди свой жупан и закричал:
– Ранами Христа, за вас распятого, заклинаю отступить от предателя Понинского. Убейте меня, не убивайте Отечество!
Эта фраза стала исторической.
И, хотя вопреки мужеству белорусских делегатов сейма, созданная Адамом Понинским конфедерация решила всё-таки вопрос о первом разделе Речи Посполитой в пользу Пруссии, Австрии и России, дозволив им закрепить оккупированные ранее Поморье, Галицию и восточную Беларусь до Западной Двины и Днепра, храбрый поступок Тадеуша Рейтана стал легендарным примером патриотизма. Известие о нём очень быстро получило широкую известность, и люди увидели, что с трусостью, предательством и корыстолюбием нужно бороться, иначе погибнут свобода и Отчизна.
Конец истории
Что же сталось дальше с новогрудским делегатом вального сейма из Грушевки, и как сложилась его дальнейшая судьба?
После узаконивания королём деятельности конфедерации предателя Понинского и яркого демарша Тадеуша Рейтона, белорусская делегация не принимала больше участия в работе разделённого сейма: шляхтичи отказались от вхождения в состав этой конфедерации. Оказавшись в меньшинстве, они не могли на законных основаниях влиять на принятие политических решений и, возмущённые, разъехались по домам.
Вернулся в родную Грушевку и Тадеуш Рейтан.
К сожалению, мы очень мало знаем о событиях его дальнейшей жизни. Известно, что он скоропостижно скончался 8 августа 1780 года, через семь лет после своего громкого поступка на сейме, в возрасте около 40 лет, то ли в результате несчастного случая, то ли покончив жизнь самоубийством, то ли в следствие мести врагов. До окончательного раздела своей родной страны он не дожил.
Если Вам понравилась статья, любезно приглашаем поставить лайки, написать комментарии и подписаться на наш канал.