История с новым «мирным планом» по Украине выглядит так, будто документ ещё даже не успели толком разобрать, а его судьба уже во многом предрешена. Формально — тишина, неформально — резкая и почти синхронная реакция тех, кто в России задаёт тон публичному обсуждению.
План, который Владимир Зеленский на этой неделе представил журналистам, состоит из 20 пунктов. Полный текст опубликовали украинские СМИ. Если убрать дипломатическую упаковку, документ впервые за долгое время допускает реальные компромиссы по территориям — по крайней мере, так это оценивают западные издания. В частности, Зеленский не исключает вывод украинских войск из части Донецкой области с созданием там свободной экономической зоны, но только при соблюдении сразу нескольких условий: проведении референдума по всему документу, перемирии на время голосования и согласии России на демилитаризованную зону. Об этом писали зарубежные СМИ.
В Луганской, Запорожской и Херсонской областях линия фронта на момент соглашения предлагается зафиксировать как фактическую линию соприкосновения. При этом из Днепропетровской, Николаевской, Сумской и Харьковской областей, согласно плану, российские войска должны быть выведены. Отдельным пунктом идёт ограничение численности ВСУ — до 800 тысяч человек, гарантии безопасности Украине по принципу пятой статьи НАТО, создание фондов на восстановление страны объёмом до 800 миллиардов долларов и проведение выборов в сжатые сроки.
Есть и принципиальные разногласия. Например, по Запорожской АЭС: США предлагают схему совместного управления станцией с участием России и Украины, Киев настаивает на формате без российского участия. Также в документе говорится о демилитаризации Кинбурнской косы, Энергодара и Каховской ГЭС.
Западные аналитики осторожно называют этот план самым близким к обсуждению территориального компромисса за всё время конфликта. Но почти сразу стало понятно: в России его воспринимают совсем иначе.
Официальных комментариев Кремля не последовало, но тон обсуждения быстро задали те, кого принято называть «провластным медиаполем». И этот тон оказался предельно жёстким.
Военный корреспондент и Z-блогер Александр Коц назвал предложения Зеленского «мертворождённым проектом». В своих публикациях он указал на прямое противоречие между идеей «демилитаризации» и сохранением ВСУ численностью 800 тысяч человек, а также подчеркнул, что компромиссы по территориям ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей, по его словам, невозможны в принципе.
Ещё жёстче прозвучала реакция с федерального телевидения. Ведущая «России 1» Ольга Скабеева в своём эфире охарактеризовала предложения как «безумные хотелки Зеленского». Она отдельно прошлась по пунктам о выводе российских войск из целого ряда регионов, управлении Запорожской АЭС, ограничении численности армии и идее 60-дневного прекращения огня, дав понять, что подобный набор условий в Москве всерьёз рассматривать не готовы.
В том же ключе высказалась и «Комсомольская правда». Издание назвало план «фуфловым» и подчеркнуло, что в опубликованных 20 пунктах «нет ни слова» о целях, которые российское руководство называет ключевыми: ни денацификации, ни демилитаризации, ни гарантий прав русского языка и православной церкви. В материале газеты отдельно отмечается, что документ никак не соотносится с тем, о чём ранее говорили Владимир Путин и Дональд Трамп.
На этом фоне становится понятнее, почему сам Зеленский ещё до публикации плана говорил: Москва, скорее всего, не станет резко отвергать его публично, но и принимать в текущем виде не будет. В российской логике этот документ воспринимается не как основа для соглашения, а как черновик — или, по версии пропагандистских медиа, как набор требований, не имеющих шансов на реализацию.
И в итоге складывается странная картина. С одной стороны — осторожные оценки о «приближении к компромиссу» и попытке сдвинуть переговоры с мёртвой точки. С другой — демонстративно жёсткая реакция медиаспикеров, которые ясно дают понять: даже намёк на уступки по ключевым вопросам в нынешнем виде в России считают неприемлемым.