Почти 170 тысяч рублей — именно столько в среднем предлагали курьерам в России за последний месяц. Не инженерам, не врачам, не учителям. Курьерам. Людям без дипломов, без стажа, без ответственности за жизни и будущее страны.
А теперь — холодный душ реальности.
Учитель в среднем — 65 тысяч. Начинающий молодой учитель — 30 тысяч.
Санитар — 52 по отчётам, 30–35 по вакансиям.
Нянечка в детском саду, работающая с детьми, — те же 30–35 000.
Полицейский — 60 тысяч, а на старте — чуть выше 30.
И это называется нормальной социальной моделью?
Работа мечты без квалификации
Курьер сегодня — это не временная подработка, а настоящая работа мечты. Высокий доход, минимальные требования, нулевая ответственность. Не нужно образование, не нужен опыт, не нужно даже знание языка в полной мере.
Именно поэтому туда массово идут иностранные рабочие из Средней Азии. Курьеры, такси, охрана, ЧОПы — везде, где деньги есть, а требований минимум.
А русская молодёжь?
Она идёт туда, где платят меньше, но требуют больше. Туда, где ответственность. Где нервы. Где долг.
Нам годами повторяют одну и ту же мантру:
– Мигранты занимают те рабочие места, на которые местные не хотят идти.
Это ложь.
На работу с зарплатой под 170 тысяч хотят идти все. Просто туда не пускают русских.
Диаспоры как профсоюзы мафии
Сегодня диаспоры гастарбайтеров — это не разрозненные рабочие.
Это организованные структуры, которые:
– диктуют условия работодателям;
– контролируют доступ к вакансиям;
– выдавливают конкурентов;
– формируют закрытые рынки труда.
Это не помощь экономике. Это мафиозные профсоюзы в духе США 1930-х годов. Работодатель уже не выбирает: ему навязывают.
Кому достаются высокие зарплаты — вопрос выживания страны
Высокие зарплаты — это не просто деньги.
Это:
– возможность создать семью;
– остаться в стране;
– не уехать;
– не озлобиться;
– не опуститься.
Когда 170 тысяч получают курьеры, а 30 000 — учителя и полицейские, государство само подтачивает свои опоры.
Пора называть вещи своими именами
Нам не нужны мигранты на рабочих местах с высокими зарплатами.
Эти места нужны нам самим. Русским. Нашей молодёжи. Нашим семьям. Нашему будущему.
Порядок на рынке труда — это не ксенофобия.
Это вопрос справедливости и национального выживания.
