В семидесятых годах стечение обстоятельств привело к важному событию. В один из дежурных дней сотруднику на Лубянке передали анонимное письмо. В послании содержалось шокирующее сообщение: глава Московского управления Госавтоинспекции, пользуясь своим положением, незаконно реализует специальные пропуска, которые предоставляют обладателям безграничные привилегии на дорогах.
Анонимная записка в КГБ: как все начиналось
Генерал-лейтенант Алексей Ноздряков, возглавлявший ГАИ Москвы, получил четкую установку: привить московским водителям безупречное поведение за рулем и укрепить в их сознании убеждение, что нарушения неизбежно ведут к тюремному заключению.
В первые годы своего правления Ноздряков с рвением выполнял эту задачу: он читал лекции водителям, разъяснял правила, консультировал проектировщиков дорожной инфраструктуры и неустанно стремился к повышению безопасности и качества дорог во всех уголках страны.
Параллельно с этим, подобно многим высокопоставленным чиновникам того времени, Ноздряков расширял свои связи в верхушке власти. Поговаривали, что он оказывал содействие в получении и оформлении транспортных средств для родственников членов Политбюро, в том числе и семьи генерального секретаря Брежнева.
"Своим" водителям автомобилей Ноpдряков выдавал особые удостоверения, которые прикреплялись под ветровое стекло. Эти документы, схожие с современными свидетельствами о регистрации, служили пропуском для избранных. Любой инспектор мог заметить такое удостоверение издалека и незамедлительно отдавал честь, приветствуя его обладателя.
В народе эти удостоверения стали известны как "непроверяйки". Любая попытка остановить или осмотреть автомобиль с таким документом могла привести к увольнению или даже потере работы для инспектора, особенно если водитель был склонен к конфронтации.
Особое положение в обществе позволяло Ноздрякову оказывать услуги широкому кругу знакомых. Те, в свою очередь, приводили своих приятелей, и этот круг постоянно расширялся. Дошло до того, что для оформления особых пропусков Ноздряков подключил своего заместителя. Вскоре и сам заместитель, и его руководитель, глава столичного управления автомобильной инспекции, оказались под пристальным вниманием органов госбезопасности.
В разработке: тайное расследование КГБ
Поводом к проверке со стороны органов госбезопасности послужило анонимное сообщение о злоупотреблении служебным положением при выдаче спецпропусков. Первоначально на Лубянке к этой информации отнеслись с недоверием. Тем не менее, было решено провести скрытую проверку. Сотрудников госбезопасности интересовали два ключевых вопроса: на каком основании Ноздряков обладал такими полномочиями и кто из высокопоставленных лиц оказывал ему покровительство?
Ещё больше интересных материалов и видео в нашем Телеграмме ❤️ Обязательно посмотрите ❤️
Вскоре стало очевидно, что дело может принять серьёзный оборот. Проблема имела идеологическую окраску: советские граждане видели в милиционерах образец честности и неподкупности, и возбуждение уголовного дела против высокопоставленного сотрудника МВД могло подорвать доверие народа к правоохранительной системе. Единственным основанием для начала расследования против Ноздрякова и его команды, организовавшей практически конвейер по производству "охранных грамот" для автомобилистов, могла стать информация о продаже этих документов. И такая информация у сотрудников госбезопасности появилась.
Черной «Волги» не было
Вместо того чтобы прибегнуть к демонстрации силы и устраивать маскарад с участием черных «Волг» и спецназа, сотрудники госбезопасности избрали более изящный подход. В кабинет главы автоинспекции они прибыли под видом представителей Комитета партийного контроля. Неожиданный визит вызвал у хозяина кабинета бурю негодования. Он разразился бранью и угрозами в адрес незваных гостей, несмотря на предъявленные ими документы.
Осознав тщетность своих попыток запугать проверяющих, главный автоинспектор столицы попытался надавить на них иным способом. Он извлек из стола подарочный фотоальбом с памятной надписью и автографом самого Брежнева, прозрачно намекая на свои высокопоставленные связи и возможные последствия для непрошеных гостей.
Однако эти маневры не возымели действия. Папка с конфиденциальной информацией о всех обладателях спецталонов была изъята. При изучении списка фамилий удивлению оперативников не было предела. В объемной тетради значились две колонки: в первой —именные документы, во второй — анонимные. Первые выдавались друзьям, знакомым и другим "нужным" людям в качестве неформальной мзды, а вторые попросту сбывались всем желающим. Цена "охранной грамоты" была баснословной — 20 тысяч советских рублей, что равнялось 100 максимальным окладам школьного учителя или 50 зарплатам начальника цеха на производстве. Ранее подобные документы выдавались исключительно сотрудникам спецслужб и оперативникам под прикрытием: розовый листок под стеклом гарантировал беспрепятственное передвижение по любому маршруту.
Скандал на высшем уровне
Когда итоги проверки были представлены министру внутренних дел Щёлокову, предварительное расследование практически завершилось. Главу столичной автоинспекции намеревались привлечь к ответственности за злоупотребление служебным положением, отстранить от должности и, при необходимости, передать дело в суд. Однако на одном из кремлёвских приёмов Щёлоков, среди друзей которого, по слухам, числилась добрая половина обладателей спецталонов, устроил публичный скандал. Он обрушился с гневной отповедью на главу Комитета партийного контроля Густова, и, сорвав голос, вопрошал: "Кто позволил вам так обращаться с уважаемыми людьми?".
❤️ Другие интересные статьи и видео в нашей группе в VK 👇 Посмотрите👇
Довести дело "Спецталон" до суда сотрудникам госбезопасности так и не удалось. О конфликте Щёлокова с Густовым доложили Брежневу, и генеральный секретарь лично связался сначала с Комитетом партийного контроля, а затем и с Андроповым. Поговаривали, что высокопоставленное покровительство над руководителем московской автоинспекции сохранялось вплоть до кончины Брежнева в 1982 году. Однако после того, как эта незримая защита исчезла, материалы проверки неожиданно оказались в МВД, и Ноздрякова спешно отправили на пенсию.
Тогда же выяснилось, что к моменту смерти Брежнева глава столичных автоинспекторов успел реализовать "охранные грамоты" на внушительную сумму: только в его личном блокноте были зафиксированы данные о 1159 владельцах спецталонов, а сколько документов было распространено бесконтрольно — остаётся загадкой по сей день. Скандал с "непроверяйками" замяли, а все анонимные спецталоны были аннулированы и изъяты у владельцев. Преследовать бывшего руководителя автоинспекции по инстанциям не стали, хотя, по одной из версий, до звонка Брежнева в КГБ у сотрудников госбезопасности имелись неопровержимые доказательства того, что несколько анонимных пропусков за деньги оказались в руках опасных рецидивистов.
Да, порой в высших кругах творились странные вещи, было полно тайн и странных историй. Например, узнайте, Почему генсек Андропов скрывал своё происхождение, первую семью и старшего сына.
Напишите в комментариях, что Вы думаете по этому поводу
Источник: https://kulturologia.ru/blogs/050126/60212/