Вологжанин в суде потребовал признать его отцом погибшего бойца

Как сообщает пресс-служба судов области, в 1997 году пары родился сын, но биологического отца в свидетельстве о рождении не указали, а родители быстро разошлись. Ребенок остался с матерью. Весной 2005-го они перебрались на городскую свалку, откуда потом мальчика забрали в социальный приют и лишили его мать родительских прав. Вскоре она умерла, а ребенок, сменив несколько детдомов, в 17 лет поступил в техникум. А в 2024 году он погиб на СВО, через год его доставили на родину и похоронили. 48-летний мужчина назвался его отцом и подал иск об установлении отцовства, объяснив, что перестал общаться с мальчиком и его матерью, но, узнав о лишении ее родительских прав, приходил на свалку забрать ребенка. Органы опеки опередили, он потом обращался в детдом, где в установлении отцовства ему отказали. В 2022 году мужчина начал общаться с повзрослевшим ребенком, помог ему обустроить предоставленную государством квартиру, помогал деньгами. В суде он сказал, что всегда признавал юношу своим сыном, а тот признавал его отцом. Установление отцовства нужно, чтобы продолжить поиски сына, в гибель которого он не верит. Но 35-летняя старшая сестра погибшего и ее представитель с требованиями не согласились: по их словам, девушка и ее брат с детства жили в детдоме, и мужчина не интересовался их судьбой. Брат об отце никогда не говорил. Когда они с братом и матерью жили в вагончике на свалке и бедствовали, он им никак не помогал, хотя сам жил благополучно. Общение его с юношей началось лишь, когда последнему исполнилось 25 лет. Фотографии, приобщенные к иску, истец взял со страницы погибшего в социальной сети, мебель ему не покупал, ее отдали знакомые (как выяснится в апелляции, обставлять жилище помогали сотрудники центра помощи детям. А мебель и бытовая техника были куплены на деньги погибшего с лицевого счета, куда поступала пенсия по потере кормильца за умершую мать). Сестра уверена, что мужчине интересны лишь деньги, предназначенные семьям погибших на СВО. Суд назначил молекулярно-генетическую экспертизу, показавшую с вероятностью не менее 99,99%, что истец - биологический отец погибшего. Но одного факта биологического родства без дополнительных элементов, указывающих на тесные личные взаимоотношения, суду было недостаточно для установления отцовства. Суд установил, что истец не доказал невозможность установления отцовства при жизни сына. Он не интересовался его судьбой, а тот жил в детдомах. По показаниям свидетелей, отец более 20 лет благополучно жил с сожительницей. Представленные суду выписки по движению денег и платежные документы на оплату коммунальных услуг не стали доказательствами. Истец не представил ни одного общего фото с сыном, а приложенные снимки разместил в соцсети сам юноша, они в свободном доступе. К тому же отсутствие согласия лица, достигшего 18 лет, уже основание для отклонения иска об установлении отцовства. За 10 лет после совершеннолетия такого согласия погибший не давал. Учтя эти и другие обстоятельства, Сокольский районный суд отказал мужчине в удовлетворении иска. Тот подал апелляционную жалобу, но судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда оставила решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу – без удовлетворения. ]]>